Чтение онлайн

Но решающую роль играли остальные кланы. Будут ли они вмешиваться или воздержатся от любых действий? И если вмешаются, то на чьей стороне?

Особенно важна была позиция Франкопана. Если он оставался в Загребе, то именно он мог создать третий полюс силы, внутри города. Или же склонить чашу весов на любую из сторон.

Именно неопределённость поддерживала хрупкий мир и не давала ни одной из сторон пойти в атаку. А, значит, что нужно делать?

Создавать ещё больше этой неопределённости. Но при этом не дать провалиться в хаос, потому что хаос будут устранять, наводя порядок. Скорее всего — железной рукой.

Я быстро включил программу-шифровщик сигнала, чтобы меня нельзя было отследить. Затем создал новую электронную почту. Забил в адрес почты всех кланов Иллирии, которые у меня были. А были — почти все, кроме самых мелких и оторванных от политической жизни.

А затем вбил туда:

'Утром Его Величество князь Адриан выйдет на связь.

Не совершайте необдуманных действий'.

Многие не поверят что отправил человек, который сейчас рядом с князем, но вот Кнежевич… он точно задумается. Потому что тела князя у него нет. Он допускает, что Адриан жив. А значит, будет крайне осторожен, если появится возможность возвращения Его Величества.

Однако эти слова — это просто слова. Тут было необходимо подтверждение.

Может, фотографию Софии? Нет, нет… если использовать фотографию, то только самого князя. В остальных случаях это будет абсолютно неправдоподобно.

Значит, надо сказать что-то такое, о чём знает только князь и его вассалы. Например… имя наследника! В курсе ли вассалы, кого князь выбрал своим преемником? Это вопрос. Но разве тут есть ещё варианты?

Ниже я подписал:

«Его сыновья, включая наследника Драгана, в безопасности».

Я назвал имя младшего из детей Адриана — четырнадцатилетнего Драгана. Специально не упомянул о дочери — Софии, потому что кому-то из них её местоположение известно. Тому самому, кто отправил головорезов с серебристым шаром по мою голову. А им мог быть кто угодно.

Отправить!

Почти каждый клан в стране получит это сообщение. Те, кто ещё не в курсе о происходящем, заинтересуются. А те, кто в самом эпицентре событий, задумаются лишний раз.

Отдельно я отыскал почту комендатуры Загреба. Едва ли Непчич прочтёт, но на всякий случай — пусть получат.

Я знал, что почтой аристократов заведовали помощники. Но такое сообщение они не пропустят мимо и доложат господам. Хотя бы половина из получателей его прочтёт, а потом своё дело сделают слухи. Причём, быстро. До Кнежевича дойдёт в любом случае.

Главное — не дать вспыхнуть бойне.

Вот только сработает ли?

Граф Михаэль Кнежевич угрюмо смотрел на телеэкран, на котором была выведена карта города Загреба. Синим были выделены сектора под контролем клана Кнежевич. Красным — под контролем треклятого Непчича.

Даже фамилия столичного воеводы вызывала у Кнежевича раздражение. Мерзкий бунтарь. Несчастный и почти низкородный. В нём знатности было меньше, чем в породистом псе сына Кнежевича. Но он вёл себя так, будто был ровней графу.

Михаэль не заметил, как сжал кулаки. Он шумно втянул носом воздух.

Его род был старше, чем сама Иллирия. Но омерзительные простолюдины будто забыли этот факт, когда целились в него из своих винтовок и автоматов.

И это была не худшая из проблем. Кнежевич в любом случае не боялся сражений и схваток. Поле боя было для него привычным местом, где он пусть и мог умереть, но всегда понимал, что и как он ДОЛЖЕН делать, чтобы добыть победу. Как тогда — много лет назад.

Проблема с гарнизоном была в том, что быстро с ними разобраться не выйдет. Да, Кнежевич мог собрать группу одарённых и лихим ударом ликвидировать командование гарнизона. Но это принесёт ему очень кратковременную победу.

Остальные части гарнизона не сдадутся. И это станет проблемой на неопределённое время, а начало боёв в столице слишком сильно ударит по репутации графа Кнежевича. Она и так была далека от идеала. Журналисты, блогеры и прочие информационные шлюхи работали над созданием его негативного образа без остановки!

Это не проблема, если есть сильная армия и верные жандармы. Но в столице у графа Кнежевича не было ни того, ни другого. Только личная охрана, гвардия князя Адриана, чья преданность была шаткой и несколько других аристократов, которые любили свою родину так же сильно как и сам граф Михаэль.

А против — гораздо более многочисленный гарнизон. Он состоял из лучших частей регулярной иллирийской армии. Князь Адриан прекрасно понимал, что столицу нужно держать под защитой. Он боялся своих вассалов. И правильно делал.

На лице Кнежевича вылез оскал.

Этот страх заставил Адриана позаботиться, чтобы в столице Иллирии всегда были мощные войска. Во главе которых он поставил преданного до омерзения Непчича. Он напоминал Михаэлю Кнежевичу пса, который сторожит труп хозяина, который уже никогда не очнётся…

Не очнётся ведь?

Кнежевич скосил взгляд на стол. Там находился телефон, принесённый помощником. С открытой электронной почтой. И письмом с неизвестного электронного адреса.

'Утром Его Величество князь Адриан выйдет на связь.

Не совершайте необдуманных действий.

Его сыновья, включая наследника Драгана, в безопасности'.

Выглядело как… фальшивка. Но её разослали всем аристократам. ВСЕМ.

Будь князь жив, он бы не скрывался за анонимной электронной почтой. Наоборот, он бы вышел в прямой эфир и показал себя на всю страну.

А если он был не в состоянии? Ранен? Обессилен? Искалечен?

Только эта мысль заставляла Кнежевича задуматься. Потому что тело князя Адриана так и не нашли. В усыпальнице рода Зринских было несколько выломанных изнутри саркофагов — тела предков Адриана. Экспертиза установила, что именно из этих тел и были созданы те тёмные твари, которые убили нескольких гвардейцев, аристократов, регента и чуть не убили княжну.

Но среди них не было ни Адриана, ни его сыновей.

Расследовательная группа, наскоро собранная Кнежевичем, склонялась что Адриан и его сыновья погибли. Просто их тел не осталось или их трансформировали в тот самый багровый туман, который оказался облаком проклятой энергии. Вот только из образцов тумана, которые успели захватить, не удалось установить его происхождение.

Это вызывало у Кнежевича ещё большую злость. Он ненавидел неопределённость.

Но крайним было то, что княжну выкрали. Гвардейцы из её охраны, допрошенные с «пристрастием», выложили что их перекупил Франкопан.