Чтение онлайн

работоспособности норм международного права присутствуют и в

вопросах торговли оружием, распространения технологий двойного

назначения, при обсуждении проблемы глобального потепления и

рядом других. Можно с уверенностью утверждать, что значительная

дифференциация социальных интеллектов, этических систем и

социального капитала отдельных наций препятствует установлению

развернутого и всеохватывающего международного правового порядка.

Тем не менее, потребность в снижении социальных издержек

заставляет государства создавать множество самых разных

международных организаций, призванных, путем выработки норм

международного права, регламентировать социальный обмен в области

безопасности, торговли, культуры, контроля миграции: в их числе

Организация Объединенных Наций, Всемирная торговая организация,

Международный арбитраж.

Другим способом регламентации международных отношений является

создание региональных объединений: экономических союзов, военных

блоков; к такого рода объединениям относятся Европейский Союз,

Южно-американский общий рынок (Меркосур), экономические союзы и

военные альянсы, возникшие на постсоветском пространстве.

Входящие в такие союзы страны обыкновенно расположены в одном

географическом районе и, в подавляющем большинстве случаев,

имеют схожие этические системы, что позволяет им чаще и быстрее

достигать конкретных договоренностей в самых разных сферах

человеческой деятельности.

Что касается двухсторонних международных соглашений, то в

экономической сфере последние могут относительно легко заключаться

между самыми разными странами – все зависит от величины

ожидаемых выгод. В то же самое время тесное и долгосрочное военное

сотрудничество между странами с очень различными уровнями

социального интеллекта и моральными системами практически

исключено – слишком высок будет уровень взаимного недоверия и

подозрительности. Кроме этого, помимо степени дифференциации

социального интеллекта на возможность тесного сотрудничества между

государствами в сфере безопасности оказывает влияние и их общий

(абсолютный) уровень. Так две страны с относительно высоким

уровнем социального интеллекта могут иметь более доверительные,

углубленные и всеохватывающие договорные отношения, нежели пара

стран с гораздо более низким уровнем социального интеллекта при

более полном совпадении уровней последнего. Ведь более высокий

уровень общественного интеллекта позволяет создавать более

абстрактные и развитые регуляторные системы, как внутри нации, так и

на международной арене.

Раздел I

Концепция «демократизации» и доктрина «прав человека»

В последние несколько десятилетий западные страны и, прежде всего,

Соединенные Штаты и ряд западноевропейских государств в основу

своей международной деятельности положили концепцию

«демократизации» и доктрину «прав человека»; используя свою

экономическую, военную и политическую мощь они пытаются всеми

силами повсеместно (за редкими исключениями вроде монархий

Персидского Залива) способствовать установлению во всех странах

мира демократической формы правления и соблюдения важнейших

прав человека (обеспечения свободы слова, собраний, справедливого

правосудия и т.д.). Придумано множество способов реализации

подобной политики – от предоставления политического убежища и

финансировании оппозиции через сеть неправительственных

организаций, вплоть до введения санкций и прямого военного

вторжения в целях свержения автократического режима. И так как

описанное поведение западных держав и противостояние ему со

стороны целого ряда азиатских, африканских и латиноамериканских

стран, в сущности, составляют квинтэссенцию современной мировой

политики, то вполне естественно будет попытаться понять его скрытые

причины.

Однажды американский политолог Майкл Дойл решил выяснить,

насколько часто демократические страны воюют друг с другом. И, с

удивлением, обнаружил: за последние сто лет либеральные

демократии не воевали между собою ни разу. Впоследствии

выявленная им закономерность легла в основу так называемой «теории

демократического мира», которой ныне придерживается подавляющее

большинство западных политиков. Вот, что, в частности, весьма

откровенно недавно заявил американский президент Джордж Буш-

младший: “Причиной, по которой я так сильно ратую за демократию,

является то, что демократии не вступают в войну друг с другом. Я верю

в то, что наш путь на Ближнем и Среднем Востоке – это

распространение демократии”. И надо сказать, слова не расходятся с

делом: только за последнее десятилетие при той или иной степени

поддержки (от молчаливого одобрения действий оппозиции по

свержению режима до прямой военной интервенции), были свергнуты

многолетние диктаторы и автократы в Ираке, Египте, Тунисе, Йемене и

Ливии, пошатнулись позиции авторитарных правителей Сирии и

России.

Помимо стремления к безопасности, политику Запада по

демократизации остального мира нередко объясняют и другими

мотивами. Совсем недавно франко-канадский философ и политолог

Жан-Батист Вильмер написал книгу под названием “Война во имя

человечности: убить или оставить умирать”, в которой он скрупулезно

анализирует сегодняшнюю политику Запада по демократизации мира,

ее правовые и моральные основания. В ней он утверждает, что

политика по демократизации на Ближнем Востоке обусловлена

эгоистичным интересами, в том числе, стремлением Запада к