Чтение онлайн

— А-а-а, — протянул Джинн, ровняясь с ней, — ты о Третьем. Выходит, твоя магия реагирует на его?

— Сильнее, чем мне бы того хотелось. От этого Лерайе становится шумной.

— Это плохо? Потому что звучит очень даже интересно.

Пайпер красноречиво промолчала, на следующем повороте сворачивая влево.

— Прекрасно, — пробормотал ей в спину Джинн. — Просто прекрасно…

Стоит только Третьему попасться ему на глаза, как Джинн выскажет всё, что думает о крайне непростом положении, в котором они оказались.

***

— Ветон, милая, — ворковал Джинн, пока целительница очень старалась не кривить губы на его привычную лесть, — ты, как и всегда, просто очаровательно накладываешь швы!

Пайпер, которая почему-то до сих пор не ушла, хотя с ней закончили минут двадцать назад, удивлённо округлила глаза.

— В следующий раз я попрошу Катона бить сильнее, — процедила Ветон сквозь зубы, смотря Джинну в глаза.

Он был уверен, что она его по-настоящему ненавидит. Маги, ограниченные определённым внутренним запасом, редко доходили до грани, — научились, в конце концов, не рисковать собой понапрасну, — но Джинн был огромным исключением. Каждый раз, стоило ему вернуться в Омагу, как Ветон была первой, кого он посещал — он просто не мог явиться перед королём или Третьим в побитом виде и с кровью из ран, полученных во время очередной стычки с тварями. Джинн, вообще-то, привык к такому и знал, что его природа справится с любой раной, но Киллиана подобное небрежное отношение к собственной жизни не устраивало.

— Ты даже не пожалеешь меня? — сокрушённо прошептал Джинн, прижимая перевязанную левую руку к груди.

— А должна? — холодно поинтересовалась Ветон, останавливаясь возле своего стола.

— Пайпер ты пожалела.

Пайпер свела брови и метнула на него грозный взгляд.

— Тоже мне, сравнил. — Ветон поводила ладонью над содержимым небольшого деревянного сундучка и, найдя нужный отвар, достала его и слегка встряхнула. — Риас видела, что несчастную вышвырнули с третьего этажа. Чудо, что она ещё может стоять. Выпей это, — даже не меняя тона, сказала Ветон и швырнула ему склянку.

Джинн поймал её, откупорил и быстро выпил отвар.

— До тебя уже дошли слухи? — непринуждённо спросил он, стараясь не морщиться от горького послевкусия фейских трав.

— Слухи не дошли лишь до глухих, но и те скоро обо всём узнают.

Она остановилась, на секунду задержала взгляд на содержимом своего сундучка и посмотрела на Пайпер. В стальных глазах была нежность, которую Джинн редко видел, и даже капля стыда.

Он и не представлял, что Ветон способна на такие чувства. Она, бескомпромиссная, смелая и решительная, никогда не извинялась за свои резкие выражения или мысли, высказанные в неподходящей обстановке. А если и извинялась, то таким тоном, будто делала всем остальным одолжение. В этом была вся Ветон, способная прицепиться даже к Третьему, и потому столь неожиданно проявление эмоций для Джинна стало настоящим открытием.

Пайпер повела плечами, словно её совсем не заботили стремительно распространявшиеся слухи, но её лицо перекосилось от боли.

— Без резких движений, — строго сказала Ветон, мигом растеряв все те тёплые чувства, что Джинн едва успел разглядеть.

— Это движение не было резким, — будто инстинктивно возразила Пайпер.

Ветон выгнула бровь, и девушка, стушевавшись, пробормотала:

— Ну, или было… Ладно, я поняла. Без резких движений.

— Чудно. Будешь следовать моим рекомендациям — через пять дней будешь как новенькая.

— Пять дней? — недоверчиво переспросил Джинн.

— Сам посуди: сальваторы крепче и сильнее простых смертных. А если уж Катон отдал приказ и Охота раструбила всем о новом сальваторе, Третий будет осторожен и внимателен.

Джинн не успел даже рот открыть, желая намекнуть, что совсем недавно Третий вовсе не был осторожным и внимательным.

— Что это значит? — звенящим от напряжений голосом спросила Пайпер.

Ветон устало вздохнула и потёрла лоб.

— Третий — сильнейший маг Диких Земель. Даже он на втором месте, — она махнула рукой в сторону Джинна, тут же улыбнувшегося во все тридцать два. Благо, теперь его лицо было чистым от крови, и улыбка точно вышла очаровательной. — Третьему подвластны знания, которых мы не понимаем, и чары, которые для нас утратили силу. Он — единственный, на кого мы можем положиться. И он всегда заботиться о нас, если Дикая Охота начинает поднимать шум.

Пайпер поджала губы и нахмурилась, будто было в корне не согласна со словами Ветон, но противопоставлять им что-либо пока не решалась. Если всё, что Джинн успел узнать о ней, правда, она могла стать серьёзной проблемой абсолютно для всех.

Джинн получил письмо от Третьего две недели назад, и в нём говорилось, что его присутствие требуется в Омаге. Причина не раскрывалась, однако Третий намекнул, что причина чем-то схожа с ним. Первой же вывод, который сделал Джинн, оказался верным — Пайпер из другого мира. Никто пока не объяснил ему, из какого именно, но, зная Третьего, Джинну придётся задержаться в Омаге на более долгий срок, чем обычно, и стать частью его очередного плана. Возможно, ему даже придётся приложить руку к её обучению, что совсем не радовало Джинна: он не привык уделять столько внимания личностям, магия в которых в корне отличалась от его магии.

— Вы действительно верите ему?

Джинн провёл рукой по коротким красным волосам, не представляя, как много правды они могут сказать. Существовали законы, жёстко контролирующие всё, что было связано с Третьим, и лишь безумцы пытались их опровергнуть и доказать, что сальватор вовсе небезгрешный. Он действительно был небезгрешным, но стал таковым исключительно ради сигридцев, которые смогли спастись во время Вторжения. Или просто потому, что его сильно бесили слабые, двуличные люди, которые бежали от тёмных созданий и всю ответственность перекладывали на одного сальватора.

— Тебе следует формулировать вопросы чётче, — наконец произнесла Ветон, вальяжно присаживаясь на стул.

Пайпер для чего-то кивнула, поджав губы, и, подумав всего несколько секунд, выпалила:

— Почему вы верите Третьему?

Ветон разочарованно покачала головой.

— Он спас нас, — пожав плечами, ответил Джинн.

— Это я уже слышала. Как и то, что он предал миры, вступив в сговор с тёмными созданиями.

Ветон напряжённо переглянулась с Джинном, сохранявшим спокойствие. Он понятия не имел, от кого Пайпер услышала это всё, но не был удивлён. Если одни считали Третьего спасителем, то другие — предателем, погубившим миры. К счастью, правду, тщательно оберегаемую многочисленными клятвами, знали многие. Если и были люди, считавшие Третьего союзником тёмных созданий, то они либо давно умерли, сдавшись перед этим жестоким и негостеприимным миром, либо примирились с мыслью, что избавиться от Третьего значительно сложнее и опаснее, чем уверить его, что они на его стороне.

— Я никогда не слышал, чтобы Третий помогал им во Вторжении, — с расстановкой ответил Джинн, улыбаясь.

— Откуда взялись эти глупые слухи? — раздражённо пробормотала Ветон.

— Да разное бывает, — отмахнулся Джинн, — не переживай. Ну, милая, ещё вопросы есть?

Ветон нахмурилась, смотря на него исподлобья. Она была старшей целительницей, сильнейшей и мудрейшей из всех в Омаге, но даже она не болтала чересчур много. Она могла потребовать ответов от Третьего или же рассказать о нём кому-то другому, но не выходя за рамки. Джинн же не был ограничен. Он знал, что две клятвы ни в коем случае нельзя нарушать, и, если дело касалось их, был предельно осторожен. Но разве он мог отказать себе в удовольствии немного испытать самого себя и свою верность? В конце концов, именно из-за Третьего и Пайпер он был вынужден вернуться в Омагу, именно из-за них он не раз столкнулся с тварями, желавшими истерзать его. И именно из-за них он до сих пор не принял ванну, о которой мечтал уже несколько часов.

— Катон сказал, что Третий истребил Лайне. Это правда?

В помещении повисла тишина. Джинн слышал, как в соседних комнатах ученицы и помощницы Ветон занимаются своими делами и даже болтают чуть громче, чем нужно, словно демонстрируют, что совсем не подслушивают. Сейчас их голоса казались оглушительными. Как и треск пламени в сотнях свечей большой люстры под потолком. Из коридора доносились торопливые шаги слуг, советников и лордов. Ветер куда более милосердный, чем на дальнем севере, завывал за окнами.