Чтение онлайн

Я завидовал им светлой завистью. Они будущие Владыки, так же как и я. Их брак был предопределен судьбой. Но встретить свою половину, свою родственную душу в том, кого тебе навязали, можно сказать насильно, это истинное счастье. Правители Империй не имеют права на личную жизнь. Конечно, если брак несчастлив, у императора может быть сколько угодно фавориток, а у его супруги фаворитов. Их задача состоит только в одном. Подарить Империи нового будущего правителя. А когда долг выполнен, можно делать все, что заблагорассудится. Так принято в человеческой Империи. Насколько я понял, у эльфов с этим сложнее. Они сохраняют верность даже нелюбимым супругом, хотя у их расы это скорее нонсенс. Ведь только Владыка связан традициями своего Дома. И так же как у людей, его главная обязанность - рождение наследника. А все остальные эльфы заключали браки исключительно по любви, а значит и вопроса об измене не стояло.

Сегодня мы покидали территорию последнего города на эльфийских землях, который был расположен на нашем пути в Фирсу. Пост на границе между эльфийской Империей и Небесными горами, где расположена цитадель гномов Вилларот, им не считался. Так, пара-тройка строений, обнесенных стеной и с несколькими лучниками в качестве стражи.

Договор о сотрудничестве у эльфов с гномами, вбивал в наши головы знания Владыка светлых Алла'атель, заключен много тысяч лет назад, и с тех пор незыблем и непоколебим. У эльфов есть магия. У гномов ее нет. Эльфы превосходные скульпторы, строители и ювелиры, гномы обладают талантом виртуозно обращаться с любыми металлами. Они великолепные кузнецы и оружейники. Обе расы взаимо дополняли друг друга. А уж если вспомнить о светлом эльфийском вине Риндиэ и гномьем самогоне, называемым Горным хрусталем, то тут крепче связей между расами и не сыскать. Поэтому охрана гномье-эльфийской границы была чисто номинальной.

После пересечения границы магического купола, накрывавшего Коэлас, мы ощутили приближение зимы. Дождь практически прекратился. По утрам землю подмораживало так, что у лошадей периодически разъезжались ноги, скользя на льду застывших луж. По-зимнему ледяной, пронизывающий ветер, гнал по низкому небу облака. Уже наступил Грудень, и со дня на день можно было ожидать, выпадение снега.

Мы по-прежнему ехали, укрывшись силовыми щитами, поэтому сильно не мерзли, но Лан предупредил, что в горах нам придется с этим быть осторожнее. Постоянное удерживание активного щита по крупицам вытягивало магию, а кто знает, что ждет нас там, в горах. Там лучше одеваться потеплее, и беречь свою магию. На всякий случай.

Сегодня наша последняя лесная стоянка, завтра мы будем ночевать уже в Саламандровой пустоши. Небольшой ручеек, на берегу которого мы расположились небольшим лагерем, практически полностью покрылся тоненькой корочкой льда. Лед разбили, набрали в котелок воды и поставили кипятиться на небольшом костре, чтобы заварить травяной отвар. Несколько дней холодного ветра и отсутствия дождя, и хворост просто вымерз, избавившись от лишней влаги. Теперь мы могли спокойно разжигать костер, не боясь удушливого дыма.

После обустройства лагеря к ночлегу, Корин внезапно вспомнил, что мы вчера пропустили урок мечемахания. Два часа прыжков и увертываний, выпадов и отступлений, разогрели нас и вымотали до невозможности.

– Я сейчас такой голодный, что готов съесть целого оленя в одиночку, - сообщил Лан, поджаривая над углями кусочки мяса.

– Я тоже, - Эль вздохнула.
– Корин, а в горах мы тоже будем так тренироваться?

– Скорее всего, нет, - покачал наш страж головой, - горная гряда, она не ровная степь и даже не лес. Там сплошной камень, подъемы и спуски, обрывы и бездонные пропасти. Мы можем посмотреть, по местности, в которой будем останавливаться на ночлег.

