Чтение онлайн

– О да, конечно, конечно!.. – зачастил мужской голос, стараясь подавить раздражение. – В телефонном ящике есть переключатель… Видите?

– Вижу…

В фойе на первом этаже к Вараку немедленно подошел администратор в смокинге.

– Я договорился встретиться здесь с деловым партнером, но, каюсь, проспал… – ударился в подробности Варак. – Прилетел из Парижа, смена часовых поясов, то да се, и вот, пожалуйста… Кажется, опоздал. Не попадался ли вам на глаза мистер Гринелл?

– Мистер Гринелл и убитая горем миссис Ванвландерен минут десять назад вместе с остальными уехали. Полагаю, на заупокойную службу. Мистер Ванвландерен милейший был человек, достойнейший…

– Я с вами полностью согласен, он также был моим деловым партнером. Нам необходимо попасть на заупокойную службу. Случайно, не в курсе, по какому адресу они поехали?

– Сожалею, сэр, но тут я ничем не могу помочь!

– Возможно, швейцар знает? Может, он говорил таксисту, куда ехать?

– Мистер Гринелл на такси не ездит, сэр, – отвел взгляд администратор. – У него лимузин, вернее, лимузины…

– Все понятно, – сказала Калейла, беря Милоша Варака за руки. – Пойдемте, мы обращаем на себя всеобщее внимание.

Они направились к выходу.

– Кажется, удача от меня отвернулась, – сказал Варак. – Все остальное уже не имеет значения.

– Как вас звать?

– Милош… Зовите меня просто Милош.

– Я бы хотела узнать кое-какие подробности, и не забывайте о моей сумочке, где ваш пистолет, а мой, к вашему сведению, у меня в кармане пальто. Стреляю без предупреждения.

– Что касается подробностей, я готов удовлетворить вашу любознательность, вот только не соображу, где это будет удобней всего сделать.

– Тут неподалеку есть уютный ресторан, а я еще и с голоду умираю. Буду есть левой рукой, а вы имейте в виду – чуть что не так, и у вас никогда не будет детей. Я понятно излагаю?

– Понятно, мисс Рашад! Вы такая великодушная…

– Даже очень, мистер Милош, даже слишком, потому что, как вам известно, я наполовину арабка. Помните об этом.

Они сидели напротив друг друга в просторной круглой кабинке в итальянском ресторане в двух кварталах к северу от отеля. Варак рассказал в подробностях все, что услышал с помощью наушников и звукозаписывающей аппаратуры.

– Я поражен. Не скрою, я обескуражен… Вот уж не думал, что Эндрю Ванвландерен способен действовать обособленно, не ставя в известность свою жену!

– А вам бы хотелось, чтобы она ему «пулю в лоб» и чтобы его «закопали» где-то в Мексике?

– У нее, уверен, рука не дрогнула бы. Знаете, а он был неумный человек.

– Позвольте с вами не согласиться. Он провел свою партию блестяще. Все, что он предпринял, больнее всего ударило по Эвану. Палестинские террористы отработали денежки вашего Эндрю с лихвой, до последнего цента. Между прочим, с вашей подачи, мистер Милош.

– Я возражаю против этой формулировки.

– Хорошо, я скажу иначе. С того момента, как вы заявились в Госдеп к Фрэнку Свонну, все и попалилось.

– Но я и подумать не мог, во что это выльется!

– Вы, мистер Милош, предприняли неверный ход.

– Согласен, но не во всем.

– Давайте обсудим все с самого начала, давайте вернемся назад.

– Нет нужды возвращаться назад, поскольку по существу дела я вам ничего не сказал.

– Но нам известно гораздо больше, чем вы думаете. Сейчас мы просто распутываем клубок, как любит повторять мой шеф. С трудом поддающийся обработке конгрессмен не без вашей помощи выталкивается на политическую орбиту, где на него сваливаются, как снег на голову, должности и посты, о которых другие члены конгресса и не мечтают. В один далеко не прекрасный день самым таинственным образом исчезает на пару суток председатель комитета, занимающегося проверкой расходования бюджетных средств, и вот тут на всеобщее обозрение выставляется, опять же не без вашей помощи, никому до этого не известный конгрессмен, что, к величайшему сожалению, завершается преданием огласке его тайной миссии в Омане и, как следствие, широко разрекламированной церемонией вручения президентом конгрессмену высочайшей награды Соединенных Штатов. Короче говоря, у вас повестка дня продумана в деталях и, я бы сказала, является, по существу, долговременной… Не так ли?

– На мой взгляд, все было продумано и организовано наилучшим образом.

– Остается пожелать, чтобы вы продумали более тщательно его участие в предвыборной гонке. Вы ведь желаете видеть его вице-президентом?

– Вам и это известно?

– Разумеется. Тем более что выборы президента и вице-президента не происходят спонтанно, а являются частью продуманной государственной политики.

– Ну если только продуманной… – усмехнулся Варак.

– Мистер Милош, откуда вы родом?

– Мисс Рашад, должен сказать, что, глядя на вас, у меня сердце кровью обливается. Пожалуйста, перестаньте терзать телятину левой рукой. Я никуда не убегу, ей-богу!

– Но я же совсем не знаю вас! Вдруг вы что-то против меня задумали? В лифте, к примеру, набросились, как лев, на беззащитную жертву.

– А вы, мисс Рашад, знаете, что львы не охотятся? Добычу добывают львицы. А вот человек еще более циничен, он посылает в бой своих детенышей. Сколько погибнет – никого не интересует. Важен результат.

– Мистер Милош, скажите, вы военный человек? – спросила Калейла, глядя на Варака в упор.

– А какое это имеет значение?

– Вот вы сказали «важен результат». Какой результат, во время каких действий? Например, выражение «выигрыш войны» для военного человека вовсе не означает победу на полях сражений. Обратите внимание, Израиль формально выиграл у арабов все сражения после мая 1948 года, но ни разу не выиграл ни одной войны. Ливанскую кампанию просто проиграл… Для военных победа заключена в достижении стратегических целей, поставленных еще до начала войны. А успех на поле боя, мистер Милош, одно из возможных слагаемых победы, но не более… А что касается «человеческих детенышей», цинизм исламского джихада – тому подтверждение.

– Ого! Снимаю перед вами шляпу, мисс Рашад.

– Благодарю. А вам советую включить в вашу повестку дня более тщательную проработку стратегических целей.

Варак улыбнулся:

– Вы задали вопрос, откуда я родом. В августе шестьдесят восьмого мою родину бросили под танки, и я поклялся тогда отдать свою жизнь за подлинную демократию на земле, без насилия и бряцания оружием.

Калейла вытащила из-под стола правую руку, левой рукой положила пистолет в сумочку и откинулась на спинку стула.

– Думаю, пора научиться обходиться без ножей и вилок, – сказала она и стала массировать кисть правой руки.

– А я хотел было предложить вам заказать итальянскую закуску «Ассорти», которую обычно берут руками, но не отважился. Подумал, вдруг вы решите, что я мужлан хамовитый.

– Это у вас юмор такой?

– Жалкая попытка, мисс Рашад. Мне сейчас не до юмора. Сижу и все время думаю о том, чтобы ничего не случилось с госсекретарем, чтобы он благополучно долетел до Кипра.

– Успокойтесь! Вы успели предупредить службу безопасности, а это главное. Меры уже приняты.

– Только и остается надеяться на их расторопность.

– Мистер Милош, давайте продолжим разговор о конгрессмене Кендрике. Почему вы остановили именно на нем свой выбор? Каким образом вам удалось скачать информацию с компьютера, если доподлинно известно, что источники информации имеют абсолютно надежную защиту? Но если кто-то вам эту информацию предоставил, хотела бы я, чтобы этот «кто-то» когда-нибудь почувствовал и понял, что поступить так, как он поступил, все равно что оставить безоружного человека одного, без всякой поддержки и помощи, глухой ночью на темной улице в каком-нибудь вражеском городе.