Чтение онлайн

Лика увидела в зеркале кольцо с ярко-голубым камнем. Голубой прекрасный кристалл на грязном худом пальце с гигантским ногтем, сантиметров в шестьдесят. Ее перекосило от отвращения. Бух! Упала вторая капля. Альвэ... Смерть и холод, ее предсмертные судороги. Лика тряхнула головой. Как же ей холодно! Только непонятно, там или здесь. Она умирает от холода там! Не может быть! Нет, она не мертва, поднимается на колени, ей плохо и холодно, одной в мрачном лесу. Бух. Дорога в этом лесу. Бух, скрипят тормоза странной машины.

Ее жизнь скачет как в калейдоскопе. Бух. Бассейн в роскошном доме на берегу зеленого моря. Над морем горит оранжевый закат с золотыми облаками. Она смеется с другими девушками, на ней голубой купальник. Красивые высокие стаканы с фиолетово-голубоватым соком и дольками фруктов. Бух и горят костры. Аутодафе. Человеческий пепел застилает небо. Виселицы пронзают ночь. Разорванные тела, летящие с верхушек деревьев внутренности. Дурацкий спор с самой красивой женщиной, из всех какие только бывают. Глупый спор из-за стульев. И так, долго-долго. У Лики рябило в глазах, и раскалывалась от тысяч голосов голова. Бух, бух, бух.

Мужчина за громадным письменным столом. За ним старинная шпалера с изображением бредущего по лесам и долам монаха. Коротко стриженный белобрысый паренек и огромный с дом, аквариум. Розы, кипарисы, южные лохматые сосны. Заснеженный, абсурдный мир с живыми бегающими айсбергами. Смешные лохматые снежные дракончики, пушистые червяки, размером с удава, и она несется на санках с огромной огнедышащей горы, покрытой снегом. Крылья и когти, машины и ружья, балы и драки, классная доска и исписанные странными каракулями листы, все кружилось вокруг нее сумасшедшим хороводом. Темно-фиолетовый кристалл в золотом перстне, Стрэсс, Тэра и Тимур, перекошенная морда Мрака. Моэрт. Что-то кричит ей маленький Рит. Ее ищут, зовут, а она потерялась в этих голосах и картинках.

Пластиковая белая сумочка с белками на боках, голубой костюм в белый горошек, берег Азовского моря и дикий абрикос. Огромный обрыв к морю и обрыв на реке с комарами и костром. Вонючий Эрчик, виляющий обрубком хвоста, вывалявшийся в дохлой щуке на берегу реки и облитый для аромата одеколоном "Красная гвоздика". Димка, сосед из Казахстана девяти лет с увеличительным стеклом. Первый поцелуй в третьем классе. Мамина брошка, утащенная тайком в детский садик и разлитые духи "Шанель" номер пять. Сколько ей сейчас, не больше пяти. Рассыпавшиеся бусинки голубого жемчуга, закатившийся шахматный король и сувенир Царь-колокол с отбитым краем. Колесо обозрения в городском парке. Они поднимаются высоко вверх, так, что видно весь город, больше. Отец крутит руль, вращая сидения, и она орет, орет, орет.

Лика проваливалась в серый туман. Вата как облака, или облака как серая вата... Бледная прозрачная Земля, руки с голубым кольцом на пальце со сломанным ногтем. Ворон, медведь, лисица и волк, заяц. Браслеты, браслеты из кожаных шнурков. Лика вздрогнула, пытаясь осознать происходящее, и проснулась. Над ней потолок ее собственной спальни. Она лежит в постели раздетая с перебинтованной рукой. Одна... Что случилось? Почему я дома, как я попала сюда? Лика попыталась встать. Все поехало вокруг, замирая как на американских горках. Лика со стоном упала на подушку, обидно и больно. Они меня сделали.

В комнату вошел не к месту веселый Зарон. Сзади него стоял мрачный Айриз. А может и Мрак, кто его разберет.

– Ну что, сокровище, очухалась? То-то завтра на факультете радости будет. Хейлин Кер на постельном режиме. Пей!
– Он протянул ей стакан с непрозрачной густой жидкостью.

– Что это?
– едва смогла выдавить Лика.

– Яйцо, яйца сырые никогда не видела.

– Белое...

– А тебе зеленое нужно?
– Зарон поднес к ее губам стакан.
– Пей, пей, тебе сейчас это нужнее всего. Так тебе и надо, авантюристка.

Лика выпила, скривившись, как от боли.

– Ты как?
– участливо спросил сосед.

– Я пила?

– Что пила?

– Спирт, водку, самогон?

– Не думаю, - ответил доктор.
– Почему ты спрашиваешь?

– О...о...о..., - только и смогла произнести пострадавшая.

– Лежи, садистка, когда тебя привезли, час назад, я не знал за кого хвататься. За тебя или твоих работодателей. Ты-то еще ничего, а вот трое тех кто с тобой работал в себя еще не пришли. У них коматозное состояние.

– Почему?

– Сильнейший шок. А почему, откуда я знаю, тебе видней. Чем вы там занимались? Такое ощущение, словно к ним присоединили компьютер и они зависли вместе с ним, не включаются, и не выключаются. И ты, без сознания была больше часа. Весело. Хорошо поработали. Теперь стоит крикнуть Кер! И все гнезда будут разбегаться в панике. Что у вас случилось? Слимз почти не пострадал, но он был далеко от чаши. Парни, которые с тобой работали, хотели инициировать собственное гнездо. Объединились, собрали инструмент, накопили зеркало, осталось только присоединиться к порталу.

– Это что?

– Это выход на информационно-оперативное поле планеты. Своеобразный фрактально-временной переход...

– Вы маг, Зарон?

– Нет, я врач, но учился и работал в академии Мор-э-Рии. Им нужна была твоя кровь для инициации. И все, никаких проблем, не считая тебя, конечно. Пока последний из четверых переодевался, тебе вскрыли вену. Потом началось то, чего никто из стоящих вдалеке, объяснить не может.

– Так что случилось, воспитанница?
– спросил из коридора Шлоз. Видимо драконы никого кроме врача к ней не пускали.

– Не знаю, я ничего не понимаю...
– шептала Лика.

– Конечно, нет. Это случайно. Все гнезда Земли в панике. Все, кто работал в этот вечер с жидкометаллическими зеркалами, то же. Что произошло - никто не понимает. Около десяти часов по всей планете из зеркал потек металл, точнее кровь Земли. Решил вылиться вверх, как жидкий гелий. Ты еще не имела счастья общаться с деканом, он особенно рад произошедшему, все зеркала разрушены, их больше нет. Ни у гнезд, ни у института.

– Ни у крыльев.
– Добавил хмурый Айриз, сжимая на последок губы, до их полного исчезновения.

– Домой тебя доставили драконы.
– Продолжил рассказ Шлоз.
– Ты была без сознания, никто не мог понять, что с тобой происходит. Это было похоже на информационный шок. Ты перегрузилась информацией. Слетела с катушек, как говорят твои сограждане. Светит тебе, золотко, большая пресс-конференция, со всеми заинтересованными лицами, как только сможешь говорить и ходить. Пока, драконы к тебе никого не пускают. А в подъезде уже образовалась длинная очередь. Шучу. Как ты?

– Больной скорее жив, чем мертв. Но еле-еле. А что с теми, тремя.