Чтение онлайн

Завершением служил школьный выпускной экзамен. В общем-то ничего сложного или интересного он из себя не представлял, обычный экзамен по всем ранее пройденным темам и предметам. К этому времени аура развивалась в достаточной степени, чтобы по ней можно было определить конкретные способности мага. На этом этапе отсеивалось очень мало людей. Ситуации, когда способности были настолько слабы, что их не имеет смысла развивать буквально единичны. Тем сильнее юным колдунам не хотелось попадать в число этих неудачников. На основе результатов экзамена и магической проверки колдуны поступали в академии, где их ждала почти обычная студенческая жизнь.

К Уриэлю, тихой сапой, подкрался, самый важный день в его жизни - выяснение магических способностей, предрасположенностей и, возможно, лимитов. Выяснять свои лимиты парню не хотелось. Он не был увлечен учебой в школе. Начал отличником, благодаря домашнему обучению в семье отца – купца второй гильдии. Но заканчивал, перебиваясь с тройки на четверку. Физика тяготила его своими бесчисленными формулами, от математики болела голова. Были редкие проблески в химии, но и они оказывались погребены под неподъемным грузом его лени и безразличия. Исключением была наука о жизни - биология. С первого же урока он оказался полностью захвачен ей. И с каждым днем, погружаясь в пучину теории, он только укреплялся в своей привязанности. По ней он не получил ни одной оценки, ниже чем отлично, мог бы ответить на каждый вопрос, заданный в классе, хотя и не делал этого, сдерживаясь, чтобы не срывать урок. Тут его парта была самой популярной, так как его соседу не был страшен ни один опрос. Он читал учебник, как только получал его, от корки до корки, и так несколько раз пока полностью не поймет и не запомнит все содержащиеся там ценнейшие знания. Потом, посещал школьную и городскую библиотеки, пытаясь дальше углубить свои познания. Правда там его скорее ждало разочарование. Все современные научные работы и ценные труды находились в университетах, академиях, крупных архивах, а не в его маленьком городке. Он даже уговорил отца взять частные уроки у их школьного учителя. Но, к своему сожалению, уже за год до выпуска Уриэль догнал того по знаниям. Теперь, новую информацию брать было не откуда, что только распаляло его страсть. Он сдал экзамен заранее и пробовал ходить в больницы или самостоятельно провести какие-нибудь опыты. Но в больницах ему быстро наскучило, работа врача его совершенно не привлекала. Кроме того, он оказался не готов к исследовательской работе. Огромные вложения усилий ради малых результатов его пугали и он быстро потерял всякую мотивацию к труду.

Биология его увлекала вовсе не просто так, этому были и более рациональные причины. Каждый, кто имел дело с детьми, знает, что он задают множество вопросов по любому поводу и без. Но Уриэль не утратил этого качества и с возрастом, если можно говорить о возрасте в его смешные пятнадцать лет. Тем не менее, в отличие от своих сверстников, он остался куда более вдумчивым и любопытным человеком. Для Уриэля самой большой загадкой была жизнь.

Хотя была еще одна весьма интересная дисциплина – история. Но тут уже однозначно виноват исключительно преподаватель, с упоением рассказывающий про древние цивилизации, глобальные катастрофы, войны, мятежи и дворцовые перевороты. Да еще и, получавший образование в университете, отец стремился впихнуть в его голову все что касалось торговли, производства, банков, цехов и всего, что связано с деньгами. Слушать эти рассказы ему безусловно было интересно, но тут уже он своим интеллектом не блистал, как всегда балансируя между тройками и четверками. Слушать - это одно, а учить – другое. Если хорошие оценки сами плыли к нему в руки – он был не против, а если нет, то он обойдется и без них.

Несмотря на такое наплевательское отношение к школе, он считал себя умнее и сознательнее сверстников. Плохо учась, Уриэль верил, что стоит ему захотеть и поднапрячься как он сразу же догонит их на любых фронтах, в чем его убеждала ситуация с биологией. И эту удобную позицию был способен перевернуть с ног на голову сегодняшний день. Ведь предстоящая проверка магических способностей – это совсем другое. Магический дар не натренируешь, не накачаешь, да даже жульничество было не доступно! Он отчаянно не хотел проигрывать в том, на что не мог повлиять. Оказаться бездарным – было бы полным и тотальным поражением. Сама его природа оказалась бы ущербной.

Пугало его не только это. Вся его жизнь с семи лет проходила под этой «магической» звездой. Из-за этого он столько страдал в школе, посещая самые тяжелые уроки, вместо того что бы веселиться с друзьями, или на крайний случай работать у отца, получая за это неплохие деньги. И вот, сегодня может оказаться, что все это было зря. Что если его никуда не примут? Куда он потратил свое время, всю свою беззаботную молодость? На обучение знаниям, которые ему совершенно не интересны. Кроме того, он видел надежды всех своих родственников. Кем бы не была семья мага – после выпуска юного волшебника из академии – на них проливался дождь из всяческих благ и почестей. Это решит любые проблемы на несколько поколений вперед, при чем не важны ни оценки, ни должность колдуна, ничего, кроме самого этого факта. Неподъемный вес чужих ожиданий не давал Уриэлю и головы поднять.

