Чтение онлайн

— Твоя пассия ждет — не дождется тебя около леса, — иронично произнесла девочка. — По ее инициативе мужчины прыгают на лошадях через овраг, и она надеется, что ты присоединишься к ним и покажешь себя таким же болваном, как и остальные.

— Высокого же ты мнения обо мне и Изабелле, — возмутился Людовик.

— Перед другими мне приходится соблюдать этикет, но перед тобой, милый братец, я всегда буду честна.

— Ты бесконечно добра, сестренка.

— Честность и справедливость прежде всего, Людовик. Поэтому я и не сержусь ни на Шарлотту де Лодвиль, ни на мадемуазель Селину.

— Как жаль, что в нашей стране введено салическое право, — вздохнул герцог Анжуйский, скрывая усмешку. — Ты была бы прекрасным монархом, Жанна.

— Не сомневаюсь, — с достоинством ответила та.

— Что же делать нам, поверженным в прах у ваших ног? Остается только прыгать через овраги. До свидания, ваше высочество, до свидания, мадемуазель де Лодвиль, — он коснулся своей шляпы кончиками пальцев и, развернув коня, умчался прочь.

Девочка повернулась к Селине, уже усевшейся на лошадь.

— На Людовика не стоит обижаться, — сказала она.

— Именно это говорил мне его величество, — вздохнула девушка. — Но мне от этого не легче.

— Я понимаю вас, но Людовик — он такой: если любит — то без памяти, а если уж ненавидит — то берегись, ни за что не пощадит. От него многим достается, но никогда — женщинам.

— Я думала, он ненавидит меня за то, что я назвала его слугой, но, оказывается, за то, что я дочь своей матери. Но почему, ваше высочество, ведь вы на самом деле принцесса Жанна?

— Да. И пусть нас официально не представили, но я не держу на вас зла, мадемуазель. Более того, очень рада, что вы нашлись.

— Спасибо, ваше высочество, — слегка поклонилась Селина. — Но герцог Анжуйский сказал, что вы должны ненавидеть меня. Почему? Прошу вас, расскажите мне все, что знаете о пребывании моей матери при дворе. Почему его высочество так ненавидит ее и обвиняет в смерти королевы Марии?

— А разве вам ни о чем не известно?

— Нет, клянусь вам! Я только сегодня узнала о том, что мама была при дворе, а король Антуан подыскивал ей мужа, и о том, что она была вынуждена выйти замуж за отца.

— Кто рассказал вам об этом?

— Моя горничная. Так это правда?

— Да. Однако я ничего не знаю об обстоятельствах бракосочетания вашей матери с Гийомом де Лодвиль. Не мне судить герцогиню, но я считаю, что она поступила по меньшей мере странно. Я расскажу вам об этом хотя бы потому, что это несправедливо, если Людовик обвиняет вас и мадам Шарлотту во всех смертных грехах, а вы даже понятия ни о чем не имеете. Слушайте же. Восемнадцать лет назад герцог и герцогиня Антуанские погибли во время шторма, пересекая Ла-Манш. Вам известно об этом?

— Да, но мне говорили, что их гибель произошла годом позже. Мои родители утверждали, что их знакомство состоялось при содействии моих дедушки и бабушки.

— Вероятно, они не хотели вспоминать о том, что произошло. Шарлотта Антуанская, став сиротой, переехала ко двору по приглашению Антуана III, обещавшего выдать ее замуж. Титул герцога Антуанского перешел к ее дальнему родственнику, не пожелавшему или не имеющему возможности заниматься судьбой своей юной родственницы. Король взял эту обязанность на себя с удовольствием, ведь герцог Антуанский был его другом. Вместе с Шарлоттой ко двору переехала и ее компаньонка, очень дальняя родственница. Кажется, ее звали Одеттой.

— Одеттой? Вы не ошиблись?

— Не знаю, не уверена. Хотя нет, я вспомнила, ее звали именно так. После свадьбы Шарлотта забрала компаньонку с собой, поэтому вы должны ее знать, полагаю, ваша мать оставила ее в замке.

