Чтение онлайн

«А разве фанатик, услышав голос бога, не пойдёт на зов Истинного владыки?»

До самого утра Жора мастерил переговорный артефакт. Радиус действия минимальный, но если применить мерцающие чары, можно добиться того, что жрец уверует в то, что избран богом для ответственной миссии. На рассвете Жора, проходя мимо брата Аскетика, подложил ему в капюшон заряженную заклинанием палочку, а после, имитируя голос Истинного владыки, потребовал идти на крышу храма. Худощавый жрец, словно сомнамбула, поднялся наверх и, воздев руки к небесам, крикнул, что готов исполнить предназначение. Внизу собралась толпа, наблюдая за странными действиями «пастыря заблудших овец». Когда прозвучала команда шагнуть вперёд, жители наблюдали за тем, как жрец оступился и упал. К сожалению он слегка не долетел до того самого кола, на который сажал ведьму. Жоре хотелось, чтобы он проткнул себя насквозь, но не судьба. Хотя в принципе устраивала и свернутая шея негодяя. Брат Тур повздыхал для приличия, а после сказал, что брат Аскетик считал себя особенным, вот и доигрался.

В полдень пираты получили положенный выкуп и увезли пять телег с продуктами в сторону ладьи, а Жора со спутниками отправился в столицу. На первом же привале к нему подошёл юный оруженосец Стюарт и спросил:

— Тан Жорж, а вы действительно Истинный владыка?

— С чего ты взял? — удивился Жора.

— У храма вы шептали, а жрец вас слышал и называл богом, — сказал юнец.

Жора мысленно выругался, потому что не обратил внимания на свидетеля преступления. И как поступить? Убивать парня не хотелось, но он же мог рассказать о том, что видел. Однако Жора решил искать компромисс.

— Понимаешь, бог дал заповеди, за исполнением которых следят жрецы. Но иногда служители храма начинают по-своему трактовать законы…

— Да, и довольно часто, как тот худой Аскетик с кудрявой девочкой и её мамой, — согласился Стюарт.

— Трезор — настоящий паладин из дюжины. Его основная миссия исправлять различные ошибки, допущенные младшими братьями. Но он не мог казнить брата Аскетика без суда, а везти жреца в главный храм слишком хлопотно. Поэтому за дело взялся я, — рассказывал Жора. — Я подложил специальный секретный амулет брату Аскетику, и он подумал, что с ним говорит Истинный владыка. Если бы он хоть на мгновение задумался, то смог бы понять, что это ложь и бог не станет общаться со столь ничтожным червяком. Но жреца ослепила гордыня, и он выполнил предназначение…

— А почему вы не убьёте брата Тур? — спросил Стюарт. — Он тоже подлец.

— Пути Истинного владыки неисповедимы, а брат Тур знает как себя вести. Он, конечно же, не самый хороший человек, но заповеди чтит, поэтому никаких серьёзных нарушений не допускает, — пояснил Жора.

— Он и его телохранители, настоящие мерзавцы, — мрачно сказал Стюарт.

— Охотно верю, но их действия укладываются в рамки закона, поэтому они до сих пор живы, — ответил Жора. — Возможно, скоро что-то изменится, но кроме меня у Истинного владыки есть иные каратели. Как говорится, время покажет. А ты никому не говори, что видел у храма. Договорились?

— Надо бы и мне провести обряд и стать карателем, — решил Стюарт.

— Мы договорились? — снова спросил Жора.

— А вы похлопочите за меня перед паладином? — сощурив глаз, спросил он.

— А может утопить шантажиста в реке? — поинтересовался Жора.

— Не-а, не получится, я хорошо плаваю, — самодовольно заявил Стюарт.

— Ладно, как ты там говоришь? «Надо бы обряд»? Давай клятву, — решил Жора и, достав артефакт с мерцающими чарами, активировал пульсирующий источник света. — Обещай служить мне верой и правдой. Забудь о том, что видел и слышал у храма. Прилежно учись и со временем станешь карателем.

Ни на следующий день, ни через неделю Стюарт не вспомнил о том, что стал свидетелем преступления. Парень исполнял приказы и прислушивался к рекомендациям наставника. Так они и ехали по дорогам, постепенно нагоняя отряд Вольфа. Наконец все трудности пути оказались позади и ближе к закату шесть всадников подъехали к воротам города Лэндам.