Утешением для юного мага служило только то, что в общем-то колдуном он быть не хотел. Нет он, конечно, рассчитывал закончить академию, но опять же, едва прикладывая усилия, и запоминая минимальное количество информации для сдачи экзаменов. Жизнь мага – постоянное самосовершенствование, это знали все, кто выходил за рамки песен и романтических романов. Но был и некий процент волшебников, которые полностью предавали этот путь и лишь зарабатывали приобретенными способностями на безбедную старость. Так хотел поступить и Уриэль. Став колдуном, он бы оправдал надежды семьи и не напрягаясь прожил бы долгую и счастливую жизнь. Так что не стоит ни о чем волноваться. Сегодняшний день ни на что не влияет. Его жизнь уже лучше, чем у большинства, а он ведь еще ничего не сделал. Приложить капельку усилий, и он во главе отцовского предприятия уже будет рулить всем их небольшим городком. На всякий случай он несколько раз повторил про себя эту мантру, чтобы справиться с возрастающим стрессом. Обычно такой способ помогал.

Уриэль прислушался к себе. Видимо в этот раз самовнушение не сработало. Его охватил мандраж. По телу пробегали волны какого-то неясного холодка, а сердце стучало не ровно – то замедляясь, то ускоряясь. В его комнате было темно из-за зашторенных окон и немного душно, но он все равно лежал на кровати полностью одетый в новый, парадный камзол. Его мысли ходили по кругу, зациклились на нескольких точках-идеях и прыгали бесцельно от тревожных - к ужасающим, и обратно. Не способный свернуть с этого маршрута он совершенно потерял счет времени. Спустя целую вечность переживаний, уничтоживших его настроение и остатки решимости, с улицы раздался колокольный перезвон в главном городском храме. Скоро к сумбурной мелодии подключились остальные. Все они играли в разнобой, создавая ужасную какофонию, но на Уриэля эта музыка подействовала сугубо положительно. Была в ней какая-то магическая, или даже божественная природа. Кроме возвышенных чувств, колокола возбудили в нем что-то гораздо более древнее, первобытное и важное – чувство голода. В их доме сейчас должен был начаться завтрак!

Если он сможет поступить, то сейчас будет его последняя встреча с родней на ближайшие пять лет – в магических академиях нет каникул и свиданий с родителями. Разве что, если сильно повезет, то можно встретиться с ними на одной из практик. Но Уриэль, наверное, и сам этого не хотел. Если он самостоятельный человек, каким он себя считал, то он должен быть способен прожить несколько лет вдали от родственников. Ничего страшного с ним не случится. По правде, он даже не против от них хорошо отдохнуть. Семейка у него была та ещё. Ничего плохого, конечно, но личное пространство и внутренняя свобода были у него сейчас в дефиците. Этот аргумент смог возродить остатки его воли, и будущий маг, наконец, преодолел жаркие, но комфортные объятья своей кровати, и сделал шаг к взрослой жизни, которая начиналась прямо за дверью его комнаты.

Уже коснувшись пальцами дверной ручки, он решил в последний раз взглянуть на свою комнату, в которой прожил недолгие пятнадцать лет. Уриэль с жадностью вглядывался во все мельчайшие детали, но с грустью находил, что ничего примечательного в ней, к сожалению, не было. Голые стены, окна, стол, шкаф, остальная мебель, несколько полок с нечитанными книгами. Если подумать, комната осталась в неизменном виде после десятка лет проживания в ней. Как будто тут никто и не жил. Было в этом нечто неправильное, но менять ее уже поздно.

С этими безрадостными мыслями он и спустился в столовую. Как он и думал, за накрытым столом его уже ждали. Во главе сидел его отец – Бурут Кассинский. Уриэль получается тоже был Кассинским, но в их семье предпочитали фамилию не упоминать. Это была история глубоких обид пяти вековой давности. Но каким-то чудом традиция сохранялось до сих пор. Бурут был полноватый высокий мужчина, рано поседевший, с совершенно добродушным видом. Его жесткий и хваткий характер не оставил никаких черт на простоватом лице. Справа сидел его брат, дядя Уриэля, Гамилькар - бывший военный, он часто гостил в их доме летом. Слева сидели его младшие брат Нарам и сестра Шара, к ним подсел и будущий маг. У него были еще родственники, но они жили отдельно, один старший брат учился в столичном университете, обычном, а не магическом, другой пытался строить военную карьеру, но пока у него мало что получалось, и старшая сестра Таома уже вышла замуж и жила в доме мужа. Ещё были дедушка с бабушкой с отцовской стороны, но те недавно отправились на морской курорт. В общем семья у них была не самая большая, можно даже сказать скромная.

Стол уже ломился от выставленных блюд: утопленная в перечном соусе ягнятина, оранжевая от шафрана жареная курица, прозрачный как слеза консоме с говяжьими щеками, подающийся в широких стеклянных бокалах, наваристый луковый суп на густом бульоне из говяжьих костей, налитый в корку от белого хлеба, несколько кусков дорого сыра. И, что особенно радовало Уриэля – это пироги с жареной утиной печенью и луком. Сложность блюда в том, чтобы нежная утиная печень не растеклась в жир при приготовлении, а это не так просто. И это только те блюда, которые интересовали будущего мага, на рыбу, салаты, остальную выпечку, дорогущий сахар и десерты он внимания не обращал. Конечно, это был не обычный завтрак, а проводы одного из отпрысков во взрослую жизнь.