Чтение онлайн

Так что придется избавляться от кортов. Принц видел лишь один выход из ситуации, который был не слишком жесток, но и не в коем случае не мягок – что-то вроде тактики выжженной земли. То есть рассылать отряды по деревням и городам, фермам и пастбищам с целью их уничтожения. Если кортам будет негде жить и нечего есть, то они будут вынуждены покинуть свою страну. Все бумаги с указами уже лежали у него на столе, осталось лишь подписать. Эта закорючка станет для него сложнейшей в жизни, но ради своей страны он готов ее поставить. И сделает это как только чертов маг избавит его от похмелья!

Все магическое сообщество Акада кипело и бурлило. Архимаг Красс бросил вызов своему учителю Иасону на вчерашнем совете мастеров и будет сегодня сражаться за пост главы Совета. Новость распространялась со скоростью лесного пожара и быстро достигла даже самых нелюдимых отшельников. Не только колдуны, люди тоже были обескуражены, потрясены и предвкушали долгожданные изменения. Все передовицы газет пришлось спешно менять, чтобы поведать простому народу о судьбоносном событии и рассказать, как о древних традициях магов, так и о последствиях возможных перемен.

Уриэль узнал обо всем из сплетен. И первое, о чем он подумал были именно газеты. Почему-то у колдунов не было никакого «магического вестника» или «заметок волшебника», новости распространялись самостоятельно. Предпринимательская жилка, привитая отцом, сразу проявила себя и просто требовала начать немедленно действовать. Купить парочку печатных станков на деньги отца, найти опытных магов, способных написать интересную аналитику и команду осведомителей. Те навряд ли будут работать за деньги и уж тем более бесплатно, но можно предложить кое-что получше – влияние. Газеты и журналы, очевидно, прямым образом воздействовали на умы даже самых критичных людей. Правда потом он вспомнил, что у него было примерно ноль свободного времени и все, что от него требовалось сейчас – это обучаться магии, а не пытаться заработать пару монеток на журналистике. Тем более, что уже на втором курсе он научится создавать хоть горы золота.

Ну а пока все только и говорили, что о политике. Уриэль судил по себе, по своим друзьям и знакомым. Они знали так мало, видели лишь обрывки информации, но не могли перестать обсуждать происходящие события. Все слышали речь Архимага, поняли его намеки. Ни от кого не укрылись изменения в учебной программе, направленные на восхваления магов. Понятно было, что что-то затевается, только неясно что. И борьба за власть в совете была лишь еще одним шагом для Красса, а не финальной точкой. Это вполне очевидно, ведь вызвать на дуэль Иасона он мог в любой момент и ему не требовалось никакой поддержки для этого. В области политики правила магов были просты, как и всегда. Будучи независимыми индивидуалистами, они не хотели вообще никакой власти над собой, но тем не менее понимали, что она необходима. Что главное, никакой маг не потерпит власти слабого. Поэтому любой Архимаг в любой момент мог потребовать дуэли, призом в которой являлась власть в совете. Колдунов ниже этого уровня допускать до сражений нет никакого смысла. Если они достаточно сильны для этой битвы, то ничто не помешает им сначала добиться высшего магического звания. А если слабы, то бессмысленные битвы просто потратят время и усилия главы совета.

Уриэлю такая система казалось глупой. Он бы предпочел правление умных, а не сильных. Но видимо в магическом сообществе умным не удалось навязать свою волю. Как, впрочем, и в любом другом. Но он не особенно унывал по этому поводу, так как полноценным магом себя еще не ощущал и не успел прочувствовать власть Совета. Его друзья, впрочем, были не согласны. Они оба кажется уже ощущали себя сильнейшими и им нравился такой простой способ обретения власти. Что бы пробиться к ней в человеческом обществе нужно было интриговать, угрожать, дружить и шантажировать. С умом применять свои ресурсы в долгой и утомительной борьбе. Конечно, если не повезло родиться принцем. А тут одна дуэль и все готово. Очень соблазнительно для людей, мнящих себя лучшими.

И сегодня весь Акад увидит сражение лучших. Красс потребовал, что бы вопреки традициям дуэль проходила не в уединенном месте, доступном лишь для мастеров, а на большой арене, что бы все желающие могли чествовать победителя. Отказаться от этого было бы проявлением слабости. Занятия во всех академиях отменили. Студенты извлекут куда больше из этого боя, чем из любой лекции. Как и все остальные маги. Почти все лаборатории, здания ассоциаций и остальные магические учреждения опустели. Границы оголились, разве что, Ниппур остался таким же защищенным. Но не только колдуны собрались на это эпохальное событие. Вся высшая знать, богатейшие люди страны и высшие чиновники съехались на мероприятие. Эта дуэль была не только пиком магического могущества, но и событием, определяющим будущее волшебников и их страны. Иасон был главой совета уже почти тридцать лет. Он ничем особенно не прославился, Уриэль разве что мог отметить некую консервативность и широкое сотрудничество с императорской властью. С другой стороны, для великих свершений требуются не менее сложные вызовы. Во время правления Иасона никаких вызовов не возникало, всё было тихо и стабильно. Возможно, это и была его заслуга. Красс в противовес был крайне амбициозен, деятелен и решителен. По крайней мере так казалось Уриэлю и его друзьям. Тот бы не стал бороться за власть просто ради абстрактного влияния. Правда, сегодня на кону стоял не только пост главы совета, но и вся карьера Красса. Все уже знали, что предшествовало вызову на дуэль – требование Иасона провести расследование в отношении своего ученика. А такие разбирательства опасны для любого мага, всем им есть что скрывать. Сегодня решится не только кто из Архимагов взлетит на недосягаемую вершину, но и кто падет на самое дно.

