Чтение онлайн

— Судя по всему, твоя мама очень хорошо разбирается в шотах. — Броуди посмеивается, небрежно перекидывая руку через спинку дивана.

Итан недоверчиво фыркает.

— Можно мне один?

Я хмурюсь на него.

— Тебе шестнадцать, запомни, приятель, возраст употребления алкоголя — восемнадцать.

Он закатывает глаза и берет бутылку текилы, чтобы осмотреть ее.

— Всем моим приятелям разрешают выпить дома, — ворчит он.

Я обдумываю это минуту, урок, который преподала мне мама однажды, мелькает в моей голове. Она поймала меня и моего друга, пытающихся купить пачку сигарет, когда мы были несовершеннолетними. К моему большому удивлению, она купила их для нас, а затем заставила нас выкурить всю пачку. С тех пор я ни разу не прикасалась к сигарете, примерно неделю после этого у меня во рту был привкус пепельницы.

— Хорошо. — Я пожимаю плечами. — Один шот.

— Да? — недоверчиво спрашивает Итан, приподнимая брови.

Я киваю и протягиваю ему рюмку.

— Наполни ее.

Броуди посмеивается и утыкается лицом мне в шею, пока Итан наполняет маленькую рюмку доверху. Сын выжидающе смотрит на меня.

— Ну, ладно, давай, — подсказываю я ему. Про соль и лимон я ему не говорю — этот шот идет прямо в цель.

Он подносит его ко рту и одним махом проглатывает. Я почти задаюсь вопросом, не усвоила ли я этот конкретный урок неправильно, но затем он давится, когда алкоголь пытается проникнуть обратно в горло.

— Какого черта ты это пьешь? — стонет он, прежде чем снова поперхнуться. — Это так противно. Такое ощущение, что меня сейчас стошнит!

Броуди смеется сильнее, напротив моей кожи.

— Добро пожаловать в мир выпивки, — самодовольно произношу я.

— Нет, спасибо, — ворчит он и идет на кухню с выражением отвращения на лице. — Я больше никогда не буду пить это дерьмо.

Броуди выпрямляется и протягивает ладонь, чтобы дать «пять».

— Я бы назвал это родительской победой.

Я хихикаю и прижимаю свою руку к его.

— Он — подросток, и недели через две, скорее всего, забудет, что когда-либо говорил это.

— Отвратительно, это ощущение не проходит, — стонет сын из кухни.

Мы с Броуди смеемся.

Копание в холодильнике прекращается, и Итан возвращается из кухни, его руки нагружены едой. Сейчас мне почти страшно заходить в его комнату; вероятно, она наполнена посудой и заплесневелыми остатками еды.

— Спокойной ночи, мама… спокойной ночи, тренер. Я имею в виду Броуди, — быстро поправляет он себя. — Еще раз спасибо за сегодняшний вечер, это было потрясающе.

Его глаза загораются при одной лишь мысли об этом.

— Пожалуйста, чувак. Я рад, что ты хорошо провел время, — отвечает Броуди.

— Спокойной ночи, Ит, — говорю я.

Итан кивает один раз и затем исчезает из комнаты. Я чувствую себя худшей матерью в мире, думая об этом, но я чертовски надеюсь, что он не вернется сюда.

Глаза Броуди снова встречаются с моими, как только мы остаемся одни, и я чувствую тот же знакомый прилив тепла, вплоть до пальцев ног.

— Где мы остановились? — он почти рычит.

Кажется, его совершенно не беспокоит вмешательство моего сына, и это только заставляет меня хотеть этого парня еще больше.

Я не знаю, то ли алкоголь придает мне храбрости, то ли тот факт, что мы провели весь вечер рука об руку, наблюдая, как он обожает нас, заставляет меня чувствовать себя уверенно, забираясь к нему на колени и оседлав его. Его руки находят мои бока, скользят по бедрам, а его взгляд заставляет меня тлеть, как уголек.

— Ты невероятно сексуальна, — рычит он. — Смерть, как хороша!

С моих губ срывается смешок. Я не считаю себя сексуальной, но когда он так на меня смотрит, это трудно отрицать. Он думает, что я сексуальна — и это заставляет меня чувствовать себя именно такой.

Я провожу рукой по его волосам, и его глаза закрываются. Кто бы мог подумать после инцидента в баре, что меня спасет чертовски красивый рыцарь, а потом я окажусь у него на коленях и захочу поцеловать его так сильно, что это причиняет боль?

Мои руки скользят от его волос к челюсти, и его глаза снова открываются. Я не знаю, что он видит, когда смотрит на меня, но не могу даже подумать об этом, прежде чем его губы касаются моих, его руки обхватывают меня за талию, прижимая еще ближе к своему твердому телу.

У него подтянутые мышцы и четкие рельефы. Возможно, сейчас он тренер, а не профессиональный спортсмен, но его тело определенно не получило инструкций как выглядят обычные тренеры.

Мои руки исследуют его руки, а его язык исследует мой рот. Я отстраняюсь, тяжело дыша.

— Останься со мной на ночь, — задыхаюсь я.

Я хочу, чтобы он был рядом со мной, и не только потому, что я все еще на нервах, или потому, что он слишком пьян, чтобы водить машину, а потому, что я хочу, чтобы он был здесь со мной. Я не могу представить, как прямо сейчас провожу его до двери и попрощаюсь с ним. Он заправляет мне за плечо длинную прядь вьющихся волос.

— Ты хочешь, чтобы я остался на ночь?

Я киваю, покусывая губу, когда мои нервы наконец приходят в норму — думаю, несколько шотов помогли расслабиться в итоге.

— Я буду идеальным джентльменом, — обещает он.

— Не надо, — шепчу я, прежде чем снова завоевать его губы.

***

Я сушу волосы в ванной, когда слышу звонок телефона из спальни. Я совершенно голая после душа, и, учитывая, что Броуди еще не видел меня без одежды, я не собираюсь сейчас устраивать ему представление.

— Броуди? Можешь ответить на мой телефон? — зову я его.

— Хорошо, — слышу я его ответ, прежде чем он отвечает, — Здравствуйте, это телефон Морган…

Я достаю еще одно полотенце и плотно оборачиваю его вокруг себя.

— Конечно, я просто позову ее, — слышу я, как Броуди говорит тому, кто висит на линии.

Выбегаю из ванной и беру телефон, который он мне протягивает.

— Кто это? — шепчу я.

Он пожимает плечами:

— Какой-то парень.

Я закатываю глаза. Не знаю, почему рабочие звонки не могут подождать до десяти в субботу. Подношу телефон к уху, и Броуди злобно ухмыляется, притворяясь, что тянет мое полотенце. Я отмахиваюсь от его руки, он усмехается.

— Привет, это Морган, — говорю я в трубку, мои глаза все еще прикованы к сексуальному мужчине без рубашки, который сейчас лежит на моей кровати.

Никто не отвечает.

— Алло? — спрашиваю я еще раз.

Нет ответа.

Убираю телефон от уха и вижу, что звонок продолжается.

— Привет? Кто это? — спрашиваю еще раз.

Звонок обрывается.

— Они повесили трубку, — говорю я Броуди.

— Перезвони им, — лениво отвечает он, глядя на меня.

Я не хочу им перезванивать, а предпочитаю пойти и лечь с этим привлекательным мужчиной, но, учитывая мое едва прикрытое состояние, это, возможно, не лучшая идея.