Чтение онлайн

— Про брата моего, — потеряв всяческую уверенность в себе и былое величие, ответил трясущийся Ка’Сдель. Самое страшное в ситуации, что и воины заметили, как поджимает хвост их предводитель.

— Бесполезно. У неотёсанных варваров, о которых ты плёл, сложные конструкции, замки и мастерство ведения боя. Ты и этот замок взял лишь благодаря нам магам. Так что, когда придёт твой брат, всё на что можно надеяться это на то, что протухшие трупы его армии вызовут мор среди этих тинторов, — оценил человек, — Ты же уверял, что они безмозглые лодыри?

— Так и есть! Вы видели их мечи! А те что с полосками и вовсе оружием не владеют! — врал как мог сам себе Ка’Сдель.

— Что ж, я возвращаюсь к Сагарату. И теперь твой дворец — это наше аббатство. Предупреждаю тебя на всякий случай, но не думаю, что ты вернёшься, — было заметно, как людин улыбнулся, так явно и ехидно, что и маска не смогла этого скрыть. А его блеснувшие искрой глаза выбили из атамана последнюю каплю спокойствия. Но вместо того, чтобы броситься и убить человека за дерзость, он в присутствии своих подчинённых, пал на колени и взмолился о помощи, роняя тяжёлые слёзы.

— Прошу! Прошу! Спасите меня, я буду служить его светлости Сагарату! Я пущу его в дом свой! Но прошу спасите мою жизнь!

Солдаты-койоны смотрели на своего атамана, провалившегося в отчаяние, переглянулись, изредка пожимая плечами. Тогда поднялся тот самый урядник, вооружённый луком.

— Схватить этого труса и повесить на столб при входе! — очень грозно и уверенно произнёс он, что не вызвало никаких сомнений у остальных. Атаман тут же был схвачен и уволочён по лестнице. Удивлённый человек посмотрел на урядника.

— Как тебя зовут? — спросил он.

— Ир’Мель! — гордо вскрикнул урядник.

— Ты достойный воин, если выживешь приходи к Сагарату!

— Ты не будешь нам помогать?

— Думай об Орфее, когда жизнь будет висеть на волоске, и тогда, наверняка, он спасёт тебя!

Урядник хотел вставить своё оскорбление в продолжение беседы, но неожиданно горящий снаряд прошёлся сквозь людина, что должно было стать абсолютно точной причиной смерти любого живого существа. Волшебник разлетелся на мелкие кровавые ошмётки, словно лопнувший воздушный шарик, а потом резко собрался: целый и невредимый вновь. После этого людин с улыбкой, просматривающейся через тряпичную маску, показал прощальный жест ладонью и устремился по башенной лестнице вниз. Легенда гласит, что он успел пропеть защитное заклятье.

Раздался гром, а ветер пригнал грязные клубни листьев из леса. Людину всё больше становилось не по себе, выходя из башни к основанию укрепительной стены, его чуть не засыпало осколками от постоянно бьющих снарядов. Дальше хуже, он чудом предвидел падение убитых воинов ему на голову и остановился в шаге от этого. Три бездыханных тела с глухим хрустом упали перед ним. Он бежал как можно быстрее в сам замок из очень опасной дворовой части. В большом зале замка собрались несчастные захваченные и напуганные привезённые наложницы атамана, ожидавшие исхода событий. Тут же при них находились и маленькие дети. Звон мечей, заглушенный раскатами грома. За стенами замка полил дождь. И вновь крики и лязг сражения. Не нужно обладать острым умом, чтобы догадаться, что осада перешла в штурм, вполне удачный для осаждавших. Людину некуда было деваться, он прошёл к лестницам и устремился в винный погреб. Ему вновь повезло уйти из зала, в котором храбрые наложницы взяли судьбу в свои руки и освободились от стражи, захватив в плен наложниц, что были не тинторками.

Людин достиг своей цели, в погребах стоял звонкий морозящий душу гул, какой бывает обычно в пещерах и длинных тоннелях. Среди всего содержимого погреба инквизитор выбрал одну из гигантских бочек, лежавших вдоль стен в специальных пазах из каменной кладки. Повернул пробку, закупоривавшую бочку, и та словно дверь открылась, демонстрируя путь. Волшебник точно знал куда ведёт кротовая нора, так как по ней он прошёл в замок ранее. Но вот одна беда. Выход этот ведёт в лагерь короля Лонтона, в связи с чем, подручный Сагарата закрылся в этом узком тоннеле и решил выждать какое-то время. Послышался топот. Затем удары мечей и лязг металла — в погребе шёл бой. Людин взялся уползать к выходу, побоявшись, что его убежище могу обнаружить. Но выйти не удалось. Король Лонтон хорошо знал замок, и этот тайный путь не был исключением. У его входа, ожидая сигнала, стояла рота солдат в полной готовности, волшебник увидел их и не показался из темноты тоннеля, а скорее направился обратно в замок. Он прислушался к дверям, замаскированным под бочку. Казалось, что ничего не происходит, и он приоткрыл дверь. Увидел троих койонов крайне удивлённых тем, что из бочки выглядывает инквизитор.

— Это что выход? — спросил один из тройни.

— Да. Это выход, — ответил людин, полностью выбравшись из бочки. Койоны не стали дослушивать или расспрашивать его о том, что это за выход, а бездумно бросились по нему выбираться. Волшебнику оставалось только пожать плечами.

