Чтение онлайн

Алеста указала на один из немногочисленных клочков, который был исчерчен лишь одним картографом. На этом островке в самом деле обозначился крошечный уголок. Но всё-таки уголок.

— Я тоже знаю это место, — признался вдруг Джер. — Там ещё здание стоит такое интересное, гостевой дом это сейчас, что ли… А раньше было едва ли не резиденцией короля. У него от крыши отходит башня, шпиль которой оканчивается восьмиконечной звездой. Светится красиво в темноте, шпиля не видно, и кажется, будто это настоящая звезда.

— Может, вам и вовсе не нужна моя помощь? — пробормотал Кейден. Потом кратко взглянул на Алесту: — Можно ли будет обновить карту, когда мы доберёмся до места?

— Такая возможность предусмотрена, — Алеста кивнула. — Но как ей воспользоваться, я не знаю. Думаю… — она внимательно всмотрелась в плотное полотно, — прежняя краска просто должна стереться. Спустя то время, которое изобретатель этой карты посчитал необходимым для того, чтобы тот, кто воспользуется его изобретением, осознал своё место в этом мире. — И зачем-то пояснила: — Сколько времени потребуется, я не могу сказать. Не у кого спросить. К сожалению, почти всегда имена изобретателей забываются. Раз так безответственно относятся к изобретениям, то не стоит и надеяться, что сохранятся имена…

— Сколько стоит эта карта? — продолжил задавать неуместные вопросы Кейден. — Я могу заплатить. Чтобы не обидеть вас тем, что мы пользуемся этой картой без оплаты.

Алеста резко вскинула голову, посмотрела на следователя, вскинув брови. Подумала о том, что такую обидную, обесценивающую помощь Алесты реплику не каждый сможет нарочно сочинить. А Кейден, между тем, произнёс её вполне искренне и бескорыстно.

— Дурак ты, Кей, — заметил Джер, его слова прозвучали беззлобно, но не менее непосредственно. Затем он прошёл к окну и заметил: — Не знаю, как насчёт вас, но я бы предпочёл отправиться в путь завтрашним утром. Действительно ранним утром, а не таким, как сегодня. Велика вероятность, что, если мы поедем сейчас, то так и не достигнем пункта назначения. К утру стихнет непогода, Алеста, как считаете?

— Должна, — ответила Алеста. Взялась сворачивать карту, прятать в тубус — лишь бы не сказануть что-нибудь мистеру следователю в ответ, чтобы и его зацепило тоже. — Дольше суток вьюга здесь обычно не длится.

— Вот и чудесно. А пока я был бы не против заняться делом. Например, парочку моментов уточнить у вашего местного констебля… забыл его имя, прошу меня простить.

— Джонти, — подсказала Алеста.

— Прекрасное имя! — Джер поправил прядь волос, упавшую на лоб. — Чем-то на моё похоже. Если сегодняшним вечером пересечься мы уже не сможем, запомните, Алеста: завтра мы собираемся у гостевого дома, едва на горизонте появляются солнечные лучи. Надеюсь, лопаты нам всё-таки не понадобятся.

Алеста кивнула и призналась:

— Я буду в Лавке странностей до позднего вечера. Если я вам понадоблюсь, вы можете найти меня здесь.

Джер кивнул, махнул рукой — «До встречи!» — и перешагнул порог лавки, не дожидаясь коллегу. Кейден же никуда будто и не спешил. Он прошёлся вдоль прилавков, будто пытался отыскать нечто, что Алеста тщательно от него спрятала.

Потом всё-таки решил, что пора присоединиться к Джеру. Ведь тот вряд ли ушёл далеко — стоит под дверью Лавки странностей, наслаждаясь снегопадом. Ещё немного времени, и вернётся, чтобы погреться. Или вновь вернётся к Паоле, за тем скромным остатком выпечки, который он не забрал в первый раз.

— Никто не знает, что будет дальше, — заметил Кейден, прежде чем покинуть Лавку странностей. Взгляд его был устремлён вдаль, будто Кейден пытался рассмотреть нечто в туманном будущем. — Позвольте себе насладиться этими спокойными мгновениями. Не погружайтесь в мрачные мысли. Я не сомневаюсь в этом правиле: каждый получит то, что заслужил.

