Чтение онлайн

— Бабушка, а мой глаз… Он не заживёт?

— Ну как сказать, девонька… На вот, сама в зеркальце взгляни. — и пока я обдумывала услышанное, старушка ловко всучила мне старинное зеркало и сорвала повязку, закрывающую глаз.

Проморгавшись и привыкнув к свету, я обоими глазами внимательно рассматривала своё отражение.

— Бабушка, простите за бестактность, но почему мой глаз пожелтел? — задала я вопрос, не обращая внимание на то, что старушка что-то проделывала с моей свободной рукой.

— Полно-те, девонька, не говори ерунды, желтый он и был всегда! Да и с чего взяла, что твой? Твой вытек, детка, после того как его «клятым» ножиком порезали, его бы даже боги не спасли… Ну, чего так смотришь? Али брезгуешь глазом Ши? Зря, он, между прочим, дорого стоит на рынке органов и ингредиентов. А этот еще и был отдан условно-добровольно, так что не потерял своих свойств! — распиналась оскорбленная старушка.

— Условно?.. — только и смогла пропищать я.

— Ну да, если бы добровольно один не отдал, мы бы принудительно забрали, но уже два глаза, а не один. А добровольно отдал — свойства хорошие сохранились! Я сестрам сразу сказала, добрый глазик, сильному Ши принадлежал. А что до свойств — так Гламур, наверное, видеть будешь, али ещё что проявится. Поживём — увидим, всё же первый раз плоть Ши метаморфу вживили. — весело приободрила меня Бабушка и, щелкнув морщинистыми, скрюченными от старости, пальцами, провела рукой по моему горлу. Взглянув в зеркало, я вскрикнула — на моей шее материализовался чокер без застежки, по центру которого расположился мохнатый паучок. Настолько он был реалистичным, что казалось — тронь, и он пошевелится. Что я, собственно, и сделала. А он и пошевелился, заставив меня подскочить и завизжать, умолкнув лишь после несильной пощёчины.

— Чего визжишь, как окаянная? Неужто ведьминого помощника испугалась? Не бойся, если будешь стараться, как и обещала, он не тронет. А как отработаешь глазик, да результаты пересадки проявишь, ошейник спадёт. Ну, что надо сказать доброй бабушке за помощь?

— Спасибо. — прошептала я, всё еще не понимая, во что ввязалась.

— Чего? Не слышу, глуха стала, как тетеря. — старушка явно издевалась. И, честно говоря, у меня возникли сомнения относительно ее «немощности».

— Спасибо за Вашу доброту, бабушка. — громко и четко произнесла я, решая играть по её правилам.

— То-то же, смышленая девонька. — ухмыльнулась старуха, подмигнув мне подслеповатым глазом.

Грязное старинное зеркало не скрывало, а лишь еще больше подчеркивало всю неприглядность нанесенного мне из ненависти увечья. Я стояла напротив зеркала, привыкая к тем изменениям, что постигли мою, когда-то миловидную, внешность: ярко-желтая радужка глаза, от происхождения которого я мысленно передергивалась, смотрелась чужеродно на моём лице. Не менее чужеродно, чем длинный узкий шрам, тянущийся от лба до щеки, пересекающий бровь и "чужой" глаз.

Нет, я не собиралась истерить и отказываться от доставшегося мне органа. Дурой не была, да и импульсивность мне не свойственна, поэтому я была благодарна за возможность видеть двумя глазами. А к цвету и всему остальному я обязательно привыкну.

Мыслительный процесс был прерван очередным вторжением старухи:

— Оделась, гляжу, в зеркало смотришь… Ну что скажешь, девонька, нравится? — она явно провоцировала меня. Ожидала, что я буду вести себя, как неуравновешенная истеричка? Нет уж, я такими вещами никогда не занималась и не планирую начинать. Да и не то это место, где стоит проявлять подобную слабость и беспечность. Сдается мне, что не всё так просто с этой старухой, а значит, надо брать себя в руки и не искать неприятностей.

