Чтение онлайн

Строчка из моей новой песни проносится у меня в голове, и я захлопываю бутылку.

Я не могу этого сделать. Как бы сильно мне этого ни хотелось.

Мои руки дрожат, когда я несу ее к раковине и опустошаю — единственную оставшуюся бутылку алкоголя во всем доме, бутылку скотча за десять тысяч долларов — буквально в канализацию.

Я не могу достаточно быстро выйти из ванной комнаты и вернуться в спальню.

— Господи! — я закрываю лицо руками, меня трясет от того, как чертовски близко я только что подошел к тому, чтобы снова все испортить.

— Правильный выбор. — Ее мягкий голос раздается у меня за спиной, и я оборачиваюсь — второй раз за сегодняшний день я, застигнут врасплох. Она следит за каждым моим движением.

— Ты вернулась.

Слова повисают в воздухе между нами, прежде чем я успеваю сообразить, насколько отчаянно и чертовски глупо они звучат.

Она медленно кивает.

— Я вернулась и буду здесь, пока ты не скажешь мне уйти.

Она стоит в дверях моей спальни, и как бы сильно я ни жаждал ту бутылку выпивки, это не идет ни в какое сравнение с тем, как сильно я хочу сократить расстояние между мной и этой женщиной.

Она — зависимость самого страшного рода.

— Прости меня, — говорю я. Два слова, которые никогда не сходили с моих губ до этого момента.

— За что? — спрашивает она, наклоняя голову, чтобы внимательно изучить меня.

Она задает мне вопрос, но уже знает ответ — я вижу это в ее карих глазах.

Я пожимаю плечами, как всегда, как мудак.

— Мэйсон, — вздыхает она, ее тон умоляющий.

Я не знаю, о чем она меня просит, и не понимаю, как стать тем, кого она ищет.

Она заходит в мою комнату, и я теряю последние остатки самоконтроля.

Она вздыхает, когда я сокращаю расстояние между нами и крепко прижимаю ее к себе. Может, я и в полном дерьме, но знаю одно: когда она рядом, все кажется не таким уж и важным.

Она прижимается лицом к моей груди — ее руки цепляются за мою рубашку, словно она боится, что все это скоро закончится.

— Мне нужно тебе кое-что сказать, — шепчет она, и мое сердцебиение учащается еще больше.

За предложением, начинающимся подобным образом, никогда не следует ничего хорошего.

Она отстраняется, поднимая голову, чтобы посмотреть мне прямо в лицо.

Ее ладонь ложится на мое бешено колотящееся сердце, и я растворяюсь в ее прикосновении. Этого недостаточно, этого никогда не будет достаточно, но я не знаю, как добиться большего.

— В чем дело, сладкая? — бормочу я, в ужасе ожидая ответа.

Она выглядит испуганной, и я не виню ее, она должна быть напугана. То, что она собирается сказать, способно сломать меня. Я чувствую это.

— Я люблю тебя… я влюблена в тебя, Мэйс, — шепчет она.

Меня охватывает чувство страха — должно быть, оно отражается на моём лице, потому что она отстраняется, как будто я её ударил.

— Нет, — рычу я, меряя шагами комнату. — Нет, нет, нет.

Я опускаюсь на край кровати, обхватив голову руками.

— Блядь.

— Мэйсон, посмотри на меня, — умоляет она, опускаясь передо мной на колени.

Я не могу этого сделать. Я не могу смотреть на нее.

Джош прав.

Она чертовски сильно любит меня, а я собираюсь уничтожить ее, потому что не способен полюбить в ответ.

Что бы я сейчас ни сделал, ей все равно будет больно.

Ей больно из-за меня.

Я должен заставить ее уйти, пока это не зашло дальше, как он и сказал. Это было бы лучшим решением для нее, самым добрым, но мысль о том, чтобы освободить ее для кого-то другого, заставляет мои руки дрожать.

Я не знаю, что мне делать без нее.

Она тянет мои руки, пытаясь отвести их от лица, но не может сдвинуть ни на дюйм.

— Посмотри на меня, Мэйсон, — требует она. — Посмотри на меня и скажи, что ты не чувствуешь ко мне того же.

Я что-то чувствую — я знаю, что чувствую. Но этого недостаточно, это не все. Это не то, что мог бы дать ей кто-то другой. Это не то, чего она заслуживает.

— Мэйсон, пожалуйста, — шепчет она, в ее голосе слышатся слезы.

Я хочу ее. Я хочу ее так сильно, что не знаю, как буду дышать без нее, но не могу так рисковать — только не с ней.

Это ее сердце на кону.

Она предлагает мне свое сердце, а если ты доверяешь кому-то это, то даешь ему силу сокрушить тебя.

Я не могу быть ответственным за то, чтобы сделать это с ней. Не с моей сладкой.

Она хорошая.

Сладкая.

Идеальная.

Моя. Мой мозг говорит мне об этом, но я игнорирую его.

Я опускаю руки, и она вздыхает с облегчением, когда наши глаза встречаются, но это ненадолго — я это точно знаю.

— Я же говорил тебе, сладкая, что это был просто секс, — говорю я, делая все возможное, чтобы она не увидела, как мне мучительно больно.

Она хмурится, но не сдается — пока не сдается.

— Но это было раньше, — мягко говорит она.

— До чего? — лениво спрашиваю я, как будто это не самый хреновый момент в моей жизни.

— До нас, — говорит она, повышая голос.

— Нет никаких нас. — Я поднимаюсь на ноги, громкость моего голоса растет вместе со мной. — Нет. Никаких. Нас. Был просто трах, простой и понятный.

Она пытается подняться на ноги, и моя девочка сильная, потому что она стоит со мной лицом к лицу, не отступая ни на секунду.

— К черту все это, Мэйсон, я знаю, что это было нечто большее. Я знаю тебя, ты просто должен впустить меня.

— Все, что ты думаешь, что знаешь — ложь. Как и эти отношения. Ты — просто девушка, которой платят за то, что она здесь.

На ее лице отражается неприкрытая, неподдельная боль, и я ненавижу себя за это.

— Я хочу, чтобы ты ушла, Билли. Я говорю тебе уйти.

Она медленно кивает, снова и снова.

— Хорошо. Я поняла. Вижу, что ты делаешь, и я просто хочу, чтобы ты признал, что это не я ухожу от тебя — я не твои родители, Мэйс, — я не ухожу от тебя — ты отталкиваешь меня. Ясно? И, кстати, мне не нужны твои деньги... можешь оставить их себе.

Она делает шаг назад, и мне приходится физически удерживать себя от того, чтобы не притянуть ее обратно.