Чтение онлайн

– Прости, что разбудил болезненные воспоминания, - тихо сказал Росс.

– И вы меня простите, - извинилась я за то же самое и вышла из спальни оборотня.

Время подходило к полудню, мы давно уже и позавтракали, и погуляли, и даже немного позанимались с близняшками, когда неизменная Ниса сообщила, что господин Ликолвер проснулся, позавтракал и хочет видеть своих дочерей.

Росс встретил нас полулёжа в постели, сейчас на нём была ночная рубаха с длинными рукавами и оборками, скрывающая повязки и прочие травмы, кроме перевязанной головы. Хотя... а остались ли на нём уже все эти синяки и ссадины? Даже во время нашего ночного разговора они, хотя ещё были, но оставались лишь самые крупные, и то побледневшие и почти затянувшиеся.

– Идите ко мне, - оборотень с улыбкой похлопал по кровати со стороны здорового бока.

Поузи, без раздумий, забралась на постель, привыкла забираться ко мне и не увидела особой разницы. Суози потянулась следом, но села на самый краешек и почти в ногах. Ну а я осталась стоять, я тут вообще сопровождающая.

Хотя повязки у оборотня нужно будет проверить. Но чуть позже.

– Я хотел поблагодарить тебя, Поузи, - Росс притянул к себе малышку и, прижав к груди, поцеловал в макушку.
– Ты молодец, и очень мне помогла.

Поузи замерла - это было её первое объятие с отцом, - а потом радостно заулыбалась и обняла оборотня за шею. А я с трудом проглотила комок в горле, видя этот новый шаг в отношениях отца с дочерью, новую степень их близости.

Спустя несколько секунд Поузи отстранилась и с гордой улыбкой посмотрела на меня, а потом и на Суози, которая серьёзно наблюдала за объятиями.

– Я - молодец!
– известила меня Поузи.

– Конечно, молодец, - подтвердила я и протянула руки.
– Иди, я тебя тоже обниму.

И хотя я вчера и так много раз хвалила и обнимала малышку, она с радостью кинулась ко мне за новой порцией ласки. А Росс обратился ко второй своей дочери - собственно, именно ради этого я и сманила сестрёнку с кровати.

– Ты тоже молодец, Суози, - и оборотень протянул руки к старшей дочери.
– Не хочешь тоже обнять своего папочку?

– Я?
– удивилась девочка, но послушно спрыгнул к кровати, подошла ближе и дала себя обнять.

Сама при этом стояла столбиком, просто позволяя себя обнимать, впрочем, так было и тогда, когда я пыталась её приласкать. Слишком долго - всю сознательную жизнь, - любые прикосновения означали для неё боль. Тычки, подзатыльники, шлепки, щипки - вот, что получала малышка от окружающих, но никак не объятия.

Единственный, к кому она тянулась, был Крофф. Но и тут она цеплялась, а порой и пряталась за него, ища защиты и безопасности, но и с ним обниматься не пыталась.

Впрочем, изменения всё равно были - сейчас Суози хотя бы не вырывалась при попытке как-то её приласкать. А поначалу просто шарахалась. Она достаточно спокойно, точнее - покорно, позволяла себя переодевать, купать, причёсывать, брать на руки, чтобы куда-то отнести. Но если кто-то протягивал к ней руку без видимой причины, отшатывалась и съёживалась, словно в ожидании удара.

Хорошо, что хотя бы первые, бессознательные годы у неё была заботливая мать, и что такое любовь и ласка, Суози знала. И сейчас начала потихоньку оттаивать, уже не шарахалась и позволяла себя обнимать. Пройдёт время, и она научится не только принимать ласку, но и отдавать её.

Ну а пока она покорно стояла, давая отцу обнять и тоже поцеловать себя в макушку. Я видела, что Росса расстраивает такое поведение дочери, знала, что он искренне её любит, но, как и я, он понимал, что девочке нужно время.

– А почему она тоже молодец?
– ревниво надулась Поузи.
– Это же я папу нашла.

Глава 25. Обнимашки

День тридцать восьмой

– Ты нашла, да, - согласился Росс, выпуская старшую дочь из объятий, которой было в них откровенно неуютно.
– Но Суози тоже побежала меня спасать. Как и Уилли. Просто ты бегаешь быстрее, и первой меня нашла. Но это не значит, что Суози не старалась, верно?

Вряд ли это было так. Скорее всего, Суози побежала вслед за мной, просто побоявшись остаться в огороде в одиночестве. А будь она одна и даже унюхай отца, искать его не побежала бы. Но почему бы не похвалить ребёнка, которого вообще никто в жизни не хвалил. Особенно видя её робкую улыбку от признания её заслуг, пусть и придуманных.

– Ну-у... наверное...
– нехотя согласилась Поузи.
– Папа, а ты долго ещё болеть будешь?

– Нет, недолго. Но сегодня, пожалуй, ещё полежу в кровати. А как только нога заживёт -сам отправлюсь руководить постройкой нового моста. Раз уж сам сломал, мне и отвечать. Вот завтра и поеду.

– Посмотрим, - пробормотала я себе под нос, но была услышана.

– Или послезавтра. В общем, как Уилли разрешит.

Даже так? Кажется, я кого-то весьма впечатлила своими снадобьями и способностями к ровным швам.

– А можно будет посмотреть?
– загорелась Поузи. Суози тоже вопросительно уставилась на отца.

– Конечно, если вам интересно. Правда, это может оказаться скучно...

– Я всё равно хочу!
– запрыгала на месте Поузи.
– Мы хотим!
– добавила она, посмотрев на Суози.

– Значит, поедете посмотреть, - согласился Росс.
– Но только...

– Когда Уилли разрешит!
– подхватила Поузи.

– А для этого я должна осмотреть раны вашего папы, - напомнила я.
– Поиграйте немного с Джуни, а потом я скажу, когда именно поедем смотреть, как строится мост.

Поузи немного поупиралась, заявляя, что тоже хочет посмотреть, но я объяснила, что раны - вещь некрасивая. Не такая, как козлиные кишки, но похоже. После чего Поузи первой отправилась к двери, смотреть на такую гадость ей расхотелось.

А я, собрав всё необходимое, вернулась обратно. Росс поджидал меня в кровати уже без рубахи и со стоящим рядом лакеем, который, похоже, и помог ему раздеться. А сейчас вновь топтался неподалёку, чтобы быть на подхвате.

Что сказать? Регенерация оборотней вновь меня поразила и восхитила. И заставила порадоваться за малышку Поузи - судя по рассказам бабушки, теперь, после первого оборота, ей и болезни не страшны, и раны быстрее будут заживать. Как и у её отца.

На крепком, мускулистом теле оборотня не осталось и следа от ссадин и синяков, раны на голове, руке и боку, которые я зашивала, затянулись, оставив после себя свеженькие шрамы, мне только и осталось, что повытаскивать из них нитки. И только огромная рана на ноге пока не зажила.

Краешки её там, где рана была менее глубокой, тоже затянулись, но вставать на ногу Россу было определённо рано - основной шов мог разойтись. Об этом я и заявила оборотню, заново бинтуя его бедро, которое для меня придерживал на весу Вакис - вот и пригодился, - и стараясь не слишком пялиться на это самое бедро и на то, что обтягивало коротко обрезанное исподнее.