Чтение онлайн

«Змеиный человек. Есть такая раса на Западе».

В голове у меня забрезжило смутное воспоминание.

– Гибрид? Разве они не переходят за грань сразу после рождения?

«Переходят. Но этого, как видишь, вернули обратно».

– Но кто? И зачем?

Картинка чуть сместилась, словно камера искала лучший ракурс. Теперь я разглядел всадника. Определенно человек, молодой, с летящими по ветру длинными черными волосами. Вот он щелкнул бичом, аспид взвизгнул и поднялся над стаей исуркхов, вырвался вперед и вдруг замер, трепеща крыльями в воздухе. Небесная голубизна вспыхнула нестерпимым блеском, заставив меня зажмуриться, хоть сияние и было фантомным. Не требовалось открывать глаза, чтобы понять, что случится дальше. Аспидом правил Ноал. Он собирался отворить Чертог.

– Значит, новый демиург любит запускать воздушных змеев, – протянул я, пока драгаи крутили кино дальше: алмазный замок, «сушки» с делегацией из Илламеды, исчезающие в его недрах…

«Возможно, он и демиург, но не для нас».

– А вам-то что Ноал сделал? – изумился я. – На коре «Здесь был Н.» вырезал?

«Нам рассказали его тайну».

– Что?! – Я так и сел. – Кто?!

«Отчаявшийся».

Я лихорадочно размышлял. Если выведать, в чем слабость врага, это наверняка повысит мои шансы на победу в испытании. Только ведь деревья противные без топора не расколются!

– Слушайте! Я уверен, если вы расскажете, что знаете, это поможет мне стать демиургом и победить Ноала. Ваша информация может спасти мир от ужасных бед, от… – Я запнулся в поисках слов, способных убедить мыслящие деревья. – … От пожара войны!

«Мы расскажем. Хотя мы и не горим».

Я выпучился на стволы, в свою очередь рассматривавшие меня в упор. Внезапно я понял, что чувствует актер, забывший реплику перед полным залом. Медленно выдохнув сквозь сжатые зубы, чтобы не спугнуть удачу, я неловко изобразил поклон:

– Благодарю. За ваше доверие.

«Не стоит. Отчаявшийся оставил сообщение для тебя».

– Я весь внимание, – я подступил еще ближе к драгаям, хотя умом понимал, что наш разговор все равно невозможно подслушать.

В лицо мне рванулись белоснежные крылья. Я ахнул – зрелище было круче, чем «Аватар» на широком экране в 3D. Исуркх с трудом маневрировал между развесистыми ветвями, оставляя то тут, то там одинокие перья. Я узнал своего старого знакомца – одноглазого. Хм, у этого для меня могло быть только одно и очень короткое послание – на три буквы.

Драгаи между тем перескочили эпизод с поисками дупла и показали исуркха сразу у одного из древесных «ушей» – балансирующим на толстом суку, оттопырив крылья. Задумчиво уставившись в пространство птичьим глазом, он бормотал себе под нос:

– Зачем я сюда прилетел? Какая дурная затея… Но я не мог больше. Молчать. Притворяться. Ненавидеть. Бездействовать. Хотя… что это изменит? – ангел печально махнул крылом.

Картинка все время смещалась, поэтому я видел одноглазого с разных ракурсов – так, как его видели драгаи.

– Все россказни об очах дракона – фантазии бескрылых! К тому же Госпоже все равно на нас наплевать… Всегда было наплевать! – Исуркх возмущенно заерзал на суку, и под его весом тот печально скрипнул. – Новый демиург едва терпит мой народ. Ему нужны оловянные солдатики, а мы так удачно подошли на эту роль. Глупцы, глупцы! – Ангел раздраженно пнул ствол драгая и зашипел: видно, древесина оказалась твердой. – Но к делу, у меня мало времени. Слушай меня, дерево! – одноглазый криво усмехнулся, очевидно, сознавая, как комично его монолог должен смотреться со стороны. – То, что я скажу, предназначено для бескрылого по имени Лиан. Этот паршивец заслуживает хорошего тычка жезлом в зад, – исуркх энергично тряхнул трезубцем, между остриями которого проскочила голубая искра, – такого, чтоб ему потом до конца жизни криво сиделось… Но сейчас он наша единственная надежда.

