Чтение онлайн

— Всегда пожалуйста.

Я пытаюсь идти. Честно пытаюсь. Но ноги дрожат, как у новорожденного олененка на каблуках.

— Уф. Я не могу выйти к ним в таком виде. Они мне этого вовек не забудут.

Тео подхватывает меня за талию, не давая поцеловаться с полом.

— Сэм, они уже видели, как ты бегаешь в полотенце. Планка и так низко.

Я сверкаю глазами, он только смеется. Он ведет меня к гардеробной и демонстративно игнорирует всё хоть сколько-нибудь практичное.

— Надень это.

— Это бельё.

— Я знаю, — говорит он с этой своей невозможной ухмылкой.

— Теодор!

— Ладно, ладно.

Он достает платье — то самое, которое ему слишком сильно нравится — и протягивает мне с таким невинным видом, который должен быть запрещен законом. Я натягиваю его, но руки всё еще дрожат, и я никак не могу попасть в замок молнии.

— А-а-а, я не могу…

— Иди сюда.

Его голос становится мягким. Он разворачивает меня и застегивает молнию мучительно медленно, ведя кончиками пальцев по позвоночнику. Он прекрасно знает, что делает. Закончив, он сжимает мои бедра.

— Идеально.

Я шлепаю его по руке, когда он хлопает меня по попе.

— Веди себя прилично.

Мы выходим. Тео поправляет подол моего платья.

— Выглядишь так, будто тебя… основательно поздравили.

— Боже мой, — стону я.

Роуз тут же спрашивает:

— Что-то вы долго одевались, а?

Тео отвечает раньше, чем я успеваю соврать:

— Ей требовалась помощь.

Наоми хохочет, Харпер закрывает лицо рукой. Елена шепчет:

— Мы так и знали.

— Ладно, пошли, — говорит Роуз, уже направляясь к выходу. — Сегодня она наша.

Тео сужает глаза.

— Верните её в целости и сохранности.

— Не обещаем, — бросает Елена.

Наоми снимает ключи с крючка так, будто она тут хозяйка.

— Идем, Сэм. Если пропустим бронь, ты платишь штраф.

Роуз визжит:

— ЧУР Я СИЖУ РЯДОМ С НЕВЕСТОЙ!

Я поворачиваюсь к Тео, беззастенчиво надув губы.

— Спаси меня сейчас же.

Роуз кричит из коридора:

— Я сказала, что мы уходим, а не снимаем порно!

Елена кричит в ответ:

— Да дай ты им поцеловаться, черт возьми!

Слышу командный голос Харпер:

— Время пошло, народ.

Тео отстраняется последним, проводя большим пальцем по моей нижней губе.

— Развлекайся, — мурлычет он.

— Постараюсь, чтобы меня не арестовали, — шепчу я.

— Пожалуйста, не надо, — бормочет Наоми. — Мне нужен хоть один вечер без бумажной волокиты.

Я хватаю сумочку, остатки достоинства и своих четырех всадниц апокалипсиса. Когда мы выходим в холл, Роуз берет меня под руку.

— Пошли праздновать то, что ты выходишь замуж за пассажира 1A, самого горячего босса-миллиардера в твоей жизни.

— Господи… — бормочу я, но щеки уже болят от улыбки.

Харпер нажимает кнопку лифта.

— Леди, у нас на сегодня одна миссия.

Мы все удивленно смотрим на неё. Она ухмыляется.

— Напоить невесту настолько, чтобы она позволила нам спланировать свадьбу.

Я стону:

— Я вас всех ненавижу.

Они радостно кричат. Двери лифта открываются, и когда мы заходим внутрь, Наоми хлопает меня по плечу.

— Расслабься. Мы будем нежными.

Нет, не будут. И, честно говоря, я жду не дождусь.

Глава 26

Тео

?????

Когда девчонки похитили мою невесту, я принял долгий, заслуженный душ, налил себе виски и сел за стол, как брошенный муж, уставившись на брачный контракт, который уже успел исчеркать вдоль и поперек.

Романтично, я знаю.

Это безумие: первое, что тебе предлагают люди, когда ты заикаешься о предложении, — это стопка бумаг толщиной с руководство по эксплуатации реактивного двигателя. Никто не несет шампанское. Никто не поздравляет с тем, что ты нашел человека, от которого давление скачет в лучшем и худшем смыслах одновременно. Нет. Тебе говорят: «Вам брачный контракт в PDF или в Docx?»

Она это возненавидит. Сэм из тех женщин, у которых начинается нервная крапивница, если нужно подписать пять документов подряд. Но это мир, в котором мы живем. И я лучше выслушаю её жалобы сейчас, чем позволю ей чувствовать себя незащищенной позже.

Люди заключают брачные контракты, когда у них ничего нет — когда единственное, что они делят, это старый диван и кота. Но у Сэм есть деньги. Нравится ей это или нет. И их может стать еще больше, если она когда-нибудь уладит дела с отцом… чего она не сделает. Но я слишком хорошо её знаю, чтобы не понимать, что её упрямство в двадцать шесть лет может превратиться в долгосрочный план.

У неё есть трастовый фонд, к которому она отказалась прикасаться в двадцать один год. Она посмотрела на все эти деньги и, по сути, сказала: «Нет, спасибо, я лучше поработаю». Это достойно восхищения, но она всё еще молода, может передумать, и мне нужно защитить её даже от той части самой себя, которую она еще не до конца осознала.

Мои деньги? Мне плевать. Она может забрать каждый мой счет, и это будет стоить того, если она продолжит смотреть на меня так, как в то утро после помолвки — сонная и самодовольная, будто я её собственность. Впрочем, так оно и есть.

Но быть миллиардером — значит пользоваться мозгами. И это решение? Оно умное. Раздражающее, но умное.

Входящий звонок: Мэйли.

— Привет, Мэйли, спасибо, что перезвонила.

Мэйли — мой адвокат с того самого дня, как я заработал свой первый миллион. То есть с того дня, когда я понял, что иметь деньги — это круто, пока кто-то не пытается их отобрать, а ты не знаешь, как этому помешать. Она спасала мою задницу больше раз, чем я могу сосчитать.

— Конечно, — говорит она. — Ты прочитал черновик?

— Да. Есть одна крошечная деталь, которую нужно поправить.

Она помолчала.

— Какая именно «крошечная деталь», Теодор?

Она называет меня полным именем, только когда насмехается или когда собирается сказать, что я идиот. Здесь возможны оба варианта.

— Мне нужно добавить пункт.

— Какой?

Сэм меня убьет. Убьет, воскресит, чтобы наорать, и убьет снова.

— Чтобы она обналичила свой трастовый фонд до того, как мы поженимся, — говорю я. — И чтобы ни цента из этих денег не приближалось ни к «Hayes International», ни ко мне.