Мне повезло:Я рос вольготноСреди дворов, телег, саней.Из дома удирал охотноС ребятами пасти коней.В колхозной старенькой конюшнеХодил Фаддей, как домовой.Ворчал в усы он простодушно,Не прогонял меня домой.Пропахший сбруей, конским потом,Как будто вырезан из пня,Он, отлучаясь по субботам,В конюшне оставлял меня.В двенадцать лет я, под ФаддеяРаботая, как бы играл:Корил за норов Берендея,А жеребец тихонько ржал.Я нарушал наказ Фаддея(Сдержаться не хватало сил):Друзьям на завистьБерендеяВ луга зелены выводил.Пищали издали девчонки.Я сам от страха замирал.Мой жеребец, как собачонка,На свист, играя, прибегал.Губами хлопая упруго,Дышал в ладони горячо.Схрустев сухарь,Меня, как друга,Толкал доверчиво в плечо.Я прижимался к ладной шее,От гордости был сам не свой.На быстроногом БерендееСкакал буденовец лихой.
ПИСЬМО
К ЗНАМЕНИТОМУ ПРИЯТЕЛЮ
Будем вместе веселиться —Ключик ты нашел к «частице»И открыл ее, как двериВ старый бабушкин чулан.Я сначала не поверил,Думал: хвастает Иван.А сегодня на экране…Пригляделся: точно — Ваня.Он в халате белоснежномИ в перчатках, как хирург.Ты напомнил мне о прежнемДобротой спокойных рук.Родился Иван в рубашке,Со своей чудной замашкой.Забредем в горох к соседу —Тут, конечно, не зевай!А Иван начнет беседу,Словно мы попали в рай.Чуть чего я ноги в рукиИ подальше от науки.Наш сосед учил крапивой —До сих пор зудит спина.Ты «удачлив» был на диво —Не моя, прости, вина.Встретил я того соседа,Про тебя завел беседу.Старый видел передачу —Сбил ты деда наповал:Говорит и чуть не плачет,На горох зеленый звал.
«Вызревали мы, как горькуши…»
Вызревали мы, как горькуши,Убегали в луга с утра.Выпасались у бабки Груши,Что, как сказка, была стара.На кормежку не привереды —Подчищали сады с корня.За вихры нас учили дедыПуще жизни беречь коня.Увозили отцы с собоюИ велели пройти прокос,Чтоб ложился он за тобоюШироко, что озерный плес.На тяжелом двуконном плугеУтверждали мужскую стать.А «мужчинам» бы на досугеПосле пашни в лапту сыграть.То-то сладко нам елось-пилось,Словно в сказке —Все мимо рта.Знать, полей и покосов милостьМне запомнилась неспроста.
БАБУШКА
Отдохнуть бы ей давно пора.И откуда силы в старом теле?Не присядет с самого утра,Крутится в делах, как в карусели.Солнышко застало с посошкомВывела теленка за овины.А в обедНа станцию пешком —Насбирала к поезду малины.Леночке гостинец принесла(Правнучка теперь уже в десятом),На лугу сенцо перетрясла,Любовалась розовым: закатом.Ягод насбирала у дорог,У реки — кореньев валерьяны.Уж своя, посушенная впрок,Ягода и травка — без обмана.К бабушке в ночь-заполночь стучат,Слава добрая о ней в народе.— Мой-то с балалайкой у девчат.До утра, бесстыжий, колобродит.Бабка покачает головой,Голова у старой — Дом Советов.Разговор сугубо деловой —Шепотом,Друг дружке по секрету.Вправить грыжуИ свести лишай —Выдаст сто очков вперед наукам.Бабушкина слабость —Любит чай,Чтоб крутой, из блюдца, и пофукать…
ПРОЩАНИЕ
Борода — как плита на груди,И ручищи — дубовые плахи.Возлежит дед в посконной рубахе.Бесконечность его впереди…А, бывало — солдат хоть куда:И в разведке… А если в атаке —Не видали такого рубаки!На подушке алеет Звезда.Уходил от земли воевать —Кто ж в России родится солдатом?!На привалах мечталось:Внучатам,Что про землю узнал, передать.Он как будто глядит из-под век,Вспоминая,Чего не успето.За окном раскудрявилось лето…Да не властен в себе человек.Не прибавить теперь,Не отнять —Все свершилось от точки до точки.Возле гробаГорюнятся дочки,Сыновья попритихли и зять.Встрепенулся подстреленно крик —Не сдержалась студентка, меньшая…Головою вот-вот покачает —Не любил беспорядка старик.Он предвидел судьбу наперед —Сам себе заготовил домину…Похоронного марша кручинаНад толпой величаво плывет.От него замирают в грудиГромогласные слезы и ахи…Возлежит дед в посконной рубахе.Бесконечность его впереди.
ЗАКОН ПРЕДКОВ
Текут ко мне поля со всех сторон —В раздумье окунает нас природа.У предков нашихДобрый был закон:Заботиться о продолженье рода.Мой дед Антон дал миру восемь душ,У деда Осипа семья поболе.Их не пугала ни мокреть, ни сушь,Ни ожиданье недорода в поле.Явился в мир Антонов сын Иван,У Осипа явилась Катерина…И снова длится древний род славян —В семье крестьянской поджидают сына.И вот я есть —Мужик, солдат, поэт,Дана мне власть над песней и оралом.В ответе я за весь подлунный свет,Но мне всегда чего-то не хватало.Мне боязно признаться:Я один.Совсем иное — братовей бы восемь!..И сам хорош:Скучают дочь и сын.А на моем дворе бушует осень.Шумят дожди,Несут хлебам урон.В полях нехватка нужного народа…У предков наших добрый был закон:Заботиться о продолженье рода.
В ГОРОДЕ ГДОВЕ
Побелел я под осенний ковыль —Поосела не дорожная пыль,Поосела пыль прошедших годов.Не узнал меня, приезжего, Гдов.Не признала даже Гдовка-река,Завсегдатая меня — рыбака.Не виню я их,Я сам виноват.Без меня какой повымахал сад!Крепость старая осела совсем,И трава на ней в студеной росе.Вечерами гусли звонкие тутПесни новые о прошлом поют.Возле крепости задумчив стою,Отыграл, как видно, песню свою…Неужели отгорожен я межой,В милом городеСтал вовсе чужой?Как на привязи, по улицам кружу:То направо, то налево погляжу.Гдовитяночки-то — кровь с молоком,Глаз не прячут,Провожают хохотком.Улыбнусь яИ направлюсь на причал,Где свидание любимой назначал.
БЕСПОКОЙСТВО
Я с виду жив и вроде цел.Но это с виду, не по сути:Меня, рациональность мутит,Я ею пойман на прицел.Мне стыдно распахнуть глаза,Принять цветы в немые горсти:А вдруг непрошеною гостьейНа щеку скатится слеза.Не смею песней соловья,Как прежде, в детстве, умилиться.Увы, давно уже не снитсяМне радость первого жнивья,Я кисну в рациотюрьме:Сюда не смей,Туда не надо.А вот с душою нету слада —У ней всё крылья на уме.
«И снова я мечтаю о любви…»
И снова я мечтаю о любви,В которую срываются, как в омут.Срываются — и ни о чем не помнят…И ты меня к обрыву позови!Я сделаю последних полшага,В ничто иль к звездам —Этого не знаю,Лишь чувствую, как сердце замирает:Навстречу мне качнулись берега.Вот-вот сорвусь,С обрыва полечу.Застыл над бездной на одно мгновенье.Лечу к тебе,В тебе мое спасенье!..И странно,Что я до сих пор молчу.
«Страшился: любовь заарканит…»
Страшился:Любовь заарканит,От цели меня отвлечет,Закрутит и в чем-то обманет.Прикидывал — нечет иль чет?Вернулся домой —СединоюПодбитый, как старый бобер.Качну широченной спиною,С соседкой вступлю в разговор.Соседке с утра не до басен —На поле заждались небось…А воздух —Хмелен и опасен —Вбираю ноздрями, как лось.И дома живется не складно.Скорей бы кончалось жнивье…Настигла любовь,БеспощадноВершит милосердье свое.
СВИДАНИЕ
Жадный до твоих припухлых губИ до глаз июньской теплой синиПовторял тебе:Я — однолюб,И любовь вовеки не остынет.Вечер опускался на крыло,Холод носом тыкался в ладони.Было мне под месяцем тепло.И в лугах стога паслись, как кони.Для меня пустое — десять верст.Ветер пел в серебряные трубы.До чего же был в желаньях прост —Мне бы лишь твои глаза и губы!Мы садились чинно на бревно,Нам светила дальняя зарница…Жаль, что это было так давно,Жаль, что никогда не повторится.