— Уходите уже отсюда, — не выдержала Алеста. — Ваша любезность делает мне больно. Уходите.

Он наконец-то посмотрел в её сторону, будто вспомнил, что говорит с человеком, а не со стеной. Взгляд Кейдена стал растерянным, недоуменным. И слегка опечаленным.

— Простите меня, — произнёс Кейден. — За то, что вмешался в вашу жизнь — простите.

Алеста наконец осталась в Лавке странностей одна. Принесла из подсобного помещения покрывало — какие только сокровища не таил в себе её тайник. Скинув ботинки, с ногами залезла в кресло и спряталась под этим покрывалом так, чтобы на поверхности остались только глаза и макушка.

Домой не хотелось идти.

Стоит бабушке посмотреть в глаза Алесты, и она сразу распознает все-все-все секреты, о которых Алеста предпочла бы не говорить. А кто-нибудь, дедушка или дядя, обязательно спросит, как же прошла её поездка в Леберлинг, и что же им отвечать? Что Алеста получила незабываемый опыт? Такой, например, как обретение родной сестры? Или хватит чего-нибудь менее шокирующего — ночи в тюремной камере, как одного из ярких событий этой поездки?

Алеста вознамерилась сидеть в этом кресле до последнего, пока окончательно не закостенеет.

Она даже не отрицала такой возможности, что здесь же её, обратившуюся в мраморную статую, обнаружат завтрашним утром сотрудники Управления общественной безопасности по Леберлингу. Когда поймут, что ко встрече у гостевого дома Алеста не присоединилась, и решат, что она попыталась сбежать от того самого справедливого и заслуженного наказания. Отправятся в Лавку странностей за уликами, а найдут саму Алесту. Которая своё уже отбегала.

Однако жители Плуинга смогли сильно Алесту удивить. Приятным, скорее, образом.

Поскольку, даже несмотря на непогоду, они подобно мотылькам слетелись на белоснежный свет в оконцах её лавки. Соседи по торговой площади, жители близлежащих домов… В сумме набралось человек пятнадцать, что для Лавки странностей можно считать едва ли не рекордным числом покупателей за такое небольшое количество времени, как несколько часов.

Покупатели весьма справедливо на неё наругались. Сказали, что это непозволительно — закрывать Лавку странностей накануне Перерождения. Поскольку во всём городке Лавка странностей является единственным местом, где можно приобрести какие-никакие подарки для близких. Ибо в остальных вещах вещи продают сугубо практические, а такие бесполезные пылесборники, которыми торгует Алеста, ещё попробуй отыщи. Вот примерно так звучала сомнительная, но всё же похвала от покупателей.

Алеста продала большую часть травяных сборов, несколько изящных статуэток, по пять хватателей света и ловцов снов, три записные книжки, две шкатулки, одно зеркальце и половину от всего метража алой атласной ленты, которой можно свой подарок украсить. В журнале покупок стремительно росло количество строк. Теперь бы подсунуть его Кейдену, пусть попытается отыскать, как кто-то там какое-то время назад приобрел магический артефакт.

Прилавки заметно опустели.

Это было приятно.

Чуть менее приятно было то, что каждый второй покупатель спрашивал у Алесты, куда же подевался тот её необычный, если даже не сказать странный, пёс. Радовало, что жители Плуинга помнят не только о ней, но и об её воспитаннике. Но огорчало, что сама Алеста уже третий день не видела ни Короля Подземельных, ни Принца Краснопёрых… А они, меж тем, были ценнее любого из экспонатов, с которыми она когда-либо имела дело.

Алеста покинула Лавку странностей последней на торговой площади, когда свет погас во всех лавках, прекрасно просматриваемых из её оконца. Погрузилась в темноту, лишь где-то на периферии подсвеченную ленивыми фонарями.

Идти через гостевой дом не решила. Слишком много он навевает мыслей, о которых не хочется сейчас думать. К тому же, именно в нём должны были остановиться следователи, и кто знает: вдруг в этот момент они смотрят в окно, ожидая, когда же Алеста появится в поле зрения?