— Очень нравится, бабушка, — с улыбкой ответила я, явно удивив провокаторшу. — Спасибо большое за то, что Вы для меня сделали!

Задумчиво всматриваясь в моё лицо и не находя признаков неискренности, старушка совсем уж озорно ухмыльнулась и повела меня к столу, трапезничать с её сёстрами.

Дом, в котором я стала гостьей, представлял из себя добротное шестиугольное строение, выполненное из сруба. Здесь не было никакой роскоши и изысканности, только лишь уютная практичность. Войдя в комнату, которая, судя по славянскому антуражу, являлась горницей, я увидела двух молодых женщин. Удивившись возрасту сестер старушки, я обернулась и пораженно ахнула: вместо старухи чуть позади меня стояла румяная красавица, обладающая в меру выдающимися формами, как и её сестры.

У всех трех сестер были длинные русые косы толщиной с моё запястье, которые были перевязаны красными лентами. Одеты они были в нарядные, искусно украшенные красивым орнаментом, сарафаны серого, синего и зеленого цветов. На мне тоже был сарафан, но он не имел никаких узоров и был сделан из белоснежной ткани, лишь голубой широкий пояс, завязанный под грудью, выделялся ярким пятном.

Помолодевшая старуха подтолкнула замершую меня к деревянному, как и прочая мебель, стулу, а сама уселась напротив меня вместе с сестрами и произнесла:

— Сначала выпьем! — эта реплика не допускала возражений, но всё же я попыталась отвертеться. Мутная серо-зеленая жидкость доверия не вызывала.

— Деточка, тебе не стоит спорить с нами, это неразумно. — обманчиво мягкий голос бывшей старушки добавил мне послушания, и я залпом, опасаясь почувствовать вкус, осушила кубок. Вкуса, однако, жидкость не имела. Зато, без сомнений, волшебное снадобье улучшило моё настроение: мне вдруг стали нравиться девушки, что сидели напротив, настолько, что хотелось сделать всё, что бы любая из них ни попросила.

— Меня зовут Сууд, а моих сестер — Ветрена и Альда. А тебя как зовут? — голос самой младшей на вид сестры был выше и нежнее, чем голос Верены. Улыбаясь до ушей, я ответила:

— Очень приятно познакомиться. Меня зовут Вероника. Вы такие красивые! — на это Сууд лишь снисходительно улыбнулась. Право говорить перехватила средняя сестра, которую звали Альда:

— Как ты оказалась на наших топях? Кто тебе помог? — голос средней сестры был глубоким и томным, чуть ли не вводя в транс.

Я рассказала сестрам всю мою историю попаданства, стараясь не упускать детали.

— …ха-ха-ха, девонька, ну какой он тебе эльф? Ты эльфов где таких здоровых видала? — спустя пару минут безостановочного смеха, Ветрена, наконец, соизволила пояснить мне, что же их так развеселило.

— А кто? — округлив глаза, пришибленно спросила я, ни к кому конкретно не обращаясь.

— Так знамо кто, Верона. Ши, кто же еще! — используемый аналог моего имени немного резанул по ушам, а вот остальное я вообще не поняла, и выражение моего лица не изменилось. Видимо, заметив признаки непонимания на моем лице, Сууд, самая улыбчивая из сестер, решила пояснить:

— Ши, они же Сидхе, на эльфов похожи лишь тем, что кончики ушей заостренные. И то, уши эльфов, согласно иллюстрациям и приданиям, гораздо длиннее. В остальном же, никаких сходств нет. Ши являются выходцами Холмов фэйри, а именно — высшей кастой фэйри. У них сверкающая в свете Ярги или Солы кожа, а еще есть прекрасные бритвенно-острые зубы и когти, которые очень полезны в хозяйстве. — чем дольше Сууд говорила, тем больше я поражалась особенностям Ши и брехливости одного конкретного представителя этой расы. Тем временем, Ветрена решила дополнить разъяснения сестры: