Чтение онлайн

Он помнил, что им рассказала Йоннет, когда они встретились в доме Лайне в горах. Помнил в мельчайших деталях и едва не каждую ночь, пока все остальные спали, прокручивал тот разговор в голове. Он пытался найти в словах Йоннет какой-то иной смысл, не тот, что она заложила на самом деле, но у него ничего не получалось. И посоветоваться ни с кем он не мог: никто и не знал, что Йоннет на самом деле не пропала без вести во время Вторжения, а погибла в бою на кэргорских равнинах. Никто не знал, потому что никто этого не почувствовал — Силы в Первой было чересчур мало.

Третий положил ладонь на солнечное сплетение, ощутив на секунду дрогнувшую нить чужой магии. Он запечатал в себе мельчайшую часть Силы Лерайе, ту, что в момент смерти Йоннет ещё была у неё. Третьему всегда было мало этой части, иногда настолько, что она терялась среди потоков его собственной магии, а он начинал думать, что она безвозвратно истратилась. Потом, когда он предаст эту часть магии Первой, у него останется лишь призрачный след, что растворится в общем ощущении магии другого сальватора. Третий одновременно боялся и желал этого.

Чужая магия вновь дрогнула. Сердцебиение Третьего замедлилось. Воздух словно потяжелел.

— Эйкен, — негромко произнёс он, стараясь как можно незаметнее оглядеться по сторонам, — будь добр, присмотри за Пайпер.

Эйкен поднял брови, но кивнул и потрепал Стеллу по голове, тем самым говоря о том, что им следует подойти поближе к Пайпер. Сама Пайпер уже была готова задать вопрос, но первая из тварей рванула так быстро и неожиданно, что выбила девушку из седла и прижала к мёрзлой земле.

Лошади испуганно заржали и забили копытами. Магнус и Клаудия едва не упали, но всё же смогли удержаться в седле. Стелла прыгала из стороны в сторону, уклоняясь от нападавших тварей, а прижавшийся к её спине Эйкен всё никак не мог улучить момент, чтобы спрыгнуть на землю и подбежать к Пайпер.

Третий оказался отрезан от остальных. Твари подбирались со всех сторон, выглядывали из-за деревьев по обе стороны широкого тракта, выползали из глубоких, только что появившихся нор и даже спрыгивали с раскидистых ветвей. Похожие на собак, огромных оленей, чудовищ из курганов, которых Третий давно не видел. Совершенно безмозглые, привлечённые лишь одним запахом — свежей кровью. Если не это привело тварей, то тёмное создание рангами выше, узнавшее о человеческой девушке из другого мира.

Одна из тварей прыгнула прямо на Третьего, раскрыв свою пасть. Он пригнулся, припадая к шее коня, а затем, когда когтистые лапы пронеслись прямо над ним, задев лишь волосы, вскинул руку и коснулся тела чудовища. Магия хлынула внутрь него, задела нити. Тварь мгновенно рассыпалась в прах. Но на её место тут же ринулась другая, а затем ещё одна, вгрызшаяся в ногу коня и запустившая когти в его бок.

Третьего стащили на землю, но он быстро отбился, магией и голыми руками разрывая тварей. В рот попала чёрная кровь, которую он тут же сплюнул вперемешку с синей, своей. Кто-то подкрался к нему сзади, но Третий, услышав лишь утробное рычание, резко взмахнул рукой и разорвал сердце твари на сотни мелких кусочков.

Мир плыл перед его глазами. Всё вокруг было серым и чёрным. Свет никогда не проникал через плотные свинцовые тучи в достаточном количестве, но прямо сейчас Третьему казалось, что солнце исчезло насовсем. С каждой секундой тварей становилось всё больше. Они громоздились друг на друга, отрезая пути к отступлению, и сжимали кольцо. Сквозь их рычание он слышал рычание Стеллы, а вот определить, все ли тени, летающие туда-сюда, принадлежали Эйкену, было сложнее. Одна из теней спикировала вниз совсем рядом с ним, приобрела форму орла и вцепилась в глаза твари, истошно заверещавшей. Другая змеёй подползла к ноге Третьего и стремительно забралась на него. Эта точно не принадлежала Эйкену. Третий уничтожил тень раньше, чем она успела сжать его шею, и отогнал ещё нескольких, подобравшихся ближе.

Третий не слышал и не видел остальных своих спутников. Нос улавливал отравленную кровь, хаос, металл — это могли бы быть меч и доспехи Магнуса или же клыки тварей. Зрение начинало терять свою чёткость. Твари неустанно нападали, и Третий отбивался от них, не находя даже доли секунды на то, чтобы определить, есть ли у них хоть какой-то шанс вырваться из этого круга.

Кривые зубы впились ему в левую руку, и от неожиданности Третий закричал. Он отпихивал от себя тварь так яростно, как мог, рычал, как дикий зверь, но острые зубы только глубже погружались в его руку. Тогда он, зарычав ещё громче, закричал совсем по-другому.

Клаудия его потом убьёт. И не посмотрит, что он сальватор, который нужен миру. Вряд ли угрозы и прямые приказы Арне или Киллиана её остановят. Впрочем, Третий заслуживал гнева Клаудии и её попыток наказать его.

У него было слишком мало шансов удачно использовать рокот. Его семья отреклась от него во время Вторжения, и даже кертцзериз не восполняли той связи, что была необходима. Но у Третьего не было выбора: он понятия не имел, сколько тварей напало на остальных, а ведь с сокрушителем был один только Магнус.

Собственный крик, больше напоминавший звериный, отдавался в голове гулким эхо. Твари вокруг дрожали, бились в конвульсиях и рассыпались в прах, но некоторые всё же смогли удержаться. Та, что вцепилась в его руку, лишь временно отступила.

Третий затих, смотря в голодные глаза тварей перед собой, и утёр кровь с подбородка. Мутило даже сильнее, чем в прошлый раз, но он держался. Если твари сделают хоть шаг, ему придётся опять применить рокот.

Считая секунды, он почувствовал прикосновение к правой руке и успел боковым зрением заметить Первую, оказавшуюся рядом. Затем всё вокруг исчезло во вспышке, ставшей порталом.

Первым завизжал Эйкен — видимо, приземлился не слишком удачно. Следом за ним — Стелла, на которую сначала упала Клаудия, а потом и Пайпер. Магнус едва успел подхватить свой меч, подняться на ноги и отрубить голову твари, что утянуло в портал вместе с ними. Третий упал совсем рядом с рассыпающимся телом чудовища.

Под ними был обработанный камень, покрытый тонким слоем переворошённого снега. Третий даже сквозь туман перед глазами узнавал эти узоры, вырезанные на камнях, и сигилы, в которые они складывались.

Он вскинул голову и, поморщившись из-за гула в голове, огляделся. Со всех сторон были люди. Рыцари, охотники, маги, слуги, обычные граждане, волей случая оказавшиеся здесь в это время. Все смотрели на них, широко раскрыв глаза и с ужасом следя за тем, как они очень медленно приходили в себя.

Стелла подскочила и заскулила. Третий заметил, что её передняя лапа кровоточила. Эйкен, хнычущий от боли, полученной во время удара о землю, призывал свои тени обратно и размещал их на левой половине тела. Клаудия и Магнус, игнорируя любопытные взгляды, пытались поднять Пайпер.