Чтение онлайн

— Может не стоит так жестоко поступать с Деройном и его людьми? — обратился один из кардиналов к выше-сидящему.

— Стоит, разумеется, — в спокойном тоне ответил Питавиус.

— У нас нет выхода, люди прознают о пропаже, нужно отобрать у Сагарата титул и повесить рядом с остальными, — предложил другой кардинал.

— Как его превосходство говорил, мы тем самым признаем, что слабы! Да кто будет наследовать земли аббатства? Его отец? Земли, а значит, налоги уйдут под начало другого государя, — подключился, родной дядя Сагарата Окнебыд, кой является кардиналом и тем, кто поручался за юношу при принятии его в великие мейстеры.

Кардиналы больше двух часов вели дебаты о том, как выходить из ситуации, при всём, зачем-то, лишний раз, спрашивая юного великого мейстера о его привычках и прочих навыках. Ничего дельного в голову опростоволосившийся верхушки Собора Крови не приходило, да и не собиралось приходить. Скверность ситуации заключалась ещё в том, что в книге указывались важные сведения о различных приёмах магии крови, среди которых был весьма любопытный пример исцеления от одержимости. Так же книга — это единственное доказательство того, что Огненный Орфей существовал на самом деле, и что именно Магов Крови нужно благодарить за победу над демонами чуть менее двух веков назад. Всё государство держится на вере людей в мифы.

— Вам присвоено начало династии с прозванием Подчинитель, за что вы удостоились прозвания, Сагарат? — прозвучал голос изъявителя.

— Вы что же не знаете? Что за глупые вопросы? — вклинился волнующийся за племянника дядюшка, — Ему и титул пожалован, что с того-то?

— Тем не менее, Сагарат?

— Я изучал раздел магии крови связанный с управлением током жидкости, — ответил юноша, не поднимая глаз.

— И что же? Многие это изучают?

— Мне удалось научиться управлять током через препятствие, касанием к нему. Совершенствуя этот навык, я, прикасаясь к любому, могу подчинить его волю себе, пока держусь за него, — продолжил он, — Результаты исследований я предоставил сначала кардиналу Окнебыду, а он предложил выставить их на совет магов в Рубиновой Академии. Моё заклятие зарегистрировали, как принципиально новое в области магии крови, и дали прозвание первооткрывателя — Подчинитель.

— Ясно, ясно… — ответил изъявитель.

— Как будто вы этого не знали! Зачем пудрить всем мозги? — из-за переживаний Окнебыд сильно вспотел.

— Сагарат выдавал секреты Собора простым магам, я имею право это так расценивать? — обратился волеизъявитель к осуждаемому.

— Нет, регистрация заклятий требуется по закону!

— По чьему закону?

— По закону магических княжеств!

— Вы утверждаете, что есть законы, кроме законов Орфея?

— Это не имеет отношения к вопросу, прекратите! Великий кардинал жаловал ему титул за это открытие, при чём тут Орфей!? — потребовал дядюшка Сагарата, но безуспешно. Кардиналам нужен был лишний повод, чтобы убедится в своей уверенности. Мальчишка — преступник и негодяй, его стоит умертвить.

— Хватит! Сер Хронос Ле Перестук, прочтите, что говорится в отчёте сера Сандела Ле Дейла про реликвию. Попрошу с того места, где таковая находится, — прекратил бесплодные споры Питавиус.

— Будет исполнено, ваше святейшество! — помпезно обратился серый инквизитор, когда встал рядом с осуждаемым, тот самый, что проводил Сагарата на суд, — Я смог отследить путь похитителя до гавани в городе Винвиль, что на острове Оркес, в окрестностях епархии великого мейстера Сала Хад Дина, в ведении кардинала Октавиуса Прициста. Из гавани похититель отбыл на корабле торговцев-зверян на большой материк в земли дикарей!

С этого места слова серого инквизитора вызвали негодование у всего собрания кардиналов и, особенно у секретарей, что записывали весь процесс, а сути дела не знали.

Земли зверян или земли дикарей — это места, где страшные твари похищают младенцев и варят из них супы. Где всюду опасность и ужасные чудовища. Где заселилась такая скверна, что колдовство не может пробиться через неё. Так считают все людины до единого.