— Да-да, я знаю ее, но несколько в другом качестве. Но прошу вас, продолжайте.

— Извольте. За вашей матерью давали не слишком большое приданое, но она была очень красива, и в нее влюбились сразу несколько молодых людей, в том числе и дофин Карл, мой отец.

— Его величество! — ахнула Селина.

— Боюсь, он до сих пор не забыл вашу мать, — продолжала Жанна. — Среди прочих молодых людей, добивавшихся ее благосклонности, был и Гийом де Лодвиль, ваш отец. Шарлотта не оказывала ему каких-то особых знаков внимания, тем более странно, что она через несколько месяцев сбежала и вышла за него замуж.

— Сбежала? — Селина была потрясена. — Но почему?!

— Этого никто не знает. В то время она была тайно помолвлена с дофином Карлом, и они собирались открыто объявить об этом, но не успели. Шарлотта Антуанская покинула Париж вместе с герцогом де Лодвиль накануне бала, задуманного в честь ее помолвки с его высочеством. Случился громкий скандал, Карл Анжуйский был вне себя от горя. Через месяц супруги де Лодвиль объявились и попали на аудиенцию к королю. Антуан не стал вменять в вину Шарлотте оскорбление королевской чести, всего лишь запретил ей с супругом бывать при дворе и зарекся впредь заботиться о девушках, оставшихся без попечения семьи. Однако таких больше не объявлялось, вы единственная за последние восемнадцать лет.

Селина в ужасе прижала ладони к лицу.

— Не знаю, как скоро я приду в себя, ваше высочество. Поверьте, совсем не ожидала услышать такое.

— Я вас понимаю, — успокоила ее Жанна. — Вы слишком много пережили за сегодняшний день.

— Благодарю, вы открыли мне глаза, ваше высочество…

— В этом не было никакой тайны, мадемуазель де Лодвиль, все давным-давно известно королевскому двору. Полагаю, ваши родители не хотели огорчать вас подробностями их личной жизни. Зачем же добавлять ложку дегтя в бочку меда?

— Вы правы, но я все же предпочитаю горькую правду самой сладкой лжи. Ваше высочество… Пожалуйста, ответьте мне, почему герцог Анжуйский считает, что моя мать виновна в смерти Марии Английской?

— Людовик очень привязался к моей матери, мы с ним росли как родные брат и сестра. Но король всегда любил только мадам Шарлотту, королева знала об этом и очень страдала, а у нее было больное сердце.

— Ваше высочество…

— Мадемуазель де Лодвиль, я не хочу больше говорить об этом. Мы с Людовиком играли второстепенные роли в этой драме, и я не уверена, что понимали всю сложность ситуации. Я не держу зла ни на вас, ни на мадам Шарлотту. А Людовик… он непримирим и ожесточается, если теряет тех, кого сильно любит. В любви он будет таким же неистовым, как и в ненависти. Если появится женщина, которая растопит его ледяное сердце — она станет самой счастливой на свете. Обычно представительницы прекрасной половины человечества довольствуются лишь неизменной симпатией и рыцарской учтивостью Людовика, но еще ни одна не завладела его сердцем.

— К сожалению, меня он не считает достойной даже обычной учтивости, — грустно заметила Селина. — О симпатии не может быть и речи. Он никогда не поймет, что я невиновна в том, что натворила моя мать, если она виновата в чем-либо.

— Не отчаивайтесь, — посоветовала Жанна. — Людовик упрям, но когда он поймет, что ошибался, вы первая узнаете об этом.

— По-видимому, вы очень хорошо знаете его высочество, — улыбнулась девушка.

— Да, это так. Мы очень дружны с Людовиком, хотя и часто ссоримся. А вот и он, — она посмотрела поверх плеча Селины. — Прошу вас, не оборачивайтесь, сделаем вид, что мы ведем оживленную светскую беседу о погоде или о последней моде на булавки. К тому же принц не один — король со свитой тоже направляется сюда.