Чтение онлайн

— Спасибо, сир.

— Мне очень жаль, что с вашей семьей и с вами произошло такое несчастье. Но еще больше жаль, что тогда на дороге я не рассмотрел вас как следует. Вы бы лишились многих неприятностей, произошедших с вами за эти три года. Но единственное, что осталось для меня непонятным во всех этой жуткой истории — это поведение вашей няни. Ведь сама судьба свела нас тогда на пустынной дороге — так почему же она промолчала?

— О, сир, я и сама не знаю, почему она не открылась вам. Даже перед смертью она не дала мне сколь-нибудь вразумительного объяснения.

— Кажется, я начинаю понимать причины, побудившие вашу няню не раскрывать секрет.

— Какие же это причины, сир? — осторожно спросила Селина.

Король ответил не сразу.

— Вашей няни уже нет на свете, поэтому мне не хотелось бы делать какие-либо выводы, не имея возможности удостовериться в их правильности. Поэтому я оставляю свои соображения при себе.

— Да, сир, — слегка поклонилась девушка.

— А насчет вас, сударыня… Я сожалею, вы потеряли почти всех, кого любили. Теперь мой долг позаботиться о вас и о вашем будущем.

— Вы очень добры, ваше величество, но, право же, вы не обязаны это делать; этим должен заниматься новый герцог де Лодвиль.

— Сударыня, все не так просто, как вы думаете. После смерти ваших родителей выяснилось, что у Гийома де Лодвиль есть всего лишь один родственник, который имеет право наследовать титул и состояние. Это кузен вашего отца, граф Габриэль де Ланж, в настоящее время он состоит на службе у королевы Англии. Он поведал мне, что очень опечален смертью брата и его семьи, но так как вашего тела ни в замке, ни в его окрестностях найдено не было, он надеется, что вы живы. Граф показался мне добрым и сердечным человеком, он присоединился к отряду, организованному мною после вашего исчезновения. Когда несколько недель упорных поисков не принесли никакого результата, граф был вынужден вернуться в Англию. Естественно, и титул, и немалое состояние семьи де Лодвиль перешли к нему, но приданое, которое ваш отец собирался дать за вами, новый герцог оставил нетронутым, а также добавил к нему родовой замок де Лодвиль и близлежащие земли.

— Это очень великодушно с его стороны.

— Он также сказал, что не собирается переезжать во Францию, поэтому такие обширные землевладения и прекрасные замки ему не нужны. Я приобрел у него все, что перешло к нему от Гийома де Лодвиль и собираюсь присоединить это к вашему приданому, так что вы станете полноправной наследницей практически всего, чем владела ваша семья в течение стольких лет.

— Ваше величество…

— Подождите, мадемуазель, я еще не закончил. Однако я сделаю то, о чем сказал, только в том случае, если вы выйдете замуж за того, кого я вам назову.

— Но, сир, я не хочу выходить замуж! По крайней мере, сейчас.

— Я уважаю ваше желание, мадемуазель, но, к сожалению, не смогу его исполнить. Я не неволю вас идти под венец незамедлительно, но когда-нибудь вам все равно придется это сделать. По салическому закону женщина не может наследовать титулы и земли, поэтому, если вы не выйдете замуж, то не сможете получить в свое распоряжение ни приданое, ни то, что обещаю вам я. У вас есть еще один выход — постричься в монахини, но, по-видимому, он вас совсем не привлекает, иначе вы не оказались бы здесь.

— Боже мой, — Селина закрыла лицо руками и присела на мраморный бортик фонтана, совершенно позабыв об этикете.

Король удивленно посмотрел на нее.

— Не стоит так убиваться, сударыня, я же не смерть вам пророчу. Неужели эти чопорные дамы из монастыря навсегда отвратили вас от замужества?

Девушка подняла голову и взглянула на него.

— Я бы не хотела в чем-либо зависеть от мужа, — заявила она.

— Но, мадемуазель, — запротестовал король, — женщина всегда будет зависеть от мужчины, и вы не в состоянии это изменить. Не волнуйтесь, я подыщу вам хорошего мужа.

— Нет! — воскликнула Селина, и, опомнившись, тихо добавила: — Прошу извинить меня, ваше величество, но позвольте мне самой выбрать себе мужа.

— Вы не доверяете моему выбору? — улыбнулся Карл.

— Простите мне мою дерзость, сир, но в тот день, когда на наш замок напали, мама с папой тоже хотели обручить меня с неизвестным женихом, не сказав даже его имени. Теперь это вызывает у меня болезненные воспоминания. К тому же, я не хотела бы связать свою жизнь неизвестно с кем…

— Моя дорогая несостоявшаяся невеста, — услышала она язвительный голос, и, обернувшись, увидела Людовика Анжуйского, уже переодетого в темно-синий камзол, бриджи и черные мягкие ботфорты. — Уж не думаете ли вы, — продолжил он, — что мне очень хотелось жениться на какой-то глупой четырнадцатилетней девчонке, к тому же дочери Шарлотты де Лодвиль? И я не только из сострадания вызвался помочь старушке и ее несчастной больной внучке, которой, по досадному недоразумению, оказались именно вы! Я пытался отдалить знакомство с вами, насколько это было возможно, и вы оказали мне поистине неоценимую услугу, исчезнув на целых три года!

— Людовик! — властно прервал его король. — Как ты можешь говорить такое?!

— Я говорю только то, что думаю, ваше величество, — ответил герцог, — в отличие от некоторых, кто говорит только то, что ему выгодно.

— Ты обвиняешь меня в неискренности? — тихим, угрожающим тоном спросил Карл.

— Я не называл имен, сир, но уж коль вы сами сделали это…

— Ваше высочество, извольте сегодня же удалиться к себе в Анжу и не появляться при дворе, пока я вам не разрешу!

— Как вам будет угодно, ваше величество, — насмешливо поклонился ему Людовик.

— Нет, подождите, сир, — воскликнула Селина, и, устыдившись своего порыва, слегка покраснела, — не принимайте поспешных решений! Его высочество злится не на вас, а на меня, и у него есть на это причины.

— Как трогательно, — язвительно заметил Людовик, но король прервал его:

— Извольте замолчать, месье насмешник. Я не узнаю вас, ваше высочество, ваше поведение недопустимо. Вы должны быть благодарны мадемуазель за то, что она вступилась за вас, — он обернулся к Селине. — Хорошо, я удовлетворю вашу просьбу.

— Просьбы мадам, о, простите, мадемуазель де Лодвиль всегда удовлетворяются, — снова встрял герцог Анжуйский.

— Вы испытываете мое терпение, Людовик, — веско заметил король, — оставьте нас одних.

— Как вам будет угодно, ваше величество, — снова поклонился герцог и исчез.

— Почему его высочество все время нападает на мою мать? — спросила девушка.

— Не обижайтесь на него, мадемуазель Селина, — уклончиво ответил Карл, — колкости Людовика не стоит воспринимать всерьез.

— Значит, — задумчиво произнесла она, — это вас, сир, и его высочество мама ждала с таким нетерпением?

— Да, но, к несчастью, мы опоздали. Если бы мы приехали вовремя, ничего не произошло. Я не могу себя простить за неоправданную медлительность.

— Не казните себя, ваше величество: убийца приехал раньше оговоренного срока.

— Вы упомянули, что убийца был высокого роста, в летах, имел темные волосы и шрам на руке?

— Все правильно, ваше величество.

— Это очень расплывчатое описание, мужчин с темными волосами и высокого роста великое множество. А насчет шрама… даже здесь я не могу вам помочь. Придворным не принято раздеваться перед королем, а простолюдинам тем более.