Чтение онлайн

На этом сообщение умолкало. Я бросился к телефону – на дисплее высветился номер… Прекрасно, значит, скоро мы узнаем, кому принадлежал этот хриплый баритон.

Кто бы ни был этот человек, он не знает о гибели Зальцмана, да и об аресте, судя по всему тоже. Возможно, это просто старый знакомый? Хотя, кто знает, что там за дело… И о каком билете была речь? О каком Сером? Одни вопросы и нет ответов!

– Узнайте, откуда поступил звонок, мне нужен адрес, и дайте мне владельца этого номера, немедленно!
– скомандовала Пейдж компьютерщикам и повернулась ко мне, - посмотрим, кто этот тип и сколько раз он звонил Зальцману.

Мы, быстро проверив оставшиеся комнаты в квартире и так ничего и не найдя, отправились в машину, дожидаться данных от коллег, чтобы, потом не теряя и минуты рвануть в указанном направлении.

Четверо офицеров, трое с которых были детективами, уместилось в мой Ниссан. Конрад – невысокий рыжий ирландец – сидел на заднем сиденье, приложив к уху телефон. Часто дыша, мужчина внимательно, сосредоточено слушал голос на том конце провода, а через десять секунд щелкнул пальцами и произнес:

– Есть контакт. Звонок поступил с Говард-стрит, 34. Квартира номер 215. Кроме того, с данного номера на протяжении недели к Зальцману регулярно поступали звонки, продолжительностью разговора примерно в 10-15 минут.

Я, сидя за рулем, круто развернул машину и направил в нужную сторону.

Мы притормозили около многоэтажного, кирпичного здания и не теряя времени двинулись внутрь. Уже возле квартиры, я осторожно вытащил с кобуры пистолет – нужно всегда быть наготове. Хотя пока что достаточно всего лишь просто позвонить в дверь. Кто бы там ни был, он может просто открыть нам, и не придется принимать какие-то резкие меры. Но на звонок и стук никто не ответил.

– Может просто никого нет дома? – предположил Конрад, державшийся позади нас.

Я снисходительно взглянул на него, оправдывая в собственном сознании поведение сотрудника его лишь недавним назначением в отдел, и крикнул, что есть мочи, распугав при этом кошек на подоконнике:

– Полиция Нью-Йорка! Откройте двери или я буду вынужден вышибить ее к вашей матери!

– Одну секунду! – послышался голос с комнаты.

Пейдж, стоявшая рядом и державшая пистолет обеими руками, коротко кивнула. Человек в квартире тянет время. Не «ой, простите, вы меня напугали!», не «сваливайте отсюда», не надоевшая молчанка. Я немного отошел и одним резким ударом ногой вышиб дверь и, оставив ее валяться на полу, ворвался в помещение. Комната пустовала. Если не считать чемодана с полусобранными вещами посреди коридора. Чемодана с маскарадными костюмами. Я ринулся в гостиную, на ходу отмечая про себя неплохой вкус преступника, и увидел мелькнувшую в окне спину беглеца. Он быстро спускался по служебной лестнице.

– Стой, полиция! – бросился за ним Таррел, не давая мне возможности среагировать.

Я оставил преступника на попечение друга, а сам быстро осмотрелся. Ничего, что бы указывало на противозаконные действия, как это прозаично, жилище ничем не отличающиеся от любого иного, так чаще всего и бывает. А об эстетическом убранстве пусть печется Пейдж. Моя забота – искать улики во всем этом безобразии. Внимание привлекла небрежно прикрытая дверь, ведущая на кухню. Войдя туда, я представил всю картину происходящего: мой резкий звонок в дверь, стук, крики, преступник в панике мечется, бросает в прихожей чемодан с вещами и почему-то бежит на кухню, где в спешке роняет чашку, которая разбивается о кафель и бросает что-то в мусорник, вон кусок целлофанового пакета торчит из проема… Я открыл дверцу тумбочки и нашел отделение для мусора. Кроме кожуры от картошки, множества пакетов, шелухи от семечек и прочих отходов, я заметил сверху лежащую смятую бумажку и, надев перчатку, вытащил ее из этого хлама, собираясь прочесть.

