Чтение онлайн

– Ну давай попробуем, - нехотя произношу я, ложась обратно. – А ты собираешься лезть ко мне в трусы или как?

– Ну вообще собирался, когда ты немного успокоишься, но пока я слишком явно ощущаю твое сердцебиение, значит еще рано.

– Но если ты его не ощутишь, то будет уже, к чертовой бабушке, поздно. Ну если ты не некрофил, конечно. Но насколько я помню, за тобой сие раньше не наблюдалось.

– Ты прекрасно знаешь, что я имел в виду.

– Знаю, но и чтобы ты знал – даже не думай лезть ко мне в трусы. И тем более снимать их. Когда у тебя последний раз был секс? – вопрос сам собой вырывается из моих уст.
– Отвечай быстро и не задумываясь, иначе попадешь в ад.

– Думаю, в рай мы и так не попадем, - как ни в чем не бывало спокойно отвечает Стас.

– Тебе сложно ответить?!

– А тебе?

– А ты что-то спрашивал?

– Такой же вопрос я адресую тебе. Когда у тебя он был последний раз, Аля?

– Двенадцатого мая, за день до того, как тебе прислали фотографии. С тобой, если ты не понял. А теперь отвечай ты. Когда и с кем. Сколько их примерно было за этот год. Ответь честно. Пожалуйста, - это «пожалуйста» я произнесла настолько жалостливо, что самой стало тошно.

– Значит тогда, когда и у тебя, видимо, двенадцатого мая. Точный день в календаре я не знал, но спасибо, что напомнила.

– Ну ты и брехло!

– Кукурузное.

– Что?!

– Брехло кукурузное, так говорят, кажется.

– Знаешь что?! – пытаюсь высвободиться из рук Стаса и развернуться, но в ответ он только усиливает хватку.

– Аль, ну я же попросил не ссориться на ночь, - вновь шепчет мне на ухо.
– Давай просто полежим. Точнее попробуем уснуть, а утром посмотрим на все по-другому. Давай?

Ничего не говорю, молча закрываю глаза и пытаюсь унять безудержный поток мыслей. Да, лежать в обнимку со Стасом – это безусловно приятно, это, черт возьми, больше, чем просто секс, вот только как ни крути, это не решает до конца наши проблемы. Хотя, может он прав, ведь недаром говорят, что утро вечера мудренее…

– Да, - сонный голос Влада не вызывает во мне внезапный приступ проснувшейся совести за то, что разбудил его в такую рань. А то что разбудил – факт.

– Ты сделал то, о чем я просил?

– Ты охренел, Сафронов? На часы смотрел или как?

– Или как, - тихо произношу я, выходя на улицу и пропуская собаку вперед. – Сделал или нет?

– Сделал. Но ты же не ждешь, что, получив задание фактически ночью, в семь утра тебе доставят беглого, возможно давно уже мертвого пацана и выложат всю информацию в новом свете о событиях годовалой давности?!

– Не жду. Точнее вру – жду. У меня башка закипает, Влад. Я всю ночь только и делал, что думал. Реально мозг себе весь сломал. В общем, мне кажется, это все сделала Сашина мать.

– Ты епнулся? Мы с Тамарой ходим парой?

– Ты о чем сейчас?

– Саша обвиняет твою мать, а ты ее. Сговорились что ли?!

– Нет. Она не ее мать. В смысле, не ее настоящая мать. Я сам только вчера узнал. И Аля это узнала уже после того, как мы разбежались. Знаешь, я всегда задавался вопросом, почему мать так относится к своей дочери. А все просто – наверняка та ненавидела Алю за то, что она дочь от любовницы ее мужа. Не каждая будет нормально воспитывать чужого ребенка с пеленок. А тут не просто чужого, а ребенка мужа от любовницы. Чем ли не повод отыграться на Саше и сделать все это в подходящий момент? Плюс бабки. Я всю ночь вспоминал, когда я перестал спонсировать Сашину мать в объеме, в котором делал это раньше. И это было примерно за год до развода. Мамаша ведь знала все о Саше и какие у нас проблемы. Все, что тогда рассказал тот пацан… он мог знать от самой Саши или от того, кто знал нас вдоль и поперек. Ну чем мамаша не подходит на эту роль? Чего молчишь?

– Я созваниваюсь с другого телефона с Сиси Кэпвеллом. Он лучше знает, что творится в сериалах. Наверняка подскажет маман ли это или еще какой-нибудь родственник.

– А можно посерьезнее?!

– Извини, мне сложно это делать в свете последних… открытий, - запинаясь произносит сонным голосом Влад.

– Я хочу, чтобы проверили счета Сашиной матери. Может быть она что-нибудь крупное приобретала за последний год. Сколько реально пацан отдал бабок никто не может знать. Деньги могли поделить поровну.

– Теоретически может быть все. На этом все? Дашь мне доспать? Я лег в три утра.

– Нет, конечно, не все. Если призадуматься, Лиза тоже может быть при делах. Эта стерва также не отличалась глубокими сестринскими чувствами к Саше. Вдруг она?

– И ее счета проверить?

– И не только счета. В общем, не надо только к ним соваться, это я сам. Просто попроси проверить их финансы и разузнать, как они живут. И к сестре того пацана можно наведаться. Она может знать где он.

– Может еще надумал что-нибудь умное, отец мой?

– Может, но всему свое время, сынуля.

– Я так полагаю, если ты активно думал всю ночь, значит кровь от головы не отлила, стало быть Саша тебе не дала.

Послать на хрен Соколова я просто не успел, потому что увидел позади себя, стоящую в метре от меня, босую и полуголую Алю.

– Что ты тут делаешь, да еще и в ночнушке?!

– Тебя ищу, - растерянно бросает Аля.

– Не надо было меня искать. Иди в дом.

– С кем ты разговариваешь?

– Ты вообще меня слышишь?! Я сказал иди в дом, Саша. Живо, - зло бросаю я, от чего-то не контролируя себя.

Вместо того, чтобы уйти, Аля стоит как вкопанная, уткнувшись взглядом в телефон в моих руках.

– Аля, иди в дом, - проговариваю по слогам, но наблюдая отсутствие какой-либо реакции, беру ее за руку и веду сам.
– Поспи, еще рано. Я скоро приду, - уже мягче добавляю я, пропускаю Алю вперед, и тут же закрываю за собой стеклянную дверь. Прохожусь взглядом по сломанной качели и издаю нервный смешок. А спустя несколько секунд, понимаю, что до сих пор не положил трубку.

– Извини, на чем мы остановились?

– Будешь так себя вести – она тебе и не даст.

– Иди на хрен.

– Нет, думаю это как раз тебя через пару минут пошлет языкастая девочка Саша на хрен.

– Заткнись и не лезь в наши отношения. Достал уже! Завтра после обеда я скорее всего уже буду у тебя. – Пожалуйста, проконтролируй то, о чем я только что тебя просил.

– Постараюсь. И чтобы больше не звонил мне в такой час.

Кладу трубку и не раздумывая возвращаюсь в комнату. Взгляд сразу падает на Сашу. Сидит на кровати, вцепившись мертвой хваткой двумя руками в покрывало. И на щеках, вместо привычного румянца, который появляется всякий раз, когда она злится – бледная как полотно кожа. Нижняя губа прикушена и совершенно не нормальный взгляд стеклянных глаз в одну точку. Подхожу к ней и сажусь на корточки, забывая о «поехавшей» вчера спине. Кладу ладони на ее колени, задирая край сорочки, и вдыхаю легкий, едва уловимый цветочный аромат, присущий только ей. Сколько себя помню, этот запах всегда был на ней. И сейчас, спустя год, ничего не изменилось.