Чтение онлайн

Исуркх замолчал, собираясь с мыслями.

– Парень, если ты меня когда-нибудь услышишь, – ангел глянул прямо «в камеру», и я впервые заметил усталые морщинки, залегшие вокруг уцелевшего глаза, – в чем я, ясное дело, глубоко сомневаюсь… – Крылатый снова почесал повязку, видно, это стало у него дурной привычкой. – Короче, знай, что я второй глаз добровольно отдам, если ты этого говнюка уроешь. А если Неназванного удастся как-нибудь увести у мерзавца из-под носа, так я с этим делом помогу. С пребольшим удовольствием! И товарищи мои… – Исуркх поморщился. – А глаз я тогда тебе потом должен буду…

– Тебе что, оладь, темечко напекло?

Меня хлопнуло по плечу, как лопатой. Контакт с драгаями мгновенно прервался. Только на сетчатке еще плыл отпечаток желтого исуркхова глаза, готового к самопожертвованию.

– Ась? – осведомился я.

– Я тебе что велел? – вещал Динеш, глядя на меня сверху вниз и хмуря густые брови. – Быть начеку, не расслабляться. А ты что?! Товарища спящего бросил, на зов не откликаешься… Кстати, чем ты тут вообще занимался? – Вертикальная морщина на лбу саттардца стала глубже.

– Наблюдал за птицами, – брякнул я первое, что пришло в голову.

– Это хорошо, – неожиданно осклабился парень. – Потому что теперь ты у меня ловить их станешь.

– В смысле? – не понял я.

– Ну, кушать-то ты что будешь?

Признаться, до сих пор я совершенно не вспоминал о еде, а вот стоило Динешу о ней заикнуться, и пожалуйста – брюхо тут же свело аж до икоты.

– Э-э… – Я беспомощно огляделся по сторонам, будто надеялся обнаружить за ближайшим кустом круглосуточный гастроном. – Вообще-то я никого ловить не умею.

– Тэ-экс, – протянул саттардец, окидывая меня презрительным взглядом, – и как ты вообще в своем мире дожил до половозрелого возраста?

– А я… это… – Хм, ну как объяснить аборигену? – В магазин за курицей ходил.

– Все ясно, – сплюнул Динеш. – Придется фафлами пробавляться.

Развернулся и, не оборачиваясь, зашагал в лес.

Я пожал плечами: фафлы так фафлы, в конце концов, и похуже едали.

– Ты что там, прирос? Помогать будешь! – рявкнул саттардец через плечо.

Я уже обратил внимание, что он всегда был злой, когда не жравши.

«Прощайте, драгаи! – мысленно произнес я. – Может, еще поболтаем на досуге». Уже в спину мне долетел шелестом листьев ответ: «Удачи, легкий брат…»

Охота за фафлами отвлекла меня от мыслей об исуркхах и о том, как я могу использовать новое знание против Ноала. Сначала мы битый час бродили по роще, чтобы, как выразился мрачный Динеш, найти «фафловое место». В итоге пришлось лезть в овраг, видимо, образованный весенними паводками. Со дна взгляду открылись круглые провалы нор в песчаных склонах. Я понял, что мы нашли фафлов. Дыры, к счастью, были некрупные, и я несколько успокоился. Может, эти звери – нечто вроде кроликов? Ну, или кто там у нас живет в норах…

Начали мы со сбора хвороста. Сложив приличную его кучку вперемежку с травой и зелеными листьями у одной из дыр, Динеш вручил мне мою куртку, запасливо прихваченную с собой.

– Встань вот там. Нору одежиной накрой. Когда фафл выскочит, прижми его к земле. Только крепко держи, он биться будет.

– А ты? – робко спросил я.

– А я их щас выкурю.

Я встал на четвереньки, где мне было сказано, и расставил Вовкину куртку перед выходом из норы наподобие ловчей сети. Динеш тем временем достал из кармана что-то вроде кресала и поджег хворост. Вверх поднялся столб вонючего черного дыма, который охотник тут же стал намахивать внутрь фафлова жилища собственной безрукавкой.