К счастью для Уриэля и всех обитателей Первой академии именно она стала местом исторического события. Магическую дуэль Архимагов не провести в голом поле, нужна комплексная защита для зрителей и ландшафта, которую не создать за пару дней. Подходящие арены были разве что в академиях и в совете мастеров. Площадка их академии была самой вместительной. Уриэль был рад, что им не пришлось далеко идти, чтобы увидеть эпохальную схватку. Сейчас они с друзьями сидели на одной из трибун, почти у самой крыши. Лучшие места заняли люди поважнее. В отдельных ложах находились Архимаги, Великие маги, знать, не участвовавшая в войне. Император редко посещал любые мероприятия, не почтил своим присутствием и это.

Уриэль в это время пытался спешно вспомнить все, что он знал о боевой магии. Он не должен упустить ни единой капли знаний, преподнесённых ему предстоящим сражением. Убить или победить мага можно всего двумя способами: ранить его тело или его ауру. На тело воздействовать могли заклинания, наполненные любой маной, кроме чистой. На ауру воздействовали только чары, базирующиеся на чистой мане или высшая магия тьмы и света. Вообще, чем больше Уриэль узнавал о магии, тем меньше он понимал. Например, та же магия четырех стихий: огня, воды, воздуха и земли – являлась в реальности магией агрегатных состояний. Плазмы, жидкости, газа и твердой материи соответственно. Уже это вызывало вопросы. Очевидно, что человек состоит частично из жидкости и частично из костей, мышц, волос и прочих твердых веществ. Логично предположить, что именно эта мана будет в нем находиться. Но тут почему-то вступала в игру мана жизни. Хотя это не так важно. Вот со светом и тьмой намного сложнее. Если свет объективно существует, хотя и ведутся споры что это, частица или волна, то вот никакой тьмы уже не существует. Просто нет такого объекта. Тьма это всего лишь слово для описания отсутствия света. В общем магия тьмы являлась для него, что иронично, темным лесом. И маг тьмы Мунит понимал в ее природе не больше. С другой стороны, непонимание природы огня не мешало древним людям этот огонь создавать и использовать. Так и волшебники пользовались тьмой, не понимая ее природы. С магией жизни и смерти все было еще сложнее. Но не об этом речь.

У любых атакующих чар могло существовать максимум три поражающих фактора, хотя обычно было меньше. Первый – это непосредственное физическое воздействие. Огненный шар, летящий в лицо, водяной хлыст, каменное копье или воздушные ножи. Испепеляющий тело свет или поглощающая его тьма. Второй фактор – это явления, основанные на базовых принципах физики. Огню для горения нужны определенные газы в атмосфере, например, кислород. Кислород так же нужен и человеку для дыхания. Если заполнить всю арену огнем, то противник не только не сможет дышать, но и не сможет использовать более огненную магию так как в этом пространстве уже нечему гореть. Так же можно убрать и всю влагу из воздуха, не давая использовать чары воды, убрать воздух и не дать использовать плетения этого типа. Из-за таких недостатков огня, воды, и воздуха все высокоранговые боевые маги обязательно изучали направления света и тьмы. Земля, казалось бы, не имела такого недостатка, ее нельзя заблокировать, но и с уроном у нее были проблемы. Единственный способ атаки – это просто разогнать каменную болванку и врезать ее в противника. К счастью с такими атаками справлялась почти любая защита. Ну и последний поражающий фактор – это заклинания, направленные на ауру. Они требовали чистой маны или иногда маны света и тьмы.

Главное, что нужно понимать в любом магическом поединке – это отношение слабости тела и ауры мага и силы его щита. Тогда как различные защиты могли выдерживать экстремальные воздействия миллионов градусов, огромное давление, ошеломляющие удары, их тела и ауры в это время не слишком отличалось от обычных, человеческих. Им хватит малейшего воздействия, легчайшего толчка, чтобы сломаться и перестать работать. Поэтому любой опытный маг сначала всеми силами ломал вражескую защиту, а потом уже небольшим точным ударом выводил из строя тело или ауру.

…

Красс готовился без преувеличения к важнейшему поединку в своей жизни. Сейчас он ставил на кон все. Хотя выбора у него не было. Ему едва удалось за два дня стабилизировать свою ауру. К сожалению ритуал нельзя было проводить еще раз за такое короткое время, даже не учитывая его неудачное развитие. Теперь Архимаг даже лишний раз пошевелить аурой боялся. Вроде она более-менее пришла в порядок, но это без дополнительных нагрузок. Что может произойти в грядущей битве его пугало. Чуть-чуть перенапряжешься и можно распрощаться с жизнью. Придется пытаться закончить это быстро. Вместо усиления он только ослабил себя. Более неудачного развития событий представить сложно. Ан Жане очень волновался, но вместе с тем, это чувство только разжигало в нем огонь. Столько битв пролетало в памяти, столько побед. Вся его жизнь была в каком-то смысле одним большим сражением. И эта дуэль станет лишь еще одной в череде его триумфов.