Я встрепенулся. До сего момента речуга ангела звучала вполне предсказуемо, но вот такого завитка сюжета я не ожидал. Надежда, ага?

– Как говорится, враг моего врага – мой друг, – продолжал вещать одноглазый. – Если кто-то и может теперь остановить того, кому мы в неведении так усердно помогали, так это мальчишка, владевший Торбуком. Он должен знать… – Ангел запнулся и почесал повязку на выбитом глазу, – ты должен знать, что мой народ никому не желает зла. Назвавший себя Ноалом пришел к нам и представился преемником Госпожи. Он обещал, что в благодарность за нашу помощь вернет аспидов в родной мир. – Исуркх замялся, будто размышляя, как много ему стоит рассказывать. – Дети для нас – это святое, самое важное в жизни. Даже если они рождены от мужчин змеиного народа. Королева Крома, Дикх… – одноглазый понизил голос, желтый глаз шмыгнул по сторонам. – Да, сама Ее Высочество соизволила удостоить вниманием воина кадеров. Их сына, Неназванного, постигла та же судьба, что и всех остальных. Королева молода и еще не избрала себе мужа. Она тяжело переживает потерю…

Ангел повесил крылья, и я испугался, как бы под их тяжестью он не брыкнулся с ветки вверх тормашками. Но все обошлось. Исуркх оправился и нашел в себе силы продолжить историю, хотя мне пока оставалось не очень ясно, чего он так распереживался из-за каких-то полукровок.

– Ты видел, на что нас подбил Ноал. Никогда раньше мой народ не нападал на людей. Но что сделано, то сделано. Когда все препятствия на пути демиурга были устранены, мы ожидали, что он исполнит свое обещание. Ноал ушел за грань, а когда вернулся, с ним был аспид, но всего один.

Одноглазый снова замолчал. Речь давалась ему все с большим трудом, паузы становились длиннее. Я невольно затаил дыхание – похоже, мы приближались, наконец, к сути.

– Демиург сказал, что Неназванный – это сын Ее Высочества, и что ему не удалось вернуть остальных детей. Тогда я узнал, как звучат, разбиваясь, надежды. – Исуркх вздохнул и неуютно поежился. – Это звук материнских рыданий. Одна королева радовалась сквозь слезы – ведь ее ребенок мог теперь быть с ней. Но она ошибалась…

От вздохов исуркха по роще уже, наверное, ветер гулял. Вот не думал, что крылатые мужики такие сентиментальные.

– Ноал сказал, что желает сохранить аспида для себя. Что тот все равно ничего не помнит о мире Запада или о своих родителях, зато из него получится прекрасный выезд. Так и сказал, – горько усмехнулся одноглазый, – выезд. Конечно, Ее Высочество тут же потребовала от демиурга выполнения договора. Но тот заявил, что все, что он обещал, – вернуть аспидов на Запад. Это он и сделал – насколько смог. Ее Высочество разгневалась, но разве против демиурга попрешь?

Единственный глаз послал злобный взгляд в сторону неба с сияющим на нем Чертогом.

– Ноал сказал, если исуркхи откажутся содействовать, то он ушлет Неназванного на такую грань, где полет невозможен, и ему всю жизнь придется пресмыкаться на брюхе. Так что теперь мы пресмыкаемся перед треклятым демиургом, чтоб Рокх вечно клевала его в печенку… – Одноглазый сплюнул, попал себе на коленку, но даже этого не заметил. – И вот по приказу Ее Высочества я болтаюсь в этом стеклянном горшке между небом и землей, слежу, как бы чего не стряслось с аспидом, и ублажаю Ноала, чтоб ему там икнулось, – ангел ткнул в небеса святотатственным жестом. – А демиург держит змея на коротком поводке и приближаться к нему никому не дает. Так вот я к чему…