«Хорошо, что драгаи не горят, и на костер пошли какие-то местные кустарники. Я бы не смог сжечь разумное существо… Ну, пусть даже его мертвые части, – размышлял я, наблюдая за Динешевыми усилиями. От дымовухи начали слезиться глаза. – Еще интересно, откуда Машкин брат знает, что я стою у правильной дыры? Вон их тут сколько, прям как в сыре…»

Надо мной мелькнула тень. Я задрал голову, но вверху была только камуфляжная сетка листвы на фоне вечереющего неба. Померещилось? И тут это началось. Норы справа и слева, выше и ниже меня взорвались песчаными фонтанчиками и пушистыми рыже-желтыми телами. Существа, похожие на белок, но размером с упитанного кота, выскакивали из нор и, треща в ультразвуковом диапазоне, огромными скачками неслись прочь. Как такая прорва котобелок умещалась в узких ходах, уму непостижимо. Я глазел на исход, раззявив пасть, пока Динеш, чихая от едкого дыма, не провопил:

– Не зевай! Щас попрет!

И верно: куртка вспучилась и рванулась из рук. Я повалился сверху, как было наказано, стараясь придавить добычу своим весом. Но «белк» не давался, острые когти драли синтепон и, казалось, вот-вот доберутся до меня. Силищи в зверюге оказалось немерено – она тащила меня на дно оврага, а я думал, что лучше: держать и не пущать, надеясь, что фафл не доберется до моих кишок, или отпустить и испытать возможную месть «ацкой белки»?

Битва титанов продолжалась, пока на помощь не подоспел Динеш. Он просто-напросто рухнул на меня сверху, как в реслинге, и, пока я с выпученными глазами хватал воздух ртом, ловко хрястнул по куртке рукояткой ножа, один раз, второй… Изорванная черная ткань дернулась в последний раз и обмякла. Я кое-как отполз в сторону, а саттардец торжествующе поднял добычу за хвост. Дохлый фафл действительно был ужасно похож на саблезубую белку, обожравшуюся гормонов роста.

Я осмотрел свое пузо на предмет вылезших кишок – к счастью, пострадала только рубашка, лишившаяся пары пуговиц. Зато вот курточке Вовкиной абзац – только на тряпки ее теперь пустить.

– Они хоть вкусные? – с надеждой спросил я, кивнув на белку.

– Скоро узнаешь, – довольно ухмыльнулся саттардец.

Фафла мы частично пустили на шашлыки, а частично запекли в золе, обмазав предварительно глиной. Запеченное мясо предназначалось нашей отсутствовавшей угонщице. Динеш рассчитывал, что, если Машура не задержится, то фафлятина будет еще теплой. Я спросил, не стоит ли сохранить беличью кровь для Ла Керта, но саттардец заверил меня, что вампир способен позаботиться о себе сам, и в городе для этого больше возможностей, чем в драконом забытой роще.

Я постарался не думать, как и чем вэазар будет набивать себе брюхо, и вместо этого честно набил свое. Закусили мы ягодами, собранными на краю того же оврага. От сытости потянуло в сон. Я разыскал одеяло в седельных сумках и договорился со Смотрящими, что они разбудят меня, если увидят наших друзей, новую делегацию к Чертогу или вообще что-нибудь необычное.

Динеш, не подозревавший о новом союзнике, благородно вызвался сторожить – еще бы, днем-то выдрыхся! Отговаривать его я не стал. Охота и последующая разделка тушки под чутким руководством саттардца здорово меня вымотали, так что трава показалась пуховой периной. Даже беспокойство за друзей не помешало мгновенно отключиться.

Сны уходили и приходили какими-то бессмысленными обрывками. То я ехал на лифте в своем доме, а тот все никак не хотел останавливаться на нужном этаже. То звонил в нашу квартиру, а открывал мне Ноал – такой, каким я видел его глазами драгаев: худой парень с черным хаером до лопаток. Мать не узнавала меня и упорно называла чужого Лианом. Тогда я бросался на него с кинжалом, но промахивался и падал, падал, падал… А потом вся мутотень начиналась сначала.

Не удивительно, что я обрадовался, когда пол лифта для разнообразия пророс подсолнухом с карим глазом на месте семечек. Глазище подмигнул и сказал: «Пора вставать!» Меня тут же тряхнули за плечо, и голос Динеша объявил: