Чтение онлайн

А травоядные были синенькими, причём разных оттенков. Первым делом мне показали милое семейство свиней. Большой тёмно-синий боров, малюсенький светло-голубой поросёнок и довольно внушительных размеров свиноматка с короткой мягкой шерстью цвета морской волны. Они стояли на фото рядом, как будто позировали, причём поросёночек в середине, между родителями, у них под ногами. Они гордо смотрели вперёд, прямо в объектив, и были настолько вызывающе забавны, что я расхохоталась, и смеялась довольно долго.

– Что мне в Вас нравится, – сказал Винц, когда я прохохоталась, – это то, что Вы в стрессовой ситуации не теряете непосредственность восприятия.

«Ого, – подумала я, – какая изысканная фраза! Интересно, как это звучит по-вырцански.»

– Я ждал чего угодно: истерик, слёз, попыток разломать капсулу, требований позвонить домой, вызвать сюда адвоката, и тому подобной чуши. Вместо всего этого Вы спокойно и с интересом рассматриваете наших зверюшек. Я просто восхищён и Вашим интеллектом, и Вашим самообладанием.

Не скрою, мне было приятно это услышать. Не только потому, что это комплимент, а ещё потому, что между нами завязываются контакты. Я для него не просто подопытный кролик с планеты Земля, а личность, которую он способен уважать. Это вселяло надежду на какой-либо благополучный исход моего приключения.

Далее на экране последовательно появлялись голубые коровы с синими пятнами, лошади различных оттенков синего цвета, зебра в сине-голубую полоску, длинношёрстые синие козы, голубенькие бараны и овечки. По деревьям скакали василького цвета белки, под деревьями бегали светло-синие зайцы, а также ежи с синими иголками и голубым брюшком. Птицы были зелёными, как и люди, а вот рыбы, как и у нас, вполне разноцветными. Насекомые были жёлтыми или розовыми. За ними охотились бордовые лягушки. Словом, цветовая гамма их фауны была очень оригинальна.

– А собаки и кошки у вас есть? – поинтересовалась я.

– Конечно, есть, – ответил Винц.

На экране появилось великое множество собачьих пород. Крупные, сторожевые, имели цвет, близкий к коричневому, а декоративные породы изощрялись в различных оттенках красного и розового цвета. Пудели и болонки были, конечно, розовыми. Эрдельтерьер – малиновый, и так далее. Я называю наши породы по аналогии. На самом деле, они похожи, но не совсем. Некоторые породы никаким образом не походили ни на одну из наших пород, тем не менее, было понятно, что это собаки. Пёсик, похожий на наших кокер – спаниелей был ярко оранжевого цвета. Весёленькая у них планета. Потом появились кошки. Разные. В основном, малиновые, бордовые, вишнёвые, розовые, кремовые. Я, как давняя поклонница этих животных, была просто очарована их окрасом и нежной шерстью.

– Раз они Вам так нравятся, – вдохновился Винц, – то могу прямо сейчас познакомить с живым экземпляром.

– Конечно, конечно! – обрадовалась я. «Раз на борту есть кошка, то, опять же, не всё потеряно. Как это мило, по-домашнему».

Прошло минут десять, прежде чем появилась кошка, за это время я успела Винцу рассказать немного о повадках моего Семён Семёныча. И вот, наконец, Винцу подали это создание, которое только что удалось отловить. Он просунул её в моё окошко, но продолжал держать в руках. Я думаю, чтобы она меня не цапнула, потому что кошка громко возмущалась и выпускала красные коготки. Это было очаровательное малиновое создание, похожее на наших персов, с длинной шерстью и слегка приплюснутой мордочкой. Я чуть-чуть погладила по голове – шерсть была нежнейшая.

– Её зовут Мрэцутка, – сказал Винц, убирая кошку и отдавая её кому-то, оставшемуся «за кадром».

– Ну что, продолжим? – спросил Винц.

– Вы знаете, зверюшки мне немного поднадоели, расскажите что-нибудь о жизни людей.

Лицо Винца как будто затуманилось грустью. Он немного задумался, потом вздохнул. Казалось, он не знает, с чего начать этот разговор. Я насторожилась – что тут не так?

– Жизнь вырцан была очень похожа на жизнь землян. Рождались, учились. Работали, влюблялись, женились, растили детей. Всё то же, что и у вас на Земле. У вас, кстати, всё гораздо более разнообразно и экзотично. У вас разные страны, культуры, языки, традиции. А у нас всё почти одинаково. Небольшая разница между крупными и мелкими городами. Деревень у нас не было вообще. Поля, огороды, оранжереи и фермы расположены вокруг мелких городов, и люди там просто работают. В смысле, работали, – поправился он.

– Почему в прошедшем времени? – спросила я, уже смутно догадываясь о причинах грусти капитана Винца.

– Потому что это всё в прошлом, – ответил он, глядя мне прямо в глаза, – планеты Вырца больше не существует. Пятьдесят восемь лет назад по земному летоисчислению произошла Огромная Космическая Катастрофа. Гигантская комета на третьей космической скорости врезалась в Вырцу, произошёл ужасный взрыв, и планета разлетелась на куски. Винц явно страдал, говоря это. Его голубые глаза почти побелели от горя.

– Простите, я понимаю, какая это трагедия. Вы остались без дома, без родины. А как удалось спастись вырцанам?

– Спаслись далеко не все. Вырцане узнали о приближении кометы за двадцать лет до Катастрофы. Учёные быстро поняли, что столкновения не избежать. Собрался экстренный Всевырцанский Учёный Конгресс. Это произошло в главном Дворце Конгрессов в нашей столице Йецы. Посмотрите.

Во втором окошке показалась фотография. Городской пейзаж. Круглые белые дома с овальными окнами. Похоже, ничего с углами они не любили. Красивый город – круглые дома разной высоты с украшениями, балкончиками и лесенками. Мощёные розовым камнем (похожим на туф) улицы, по обочинам которых росли синие и зелёные кустарники и цветы. Рядом с домами шли пешеходы в костюмах спортивного типа, в основном, светлых тонов. По проезжей части ехали автомобили совершенно не похожие на наши. Маленькие, в форме жучков, божьих коровок с разноцветным раскрасом. А средние и крупные напоминали гигантских черепах. Интересно, какое расположение кресел в салоне. Впрочем, этого всего уже нет – не существует. Как жаль! Потом картинка сменилась. Я увидела крупный план величественного круглого небоскрёба с зеркальными окнами разной формы. Красивая широкая лестница с резными перилами вела к главному входу в здание. Огромная дверь была инкрустирована цветными блестящими пластинами типа мозаики, а над дверью во всю высоту этого огромного здания тянулись витражи. В центре крыши этого здания располагалась терраса с искусственным садом, в котором росли ровно подстриженные кустарники с цветами. Между кустами стояли скамеечки. По бокам крыши были установлены антенны, каждая из которых имела причудливую форму. Во всяком случае, среди наших антенн, я таких аналогов не встречала.

– Это здание Правительства и Конгрессов в центре Йецы, – сообщил мне Винц.

Потом фотография сменилась, и я увидела круглый, очень большой конференц-зал, где маленькие креслица были расположены полукруглым амфитеатром, и в центре этого полукруга высилась трибуна. Всё это очень похоже на наше. По-видимому, мышление вырцан практически не отличалось от мышления жителей Земли. Разницу я увидела лишь в форме автомобилей, а любовь к круглому и овальному затмевала все другие геометрические формы.

Действительно, Винц был прав – на нашей Земле всё гораздо более экзотично. Я мысленно представила себе поочерёдно то блестящих шоколадных африканцев с яркими бусами на шее и запястьях, бьющих в свои там-тамы, то узкоглазых эскимосов в меховых шубах и унтах рядом с оленьими упряжками, то белокурых скандинавов и прибалтийцев с их крупными подбородками, неторопливой речью и мягкой голубизной глаз, то воинственных японцев с мечами самураев и их хрупких жён с кукольными личиками, одетых в красочные, а то и в снежно-белые кимоно, и бедуинов на верблюдах, и восточный базар, и узбеков в ярких халатах с тюбетейками, пальцами зачерпывающих плов, и цыган с из горящими чёрными очами, монистами и гортанным страстным пением, и индусов в чалмах с их загадочной йогой и верой в реинкарнацию. И это только те обряды и костюмы, какие всплыли в моём мозгу в первое мгновенье, а если по-настоящему перечислять все существующие на нашей планете соцветие культур, одежд, языков, верований, традиций – этого занятия, наверно, хватило бы на год с лишним. А даже если не трогать этнографические корни и представить себе современные мегаполисы западных, и восточных стран, современных французов, немцев, голландцев, японцев, американцев и прочих людей планеты в европейской одежде, да ещё и за рулём какого-нибудь фольксвагена – всё равно они будут очень разными.

Да уж, по сравнению с нами, зелёненькие вырцане с их пятачками на длинных носах казались мне какими-то пресноватенькими. Впрочем, может быть, это только первое впечатление. Но ведь именно оно обычно не обманывает.

Я как-то прониклась гордостью за своих однопланетян. Винц, конечно, сразу прочёл мои мысли и, видимо, обидевшись за свою планету и своих соотечественников как-то странно выпалил:

– Зато мы никогда не убивали себе подобных!

Он сказал это и посмотрел на меня с вызовом.