Лан согласно кивнул ему.

– Да, поддерживаю. Эта наука нам может очень пригодиться.

– И ты туда же, - притворно вздохнул я и Эль захихикала.

Ночью на наш лагерь, неожиданно набрел олень. Я проснулся, услышав тонкое ржание Огонька, возмущенное фырканье Разбойника и тихий голос Эль. Приподнял голову и посмотрел на зрелище, открывающееся мне, а потом тихонько толкнул Лана в бок.

– Тс-с-с, посмотри на это, - на полувздохе шепнул я Лану, заставляя его замереть.

В свете полной Селены на краю лагеря стояла Эль, и гладила одной рукой Огонька, а другой мордочку взрослого оленя. Его рога были похожи на большой куст с ветками, похоже это был достаточно старый самец. Разбойник стоял позади Эль и тихо фыркал ей в волосы, возмущаясь несправедливостью.

– Нельзя, говорю я тебе, - донесся до нас ее тихий голос, - это не еда. Он пришел к нам поздороваться. Смотри, какой он красивый. И Огоньку он понравился. Ты же не будешь обижать его друга?

Возмущенное фырканье и топот, к'ярд вернулся на свое место, под деревом.

– Ты такой красивый, благородный, правда, Огонек? Твой друг так же, как и ты, похож на ожившую сказку.

И тонкая рука, ласкающая темную спину, гладящая ветвистые рога.

– Знаешь, - сказал мне Лан еле слышно, - в ту неделю в лесу, идя в Сидон, мы много разговаривали. Она сказала мне тогда, что ее не боятся лесные животные. Я представил это так, что она выходит на поляну, а там сидит, к примеру, заяц, и не убегает от нее. Но чтобы так? Я не слышал о таком, у нее действительно талант к общению с животными.

– Вы можете подойти, - Эль чуть повысила голос, обернувшись к нам, - я слышу, что вы не спите. Только потихоньку, не спугните. Он разрешил себя погладить и вам.

Я уселся, а потом осторожно поднялся на ноги. Лан последовал за мной. Мы медленными шагами приблизились к этой странной троице, стоящей на границе леса. "Лесная богиня и ее подопечные", - мелькнуло в моей голове.

– Идите сюда, не бойтесь.
– Эль улыбнулась нам. Взяла своей рукой за руку Лана и поднесла ее к оленю. Зверь осторожно обнюхал ее и уткнулся черным бархатным носом в его ладонь.
– Дар, теперь ты, - шепотом повторила она.

Проделав и с моей рукой ту же нехитрую операцию, она сказала лесному красавцу:

– Позволь им, они не обидят. Я верю им как себе.

Олень внимательно посмотрел на нее черными маслинами своих глаз, и едва заметно качнул рогами.

– Он разрешил, - улыбнулась нам Эль.
– Только очень осторожно, не напугайте и не сделайте больно. Он вам доверился.

Сказать честно, это была безумная ночь. Осенний лес, островки травы, перемежавшиеся с кристаллами льда на замерзших лужах, листья, шуршащие у нас под ногами. И мы, похожие на ночных призраков, в бледном свете сияющей с небес Селены, рядом с красавцем оленем.

Я понял, что это мгновение я буду помнить до конца своей жизни. Потому что оно было воистину прекрасно!

* * *

Ближе к обеду следующего дня, мы подъехали к границе леса. Перед нами расстилалась Саламандровая пустошь. Земля, похожая на песок, только красного цвета. Бескрайнее море жухлой травы на этом песке. Ни единого деревца или кустика. Только ямы и пригорки, кочки и небольшие овражки, пересекавшие эту безжизненную пустыню из края в край.

– Лан, - спросила Эль, - почему она называется Саламандровой? Пустошью понятно почему, - она грустно улыбнулась, - как-то безрадостно тут. Может быть летом, когда трава стоит зеленой, тут приятнее?