Аккуратно он поднялся в замок, в котором на каждом углу слышались крики и звуки сражений. Ковры и прочие украшения были вытоптаны, стены измазаны грязью, а картины и гобелены — исцарапаны, порваны. Опасаясь наткнуться на кого угодно, людин выглянул в центральный зал, через который входил ранее. Наложниц уже не было на месте, слышались гроза и страшный ливень за стенами, а в окнах промелькивали мрачные силуэты, во всей красе театра теней демонстрирующие битву. В самом зале на страже находилась пятёрка рыцарей готовых к бою, облачённых в тяжёлые латы. Людин шмыгнул на лестницу вверх, постаравшись не привлекать их внимания. На втором этаже шло кровопролитное сражение, частью которого было не зачем становиться, и он направился выше. Третий этаж у лестницы был пуст на радость, но полон, если пройти вглубь коридоров. Койоны, как паразиты заняли любые доступные щели, чтобы укрыться от тинторов, которые как дезинсекторы, хотели вычистить весь замок. На третьем этаже лестница заканчивалась, чтобы пройти выше, нужно было проникнуть к параллельной башне с винтовой лестницей. Но увы путь преграждался разгорячёнными котами, способными голыми руками останавливать удары койонских сабель. Маг сиганул с лестницы вниз, а перед самой посадкой широко расставил руки, и, невесть откуда взявшийся, красный туман остановил падение и помог деликатно ступит на каменную кладку пола. В большом зале, из которого было много направлений по замку, но по всей видимости только одно вело на выход. Стража сильно прибавила в количестве. Волшебник обнажил скипетр, которым был вооружён, а глаза его нездоровым образом залились кровью. Он слегка опустил голову и пошёл на стражу, ужасающе глядя на них исподлобья.

Немного ранее, а именно полтора месяца назад. Атаман койонов Ка’Сдель собрал своё воинство. Благородное и не очень. Оплатил военный поход в земли безмозглых котов. Этот лакомый кусок давно привлекал внимание койонских атаманов, но в отличие от Ка’Сделя преобладающее большинство понимало, что война с тупоголовыми обойдётся очень большими средствами, так как от торговцев и путешественников на тот момент хорошо было известно, что тинторы обладают благородной сталью, какой у койонов просто нет. Повстречавшись с волшебником Сагаратом, Ка’Сдель сразу же предложил не искать никаких путей, а просто захватить тинторов с поддержки волшебников. Сагарату было плевать на то, каким путём он попадёт к заветной цели, и дал добро. Мейстер Леонс Ле Ветер был волшебником, отправленным с отрядом из дюжины инквизиторов на помощь воинству койонов.

Леонс отличался благородным воспитанием и происхождением, он был из богатого и древнего рода магов стихии с простой фамилией Ветер. Прародитель рода Алан Ветер получил это прозвание за очень нехитрую особенность, — он был первым магом, который подчинил стихию воздуха. Леонсу не повезло. В юношестве, из-за мутной истории с какой-то химерой, он получил травму, которая не позволяла ему более заниматься магией и, что не менее ужасно, ходить. Надеждой на здоровую жизнь была магия крови, но инквизиторы помогают только своим верным последователям. Так мало по малу Леонс стал инквизитором, был полностью излечен и обращён. Большое богатство его семьи даровали ему звание мейстера, и он лично содержит одно из аббатств до сих пор. Ле Ветер отличался сообразительностью и крайней исполнительностью. Среди пороков у господина Леонса было лишь нездоровое влечение ко всему нечеловеческому. Он даже взял себе в жёны невероятно мерзкую гоблиншу, которая, слава Богам, не может подарить ему наследников. Ещё один ужас в том, что по окончании ссылки Сагарата, Леонс планировал просто избавиться от жены как от игрушки и взять с собой на остров кошку-тинторку… Или двух.

Инквизиторы помогли с захватом замка графа Бифона. Сам Бифон умудрился бежать через тайный ход и доложить о койонах в его землях. И уже в данную секунду находился при стенах своего имения, вместе с королями всех родов. Маги удерживали замок до последнего сражения, когда стало ясно, что ни о какой победе над безмозглыми котами речи быть не может. Леонс отослал их от греха подальше, а сам остался дожидаться исхода.

Крик заклятия и троих рыцарей снесло красными острыми стекляшками. Оставшаяся братия двинулась останавливать обидчика. Взмах скипетра и ещё двое были сдуты с ног, пока стена не остановила их полёт. Среди рыцарей был один, который бежал на Леонса, ухитряясь уходит от лезвий, каких-то пут и едкого тумана возникающих по волшебству из-за воли мага и его песнопений. Это был Коваль. Действующий на этот момент генерал армии Дю. Взмах меча, от клинка которого маг не стал уклоняться. Клинок прошёл через тело насквозь, а инквизитор оказался цел и невредим. Коваль ударил снова, но Леонс что-то пропел и покрылся плотной красной бронёй, что разбилась от удара и оцарапала осколками тинтора. Прочие рыцари забились в страхе и попрятались. Тинтор толкнул людина щитом, что наконец-то заимело эффект, а маг, упав на спину, громко закричал и всё помещение зала заполонил непроглядный красный туман с запахом крови. Коваль рубил по сторонам, так как ему казалось, что на него нападают какие-то тени, удары никого не задевали. Вскоре прямо в его голове раздался голос.

— Ты уже мёртв! Но если ты принесёшь клятву верности Сагарату, то он воскресит тебя! А за это ты должен беспрекословно служить ему!

Сердце Коваля спёрло, и он не знал куда деваться. Он выронил меч из руки, и щит вскоре с грохотом упал на пол. Генералу свело мышцы, он попытался ухватиться за что-нибудь в кровавом тумане, но ничего не мог найти. Словно стены зала вокруг исчезли и больше ничего не было. Он пал на колени и проговорил:

— Клянусь в вечной верности Сагарату! — за этими словами ничего не последовало, Коваль завопил, начал биться в истерике, повторяя: