Чтение онлайн

Итак, далее следуют попытки ряда первоклассных ученых Нового Завета рассмотреть тему, которая сегодня волнует (или должна волновать) христиан, и сделать это так, чтобы она была понятна интеллигентным мирянам, студентам-теологам и священнослужителям. В каждой главе есть «Избранная библиография» для дальнейшего изучения, причем многие из приведенных работ являются основополагающими для самих статей. Но статьи будут лишены сносок, содержащих обсуждение конкурирующих позиций или вспомогательных материалов. Документация сведена к минимуму и приводится в сокращенном виде в скобках в тексте, когда это кажется абсолютно необходимым.

Аналогичным образом, научное обсуждение множества критических вопросов и методологий толкования, связанных с изучением Нового Завета, сведено к минимуму. Такие вопросы немаловажны, но цель данного тома – объяснить, как различные авторы Нового Завета изображали христианское ученичество, а не стать научным исследованием критических вопросов или методологий, которые могут быть связаны с этой темой. Разумеется, ни одна значимая тема Нового Завета не может быть рассмотрена без принятия определенных критических позиций и определенных методов интерпретации. Авторы статей, представленных в этом томе, хорошо это знают, и поэтому были достаточно откровенны в своем подходе к важнейшим вопросам и в своих предложениях относительно различных методов интерпретации. Они постарались использовать традиционные обозначения (напр., авторства), общепринятую лексику (в отличие от развитого жаргона академического мира) и стандартные методы, опираясь на плоды современного библейского исследования и давая основные обоснования занятых позиций, но не пытаясь широко взаимодействовать с другими взглядами или придать своим позициям высокоученые нюансы.

Авторы этого тома, не стесняясь, занимают определенные критические позиции и используют различные методологии интерпретации в своих исследованиях. Единственный критерий, которому они следовали при этом, – наибольшая совместимость с изучаемым материалом. Ожидается, что их академическая компетентность будет очевидна в том, что они пишут. Однако, более того, мы надеемся, что благодаря их усилиям будет раскрыто послание Нового Завета о христианском ученичестве – как в его общих чертах, так и во всем его разнообразии.

Редактор

Ларри У. Хуртадо

Евангелие от Марка – это, безусловно, повествование об Иисусе. Однако оно также посвящено христианскому ученичеству, или тому, что значит быть последователем Иисуса. В Евангелии от Марка мы находим материалы двух типов, которые, по общему признанию, отражают эту последнюю задачу: (1) учение об ученичестве, обращенное к ученикам/читателям, и (2) изображение Двенадцати апостолов, которое, похоже, также имеет ярко выраженную дидактическую цель. Более того, как будет утверждаться ниже, в своем изображении Иисуса евангелист стремился прояснить природу ученичества. Таким образом, темы «христологии» и «ученичества» в Евангелии от Марка тесно связаны друг с другом.

Все Евангелие от Марка, несомненно, было задумано автором как учение, которое предназначалось для читателей-христиан. Это касается как повествовательные части книги, так и тех материалов, которые более непосредственно представлены как учение. Изображение Двенадцати апостолов, вероятно, было призвано подчеркнуть важные моменты следования за Иисусом на конкретных примерах. Но некоторые учения в Евангелии от Марка, похоже, также предназначены для того, чтобы напрямую обратиться к читателям (или, по крайней мере, призвать их к диалогу) с наставлениями о том, как быть учениками Иисуса. И именно к этим материалам мы обратимся в первую очередь, начав с тех отрывков (1) где поведение учеников вызывает критику и (2) где ответ Иисуса на эту критику, по-видимому, предназначен Марком для информирования своих читателей.

Рассказы о спорах в 2:1–3:6

Сборник рассказов о спорах, помещенный в Марка 2:1–3:6, где Иисус защищает своих учеников от их критиков, дает примеры наставлений об ученичестве. Ведь в этом разделе Иисус оправдывает Свое право призывать к покаянию «грешников» (2:17, где этот термин, вероятно, используется с оттенком сарказма) – тех, кто не постится, как это делали некоторые иудейские группы (2:18–22), и не соблюдает субботу со скрупулезностью фарисеев (2:23–28) – на основании их эсхатологической осведомленности и данной Ему власти освобождать их от определенных религиозных предписаний. Все это означает для читателей Евангелия от Марка, что истинные последователи Иисуса – это те, кто основывает свое поведение на понимании эсхатологического исполнения и на авторитете Иисуса, в свете которого их религиозная практика оправдана, даже если религиозные власти критикуют их за недостаточное соблюдение религиозных предписаний.

Подобным образом, в 3:31–35 Иисус называет Своих последователей, сидящих вокруг Него, Своей истинной семьей, а слово «[каждый,] кто» в стихе 35 расширяет этот круг, чтобы включить в него и читателей Марка. Итак, здесь ученичество снова представлено как послушание Богу, в центре которого находится Иисус, и которое включает в себя постоянно расширяющийся круг последователей Иисуса, входящих в Его семью.

В 7:1–23 после того, как фарисеи укоряли учеников за неправильное поведение за столом, Иисуса не только защитил учеников, но и преподал учение. Его ответ включает в себя как контрполемику, направленную против книжников (ст. 6–13), так и программное учение о том, что истинные последователи Иисуса должны понимать что по-настоящему оскверняет человека (ст. 14–23).

Ответ Иисуса на вопрос книжника о главной заповеди (12:28–34) также, вероятно, был задуман Марком для того, чтобы прежде всего наставить своих читателей. Ведь здесь Иисус ставит на первое место всепоглощающую любовь к Богу и связывает с ней любовь к «ближнему». А слова книжника, которыми тот поддерживает заявление Иисуса, подвигают Иисуса подтвердить близость книжника к Царству Божьему, которое на библейском языке является сферой ученичества.

В обстановке первого века эти эпизоды, несомненно, были бы восприняты как имеющие большое значение для темы христианского ученичества, характеризующие его в сравнении с другими понятиями (особенно иудейскими) религиозной ответственности. Однако еще более значимыми для наших целей являются два довольно значительных блока учебных материалов, которые, по-видимому, были предназначены для того, чтобы довольно прямо наставлять читателей Евангелия от Марка в вопросах ученичества: 8:22–10:52 и 13:5–37.

Предсказания о страстях в 8:22–10:52

В 8:31–10:52 продолжительное наставление об ученичестве связано с тремя предсказаниями Иисуса о Его страданиях, смерти и воскресении. Этот материал составляет большую часть центрального раздела Евангелия от Марка (8:22–10:52), который начинается с исцеления слепого (8:22–26), заканчивается исцелением слепого Вартимея (10:46–52) и включает вопрос Иисус к ученикам («А вы за кого почитаете Меня?»), исповедь Петра и призыв Иисуса к сохранению мессианской тайны (8:27–30).

После первого предсказания страстей (8:31–33) Иисус объявляет толпе и своим ученикам, что «[каждый,] кто» станет Его последователем, должен быть готов к полной самоотдаче – самоотдаче, которая включает даже смерть, причем по образцу предстоящего распятия Иисуса (8:34–37). Открытое предупреждение в стихе 38 расширяет круг тех, к кому обращается евангелист, включая туда читателей, и таким образом делает Иисуса объектом преданности и эсхатологическим свидетелем, который будет говорить против «всякого, кто постыдится Меня и Моих слов». После второго предсказания страстей (9:30–32), наставление Иисуса двенадцати о служении другим снова сформулировано в терминах, которые открывают двери для читателей («[каждый,] кто хочет быть первым», ст. 35; «[каждый,] кто», ст. 37).

За третьим предсказанием страстей (10:32–34) – самым длинным и подробным, что позволяет предположить его кульминационное место среди трех предсказаний в Евангелии от Марка – также сразу же следует сцена, в которой Иисус дает наставления в вопросах ученичества (10:35–45). В ней вновь поднимаются прежние темы, связанные с ученичеством. Иаков и Иоанн должны принять чашу Иисуса и крещение Иисуса (вероятно, страдания Иисуса) как показатель их посвященности. Ссылки на чашу Иисуса и крещение Иисуса, встречающиеся только у Марка, вероятно, указывая на два широко распространенных обряда ранних христиан – вечерю Господню и крещение (см. Hurtado, Mark 177). Если это так, то намерение Марка, вероятно, состояло в том, чтобы научить читателей ассоциировать эти обряды со страданиями Иисуса и, следовательно, чтобы участие в этих обрядах служило подтверждением обязательств христианского ученичества. Однако «[каждый] кто» в стихах 43–44, похоже, опять же предназначено для того, чтобы расширить круг адресатов и включить в него читателей, а наставление Иисуса служит для того, чтобы отвести внимание от распространенных моделей, предложенных учениками, к самоотверженному служению, примером которого является Сын Человеческий (ср. стих 45). Более того, явное соответствие между ученичеством и судьбой Иисуса, о котором говорится в 8:34, после первого предсказания страстей, вновь выходит на первый план в 10:43–45 после последнего предсказания страстей.