ЖАНРЫ

Миры двоедушия. Эхо голодного хаоса
Шрифт:

Глава 7. Рыхлая «талия». Затишье перед бурей

– Вот, чёрт! – наконец, до меня дошло, что я покинула «камеру» как раз перед плановым приходом санитаров.

Каждое утро, в одно и то же время, они приносили новую порцию лекарств. Естественно, обнаружив комнату пустой, продажные подлизы доложили «Королеве» о моём волшебном исчезновении.

Наверное, я до глупого была наивна, если хоть на мгновение допустила мысль, будто Мегера, сжалившись, приехала меня навестить.

Или даже забрать.

– Кажется, у нас проблемы, – удивительно спокойно выдал Дориус, с интересом рассматривая странные фигурки Гарпий над арочными узкими окнами.

– Ещё какие! Мне – «крышка»! – взвизгнула, не зная, куда себя деть.

– Тише, милая! – остановил меня друг, не дав промчаться сквозь здание. – Последний слой перед миром людей имеет свойство быстро смыкаться. Ты пока неопытна, поэтому можешь пораниться, если попытаешься перемещаться по нему, не освежая прорехи.

– Как это?

– Со временем научишься закрепляться в любых мирах, само твоё присутствие будет расширять горизонты, ничего делать не придётся. Я специально приглушил в себе эту способность, чтобы ты лучше поняла принцип. Так что на данном этапе – нужно быть аккуратнее. Пока ты держишься сильнее всего за мир людей, даже не осознавая этого, – ладонь Рувигрэ вспыхнула. Он провёл ею перед замшелой каменной стеной, отчего та мгновенно утратила практически восстановившуюся плотность. – Теперь вперёд! И не торопись.

Наш дуэт шёл через туманные неуютные предметы интерьера готического пристанища для душевнобольных по межпространственному «силикону», любовно выкладываемому «Пришельцем».

– Ы-ы-а-а-аы-ы…

Растекались где-то искажённые жутковатые вопли пациентов.

К некоторым несчастным мы были вынуждены проникнуть в комнату ради сокращения пути. Зрелище не из приятных.

Каждый раз, для наглядности, Дориус расширял область Голограммы ловкими мазками. Он абсолютно игнорировал окружающее уныние и качающихся из стороны в сторону одиноких лохматых сумасшедших, чей пустой взгляд бесцельно пронзал пустоту…

Тогда я задумалась: «Интересно, какова реальность нового друга? Откуда пришёл этот парень? Что видел, если подобные вещи его не впечатляют?»

* * *

Совсем скоро мы оказались в целевой обшарпанной комнате. Неизменно запертой. По коридору, за её пределами, в ужасе носились санитары, явно не желающие терять солидные чаевые.

– Подожди, – Рувигрэ совершил манёвр другой рукой перед призрачной перегородкой, побудив её вновь «затвердеть». По моим плечам рассыпались желтоватые энергетические сгустки. И быстро растворились. – Теперь ты снова видима для своего мира. Позже я тебя всему научу, а пока – мне пора.

– Стой! Не оставляй меня наедине с этой злюкой! – протараторила я, со страхом покосившись на дверь.

– Ты сильнее, чем думаешь, Мира. Просто сделай так, чтобы безумной в этой ситуации выглядела не ты. А зло неизбежно. И обитает во всех мирах. Ждёт своего выхода. Вот только где-то оно истинно, а где-то условно. Всего лишь унылое подобие. Маска двоедушия, выращенная на почве жалкой нелюбви к себе. И чем раньше ты научишься противостоять любому виду зла, тем будешь счастливее. Запомни – самоутверждаться на ребёнке способно только самое низшее, самое падшее существо. А значит – оно заочно проиграло, пусть так и не считает. Я сделаю всё, чтобы ты выросла сильной. Сделаю всё… Спасу хотя бы тебя! – подмигнул «Пришелец» как-то слишком грустно, и спешно отправился вдаль, рассекая прекрасным эфемерным золотом неоновые грани Призмы измерений.

Малыш Бо-Бо вдруг разрыдался на крепком плече, забавно открыв маленький ротик, смешно похрюкивая. Мизерные голубоватые «росинки» по-мультяшному забрызгали в разные стороны, зеленея, отражая медовое сияние некогда озорных глаз…

Но новая я не имела возможности утешить кроху или осознать полную суть сказанного Дориусом. Новая я должна была принять реальность так же по-новому. Желательно без слёз, явно доставляющих Мегере удовольствие.

Теперь я понимала, что за полоски и искажения видела вокруг с раннего детства.

Теперь они восхищали и завораживали, а не пугали.

За ними целые таинственные миры, в которые я мечтала однажды попасть…

Что может быть прекраснее?

* * *

Приближающийся ураган «Жанетта» распылял по реальности людей смрад лицемерия… Был неизбежен. Сносил всё на своём пути, с опасной скоростью настигая мою дверь.

Я разгладила волосы, торопливо прибрала разбросанные рисунки, схватила единственную имеющуюся книгу «О прилежном поведении», раскрыла её наугад и села на кровати, укрывшись драным одеялом.

Что значит, вы не знаете, где Инопланетянка?! Что значит, не можете найти?! За что я плачу, убогие?! Уничтожу! – пронзительно вопила родственница. – Донесу до вышестоящего руководства! Сами сгниёте здесь, псы безродные!

Хотелось промыть уши от улавливаемой ими скрипучей гадости.

– Пожалуйста, – лепетал перепуганный медработник. – Пожалуйста, Госпожа, не нужно… Умоляю!

– Миссис Голдсвамп, прошу прощения, но палата Инопланетянки всегда заперта, как Вы и велели, – еле слышно пытался оправдаться другой санитар.

– Цкух-х…

Громыхнул тяжёлый замок.

– Дуф-ф!

Резко распахнулась исцарапанная железная дверь.

В комнату багряным вихрем влетела взъерошенная «Королева», небрежно растолкав своих подлиз… Но тут же резко вкопалась, едва не сломав тончайшие итальянские шпильки.

– Это что, розыгрыш?! – истеричный ультразвук эхом отразился от обшарпанных серых стен, кажется, добавив им новых трещин. «Примадонна» удивлённо таращилась на меня с полминуты… Затем медленно перевела гневно сузившийся взгляд на тощего рыжего парня, совсем недавно хвалившегося подвигами Нагибатора. – Ничто-о-ожества! Смеете издеваться надо мной?! – каштановые кудри нелепо затряслись, точно желейные.

– Ни в коем случае! – вздрогнул козлобородый, резко поправив толстые очки окуляры. – Но… Как? Девчонки тут абсолютно точно не было, – невнятно забормотал себе под нос, нервно теребя подол засаленного, некогда белого халата. – Мы каждый угол обшарили! Честное слово! – голос подлизы срывался на фальцет. – Миссис Голдсвамп, поверьте!

Бедолага уже не знал куда деться. Казалось, ещё немного, и упадёт на колени, прилипнет языком к лакированным, чудом выжившим Жабьим туфлям.

Всё это время я спокойно смотрела на разборки гостей, словно меня просто отвлекли от чтения.

Поделиться с друзьями: