Чтение онлайн

— Все хорошо, Линк, я просто помогаю Пэрри с проектом.

Мистер Рэдклифф внимательно изучает меня, как будто не может до конца понять, и я неловко ёрзаю на стуле под его пристальным взглядом.

— Вы были на одном из моих курсов, верно? — наконец, спрашивает он.

Я киваю.

— В первый год.

— Я помню Вас. У вас хорошо намётан глаз.

— Эм... спасибо.

— Я говорил тебе. — Лиам пожимает плечами.

Он переключает своё внимание на коллегу.

— Я собираюсь побыть здесь некоторое время, заеду за тобой после работы? Я подумал, что ты, возможно, захочешь потренироваться.

Я сдерживаю стон. Теперь я буквально вижу, как они вдвоём в спортивных шортах поднимают тяжести или делают то, что делают горячие парни в спортзалах, что превращает их в таких сексуальных.

Мистер Рэдклифф до сих пор ему не ответил, и когда я оглядываюсь назад, то не упускаю предупреждающего взгляда, который он бросает на Лиама.

Он видит, что я смотрю, и смягчается.

— Да, конечно, увидимся в спортзале. В шесть?

— Отлично, — отвечает Лиам, поворачиваясь спиной к мужчине, все ещё стоящему в дверном проёме.

Я неловко улыбаюсь и следую его примеру, возвращаясь к своей работе.

— Прости за это, — говорит Лиам несколько мгновений спустя.

Я пожимаю плечами.

— Прости, что пропускаешь кофе. Буду должна.

Он смеётся.

— Осторожно, а то я могу потребовать кофе с тебя.

Я прикусываю губу, чтобы удержаться от слишком широкой улыбки, надеясь, что именно это он и сделает.

Лиам

У меня было ощущение, что приближается допрос, поэтому, когда он начинается, я, по крайней мере, к нему готов.

— Она та самая красотка, о которой ты мне рассказывал, не так ли?

Он ухмыляется, но я вижу скрытый намёк на настороженность в его глазах.

Он беспокоится за меня, и я даже не могу его в этом винить.

Я сам беспокоюсь за себя

Я не знаю, о чем, черт возьми, я думал раньше, но почти уверен, что если бы он не вошёл в ту комнату, я бы целовал студентку прямо здесь, в кампусе.

Образы её в чёрном кружевном нижнем белье проносятся в моем мозгу, когда я подумываю о том, чтобы солгать ему, но я не могу этого сделать, Линк уже долгое время был моим лучшим другом, и даже если бы я солгал, он, вероятно, раскусил бы меня ровно через тридцать секунд и выразил бы мне своё неодобрение по этому поводу ещё быстрее.

— Да, она чертовски горячая штучка, — ворчу я, дёргая за шнурки своих кроссовок.

— Я понимаю, о чем ты.

Я киваю, но не смотрю на него. Я знаю, что он ещё не закончил.

За последний год он помог мне пройти через многое, и мы научились слышать то, что умалчивают другие.

— Вы двое выглядели довольно мило.

Я кривлюсь, затем делаю все возможное, чтобы убрать эмоции с лица, прежде чем снова посмотреть на него.

— Я едва сказал ей два слова, у неё были проблемы с редактурой, поэтому я дал ей несколько советов. Ничего такого, чего бы я не сделал для любого другого ученика в моем классе.

Это полуложь. Сомневаюсь, что предложил бы это кому-нибудь ещё, но я также и не отказался бы.

— У неё хорошие навыки, если я правильно помню?

Я встаю и иду к скамье для подъёма весов. Мне нужно чем-то занять себя, иначе он поймёт, насколько я запутался из-за этой девушки.

Я даже себе не хочу признаться, как много я думал о ней, не говоря уже о нем.

— Она лучший фотограф своего года на много миль вокруг.

— Дерьмо, — бормочет он, и я поворачиваюсь и хмуро смотрю на него.

— Что?

— Тебе всегда нравились талантливые девчонки.

Я со смехом отмахиваюсь от его комментария.

— А что, вместо этого нужно любить бездарных девчонок?

— Ты понимаешь, что я имею в виду, — настаивает он. — Держу пари, что её фотографии тебе нравятся так же, как и она.

— Я не запал на неё. Она моя студентка. Сколько ей, двадцать лет?

— Может быть, даже девятнадцать, — отвечает он, и это поражает меня, будто удар реальности по яйцам.

Мне двадцать девять лет, и, хотя я, возможно, значительно моложе большинства сотрудников университета, это чертовски больше девятнадцати лет.

Возможно, я фантазирую о подростке.

Я даже не хочу думать о том, насколько мне это отвратительно.

Должно быть, я выгляжу настолько же плохо, насколько себя чувствую, потому что он хлопает меня по плечу.

— Я просто говорю, что смотреть — это одно, но переступить эту черту — это то, от чего ты, возможно, не сможешь оправиться. И не только потому, что ты её учитель.

Я качаю головой.

— Мне не нужно предупреждение, братан, я не настолько туп, чтобы связываться с кем-либо, не говоря уже о студенте.

Я даже не уверен, что сам верю в то, что говорю.

Он кивает головой и смеётся.

— Хотя она, конечно, хорошенькая.

— Не напоминай мне, — бормочу я себе под нос, ставя несколько дополнительных блинов на оба конца штанги.

Видимо, я настроен наказать себя не одним способом.

***

Я вношу несколько изменений в слайд-шоу, когда краем глаза улавливаю движение.

Моё сердце начинает издавать эти дурацкие беспорядочные удары в грудной клетке, когда мой мозг регистрирует, кто это.

Ради бога, мне и правда нужно взять себя в руки. Возвращение сюда, в эту среду, чертовски сводит меня с ума. Я как будто снова подросток, но на этот раз у меня есть обязанности и люди, которые от меня зависят.

— Доброе утро, — говорит она, и на её губах играет красивая улыбка.

— Ты рано.

Тон моего голоса слишком довольный, но именно это она со мной и делает. Я не могу это скрыть. Мне никогда не удавалось скрывать свои эмоции, да и раньше мне никогда не приходилось это делать.