– Пока ты здесь копаешься, - Пейдж зашла на кухню и поморщилась, - Таррел поймал беглеца. Ну, вот почему ты не можешь сделать что-то стоящее?

Я повертел в руках расправленную бумажку и удовлетворенно помахал запиской перед носом девушки:

«На благотворительном вечере на 18:00.

Крайслер-билдинг.

Завтра

Искать человека в синем берете. Дело, касающееся операции «Н»

Пейдж выхватила у меня листок из рук и вновь пробежала его глазами, после чего взглянула на часы, и мы засобирались обратно в участок, понятия не имею, произошло ли это событие уже, или еще нет.

– Кто такой Серый? Что такое операция «Н», кто еще среди вас? – Пейдж возвышалась над Найджелом Картером, сидящим на стуле, с прикованными наручниками к столу крепкими руками, ведя допрос. Наш беглец оказался более чем знаком с психом, убитым в камере. Они учились в одном университете на одной специальности, вот только Картер не дотянул до конца обучения и был отправлен в армию, где получил отменную военную подготовку и, в итоге, остался там работать.

Подозреваемый сидел, пялясь в одну точку. Он совершенно не реагировал на слова детектива. Его темные глаза прожигали дыры в окружении. Этого человека, судя по всему, непросто будет расколоть. Из него и единого слова вытянуть невозможно. А преимуществ у нас практически нет – несколько звонков и странное сообщение, адресованное Зальцману, но разве это что-либо доказывает? Можно подумать, нам бы помогли маскарадные костюмы Зальцмана, но это подтвердило бы лишь то, что мы уже знаем – они общались. И Картер знает, что мы бессильны. Единственное, за что мы можем его задержать, так это за препятствие следствию, до выяснения обстоятельств.

Лишь одно уведомление на мгновенье вывело Найджела из колеи – о смерти Зальцмана. Он побледнел, его лицо вытянулось, а взгляд опустился вниз. Но, секунду спустя, подозреваемый снова взглянул на Пейдж и на его лице застыла маска мрачной решимости.

Пейдж отчаянно посмотрела в нашу сторону и, покачав головой, вышла с допросной. Мы с Таррелом все это время за ней наблюдали.

– Это бесполезно, - устало произнесла девушка, потирая лоб, она оперлась о стекло и вздохнула, - мы задержим его, пусть посидит в обезьяннике, но нам потребуются более весомые доводы, чтобы заставить говорить этого человека.

– Да, - навис я над девушкой, - это ведь не так просто, допрашивать подозреваемого, верно?

– Этот человек – военный. Бывший морской котик, ты читал его досье? Они специально обучены, чтобы держаться до последнего, - раздраженно произнесла Пейдж, - а Зальцман был просто психом, с которым ты не сумел справиться.

– Я не виноват в том, что он сумасшедший и молол всякий бред, - поджал я губы, - мне бы удалось со временем узнать больше, если бы его не убили! Надеюсь, дорогуша, ты проследишь, чтобы Картер не самоуничтожился, иначе он, так и не раскрыв рот, заберет свои тайны в могилу. А тогда, боюсь, твое самомнение пострадает.

Пейдж скривилась, словно только что проглотила целый лимон, и собиралась что-то сказать, но тут позади послышались тяжелые шаги капитана. Я обернулся и столкнулся нос к носу с собственным шефом. Он оглядел меня цепким взглядом и спросил:

– Как продвигается дело?

– Нормально, сэр, - отпарировала Пейдж, - вот только подозреваемый не желает раскалываться.

Капитан многозначительно кивнул и добавил:

– А что там с запиской? Конрад нашел отыскал, что благотворительный вечер произойдет сегодня. Так что не забудьте об этом.

– В каком смысле? – не поняла девушка.

– Ну как же, - раздраженно объяснил Льюис, - я, что ли, за вас должен переться на этот праздник? Я специально раздобыл для вашей троицы пропуск, так что не подведите меня. Надеюсь, у вас дома найдутся приличные костюмы.

– Работа под прикрытием? – загорелся Таррел, - а мы думали…

– Нечего здесь думать, - вставил я, - это оптимальный вариант, чтобы не спугнуть подозреваемого.

Девушка вздохнула и, пробормотав что-то себе под нос, удалилась к лифту.