Чтение онлайн

– Тот, что доводит тебя до умопомрачительного оргазма. – Коган ложится на кровать и запрокидывает руки за голову. Я отрезаю второй кусочек торта и кормлю им Великана. Он жадно слизывает с ножа шоколад, наблюдаю за его языком не моргая. Когда Коган рядом я забываю обо всём. – Какие планы на завтра?

– Завтра у меня начинается учёба. – вспоминаю неожиданно для себя. За всеми этими событиями я успела забыть, что мне нужно в университет. – Я буду на занятиях до обеда, потом моя смена в баре.

Коган закатывает глаза.

– Я заберу тебя после занятий. Сходим в ресторан, пообедаем, вечером погуляем на набережной. – звучит как приказ. Коган игнорирует, что завтра у меня работа. – Послезавтра я улетаю. Меня не будет неделю. Может быть, две.

Игривое настроение улетучивается. Руки опускаются сами собой.

– Ясно. Буду скучать.

– Алеха попросила помочь разобраться с конкурентами. Я отказал, потому что не собираюсь участвовать в бандитских разборках. И всё же, мы с Бесом решили, что в наших же интересах будет устранить картель. У нас там свои интересы. Чтобы всё уладить нужно время. – поясняет мне терпеливо мужчина.

Отлично. Он ещё картели устраняет. Я смотрела сериал «Нарко». Там же как у гидры, отрубаешь одну голову, вырастает две на её месте. Невозможно в Мексике раз и навсегда решить вопрос с наркотиками.

– Будь осторожен. – Не знаю, что говорят обычно в таких случаях. Отставляю в сторону торт.

– Я попрошу тебя пока пожить здесь. Бес с Алёной не будут против. Барри утром перевезёт твои вещи. Я уже распорядился.

– Зачем? – мне становится неудобно, что я буду сидеть на шее у друзей. Я прекрасно буду себя чувствовать в своей маленькой квартире. Да и не хочется, чтобы Барри копался в моих личных вещах.

– Лезвие, на которое ты наступила сегодня, оказалось там не просто так. Ребята провели анализ и установили, что ему не откуда было там возникнуть случайно и угол, под которым он вошёл в твою ногу, указывает, что его целенаправленно воткнули.

– Мне не опасно ходить на занятия? – боль в ноге усиливается. Страшно осознавать, что беда пришла неслучайно. Остаётся надеяться, что когда-нибудь мне удастся привыкнуть ко всему этому.

Голова кругом.

– Нет, если ты будешь с Барри.

– Стоп. Он что будет ходить со мной даже в аудитории?

– Я договорился с ректором. Барри представят как студента вашей группы.

– Это уже перебор. – начинаю закипать. – Мне нужна хотя бы видимость свободы! Как я буду общаться с друзьями, если со мной повсюду будет ходить твой Барри?

– Боюсь, Амели, что у тебя даже видимой свободы не будет.

– Коган, я всю свою жизнь была не свободна, делала как мне говорили родители, потом как этого хотел Альф… И чем это закончилось для меня? – я обещала себе, что стану сильнее. Конечно, отношения с Коганом не будут простые и мне придётся прогибаться под мужчину, но Великан должен прислушиваться и к моим желаниям. Его решение отправить меня на занятия со здоровяком было перебором. Мне хотелось хотя бы подобия жизни, общения со своими однокурсниками. – Я хочу НОР-МАЛЬ-НО учиться в университете. Чтобы со мной не ходил телохранитель и не отгонял от меня людей. Со мной ничего не случится у всех на веду.

В воспоминаниях была ещё свежа картина из супермаркета. Пока не хотелось думать даже, какие слухи поползли после встречи с девчонками.

– Я тебя предупреждал. – сказал, как отрезал. Без компромиссов. Он не собирался обсуждать со мной своё решение, считая, что так будет лучше. Только для кого лучше? Для меня или для него?

Коган говорил, что жизнь с ним будет опасна, что придётся жить по его долбанным правилам, но забыл упомянуть о том, что у меня не будет права голоса, я должна буду слепо верить каждому слову и выполнять любое его распоряжение как собака команду.

Аппетит пропал. Ставлю торт на тумбу от греха подольше. Я в шаге от того, чтобы запустить им в Великана. Он умеет быть жестоким. За последние дни я успела забыть это. Он вёл себя идеально, был таким заботливым и нежным, а сейчас за секунду стал холодным и принципиальным.

Может, дело в появлении Алехи?

– Спасибо, но видимо я переоценила себя. С Барри я никуда ходить буду. – ревность подогрела огонь внутри меня.

– Не ходи. Оставайся дома. – больше всего злило его спокойствие. Когану было безразлично, что я сижу перед ним вся красная и не понимающая как говорить с ним. Меня трясло от злости, я хотела разреветься от чувства беспомощности. Ругаться с ним не хотелось, но и достучаться не получалось.

– Забирай своего Барри и поезжай решать дела своей бывшей, а я буду лучше спокойно работать "сраной баристой" в кофейне и ходить на занятия как мне хочется! – взвинчено бросаю ему в лицо. Коган бровью даже не повёл, но глаза покрылись коркой льда. Уверена, что он нечасто слышат женские истерики.

– И об этом я тоже предупреждал. Захочешь уйти, не отпущу. Если будет нужно, сломаю. Поняла меня? – на этих словах Коган больно ухватился за мой подбородок двумя пальцами, оставляя на нём синяки. В нём было столько уничтожающей энергии, что я невольно приспустилась вниз. – Не хочешь ходить в университет с Барри, будешь учиться дома! Я договорюсь.

Великан рывком поднимается на ноги, отбрасывая меня на кровать. Я испугано отползаю от него, прижимаюсь спиной к кровати. Он же не ударит меня?

Глаза Великана налились угрожающе кровью. Я знала, что разозлило так меня, но не могла понять, от чего он стал неконтролируемым.

– Не путай заботу со слабостью, Рыжуля. Если я стараюсь быть с тобой мягче, это не значит, что я желейный. – Коган нависает, закрывает собой свет от лампы. Мужчина сжимает тонкую шею, слегка надавливая пальцем на голубую венку. Вот я. Вся в его руках. Слабая. Безвольная. Покладистая. Ничего не меняется, Амелия. – Моя мягкость позволила тебе дать иллюзию, что у тебя есть выбор. Прости, что ввёл тебя в заблуждение…

– Выбор есть всегда. А ты мне никто, чтобы распоряжаться моей жизнью! – хочу вырваться из порочного круга и стать сильной. Хочу быть пожаром. Коган должен уважать меня.

На самом деле я так не думала. Коган был моим персональным Богом, что спас меня и вытащил из ямы. Он много сделал для меня, и я в душе его боготворила, любила и готова была сделать плакат с его фотографией. Но день был длинным, эмоционально изматывающим и я была на пределе.

Требуя от меня подчинения, Коган становился в моих глазах таким же как Хонхоф. А я не хотела быть больше тушкой на закланье.

Великан не обещал мне руку и сердце, пока было неизвестно сколько протянут наши отношения. Я хотела сказать Когану, что он слишком много берёт на себя для парня, с которым я пока официально всего три дня, но получилось грубее. Слова вылетели и забрать их уже было нельзя. Конечно, Коган был ни «никто», он был моим мужчиной.

Слова взбесили его. Я видела, как Коган ощенился. Лицо покраснело от гнева. Он широко раздувал ноздри, чтобы всосать в себя весь кислород в комнате. Я же от нехватки воздуха стала задыхаться.