— По другой версии от гавани похититель направился прямиком в Рубиновую Академию. По заверению опрошенных зверян, похититель не был одним из них, а относился к роду дикарей именуемому местными, как волкийцы. Они утверждали, что похититель искал кого-то, кто мог бы прочесть ему содержание реликвии. Жду ука… — не успел закончить читать инквизитор, как среди кардиналов поднялся стойкий шум. Полчаса громом сыпались проклятья, брань вперемежку с более менее сносными предложениями на голову Сагарата, что находился в самом центре ямы.

— Решено, — перебил этот шум Питавиус, — Великий мейстер Сагарат, я сохраняю при тебе титул, но Деройн своё наказание понесёт. Ты обязуешься найти утерянный демонический бестиарий в противном случае, будешь мучительно казнён и объявлен одержимым!

Удар молотка.

***

Четырнадцать лет до появления Иртона…

Великий мейстер Сагарат с бледной от усталости кожей, опухшими, от постоянного недосыпания, веками да с фиолетового цвета мешками под глазами стоял в центре кругло зала под пристальным внимание шести кардиналов, облачённый в красный боевой китель монсеньёра с поправкой на плотные кожаные наплечники, кожаные ботфорты да бордовые богатые шаровары, покрытые походной пылью. Дядюшка Окнебыд не смог выдержать страшного горя и посему не явился на суд, сославшись на тяжёлое состояние. Великий кардинал тоже своим присутствием не порадовал, так как, ознакомившись с причиной явки Сагарата, отдал чёткие распоряжения и более видится со «скотиной» был не намерен. Если доподлинно передавать чувства Питавиуса Кольдьери.

Судорожно перелистывая бумагу за бумагой, волеизъявитель словно пытался найти слова утешения, — Сэр Сандел Ле Дейл, вы говорите, что следы похитителя уводят прочь с земель людей? — взорвался в воздухе зала голос одного из кардиналов. Как и два года назад на суде Сагарата публика не присутствовала, так и в этот раз трибуны были полностью пусты. Но, несмотря на это, за процессом пристально следили абсолютно все людины всех сословий. Толпы зевак окружили здание суда, ожидая решение.

Секретарь и вовсе понадобился только один. Всё сводилось к тому, что судьба великого мейстера давно решена.

— Да, ваше святейшество. Серая инквизиция сделала всё, что могла. И наше заключение однозначно, — откликнулся вышедший на свет инквизитор в серой безликой маске, что был тогда — два года назад в Огненном Храме.

— До того, как серая инквизиция огласит своё заключение, Сагарат Подчинитель, не хотите ли поделиться своими результатами? — обратился изъявитель к осуждаемому, а его руки тряслись от крайнего напряжения. За прошедшее время авторитет Собора Крови сильно упал, и до такой степени, что прихожане стали покидать свои аббатства, чего не случалось никогда в истории. Вдобавок, академический совет магов и волшебников поставил под сомнение подлинность исторических событий, связанных с «Бойней», в частности Орфею отвели место героя эпоса или божества некоего культа, а не реально существовавшего человека. Всё кажется мелочами, мол, какая разница, пусть не верят, но от этого, опять же, у Собора меньше последователей, а значит меньше влияния. Основание для власти стало очень зыбким и их земли можно банально отобрать, объявив всё ересью. У них же нет права на престол и прочее-прочее.

— Под моим руководством, был проверен каждый доступный уголок земли на островах, мы буквально опросили всё население! Мы точно знаем, где находится книга, но мы не может до неё добраться, — с прискорбием сообщил Сагарат, щёлкнув костями левого плеча.

— И куда же это не может добраться великий мейстер собора крови? — переспросил кардинал, но Сагарат не дал ответа, так как не хотел этой правды. Кардиналы внимательно смотрели на него в ожидании реакции, но осуждаемый не шевелился.

— Сэр Сандел? — не дождавшись слов от измученного юноши, вопросил изъявитель.

— Мы абсолютно уверены, что похититель отбыл на земли дикарей два года назад, — ответил человек в сером одеянии.

— Вам потребовалось два года, чтобы в этом убедиться? — разгневанный тон пронизал стены круглого зала.

— Никак нет, нам потребовался месяц для этого, Сагарат Подчинитель отказывался нам верить.

Услышав эти слова, изъявитель небрежно швырнул бумаги перед собой, и они разлетелись по залу, ударяясь об пол с весьма характерным стуком. Он бессильно откинулся на спинку стула, а остальные кардиналы в раздумье закрыли лица ладонями. Воцарилась тишина, только кардинал-изъявитель ритмично постукивал пальцами по столу. Он глядел на Сагарата очень тяжёлым и озадаченным взглядом.