Столица располагалась у половодной реки текущей с запада на восток и шириной более полукилометра. Основной город, дворец и богатые кварталы лежали на северном берегу, а на южную сторону с районами купцов, ремесленников и бедноты можно перебраться по деревянному мосту с вышками. Приблизительно посередине переправы имелись разводные секции, чтобы пропускать корабли в обе стороны. Разумеется, за всё взымалась плата, потому что река считалась главной артерией острова и по ней провозились товары в королевство Фалес, граничащее со страной Ландис на западе.

Об этом им поведал Альфред, но Жору интересовало совсем другая информация, и он задал вопрос:

— Как я посмотрю, стены с башнями высокие. Идут вдоль реки более трёх тысяч шагов. А какова численность гарнизона?

— А вам, зачем это знать? — спросил Альфред.

— Смогут ли горожане устоять под натиском армии вторжения? — пояснил Жора. — Насколько я понимаю, лорд Рошаль пришёл сюда, чтобы править. Сумеет ли он захватить столицу или нет? Без главного города страны его затея попахивает авантюрой.

— Укрепления строились в форме прямоугольника, — ответил Альфред. — С севера на юг четыре, а с запада на восток три тысячи шагов. Через каждую сотню стоит крепость для охраны. То есть почти полтораста башен с десятком воинов. Плюс городская стража более тысячи человек. Насколько я знаю, на южном берегу в барбакане дежурит сотня. В этом городе одной только стражи три тысячи, плюс жители, которые не станут сидеть, сложа руки. Столица считается самым укрепленным городом королевства Ландис.

— А что во дворце? Есть ли у Вольфа хоть какие-нибудь шансы захватить наследника или мы напрасно сюда примчались? — поинтересовался Жора.

— Там гвардия короля, состоящая из младших сыновей эрлов и танов. Их три сотни, — с пафосом заявил Альфред.

— Тогда вопрос такой, на что рассчитывает Вольф? Не мог же он штурмовать город с трёхтысячным гарнизоном всего с полусотней бойцов?

— По плану главного храма король Меринг должен убедить Вильгельма Безбожника идти на битву всего с половиной армии и двумя сотнями гвардейцев, — ответил Трезор. — Значит, в замке осталось человек сто, если не меньше, а лорд Вольф вхож в королевские покои.

— Альфред, а ты, случайно не ходишь во дворец, как к себе домой? — с усмешкой поинтересовался Жора.

— Я обычный воин-гезит, — ответил Альфред. — Я всего три раза сопровождал тана Генри и лорда Харди на беседу к королю.

— И то масло, имеешь хоть какое-то представление, что и где там находится, а то мы вообще не знаем, куда идти, — сказал Жора. — Интересно, а как Рошаль собирается захватывать укрепления?

— Как только придёт весть о смерти Вильгельма Безбожника и отречении наследника, глава храма отец Паскаль сообщит о том, что на всё воля Истинного владыки и город сдадут без боя, — пояснил Трезор.

— Какие у нас продуманные жрецы, — усмехнулся Жора. — А у Вольфа в столице есть какой-нибудь особняк?

— Да, в квартале олдерменов, — сообщил Альфред, — но нас туда не пустят.

— Тогда ищем таверну, оставляем лошадей и попробуем прорваться на приём к наследнику, — решил Жора.

Судя по описанию Альфреда, архитектор строил королевский дворец на основании более древнего сооружения размещенного на естественном холме. За монументальной надвратной башней с опускающимися решётками лежала внутренняя площадь размером двести на триста шагов. Её использовали для смотра войск и проведения массовых мероприятий на свежем воздухе. Пространство замостили квадратными плитами из базальта. Пройдя дальше, гость приближался к парадному входу — двустворчатым дубовым дверям высотой в пять шагов. Перед входом на страже стояли гвардейцы. Преодолев пост охраны, человек оказывался в холле перед широкой лестницей с балюстрадой, ведущей на второй этаж в тронный зал. Пройдя вдоль колонн приблизительно сотню шагов, посетитель доходил до возвышения с высоким креслом, на спинке которого вырезали герб — лев, стоящий на задних лапах, а над головой корона.