Чтение онлайн

Она поворачивается, чтобы посмотреть через свое, одетое в черное, плечо — она носит черный BDU с короткими рукавами, который подходит для верхов в нашей армии — и эти черные глаза, окаймленный густыми черными ресницами, лишают меня речи.

Я не знаю, что, в конце концов, отвлекло меня. Скорее всего, темные линии вдоль ее обнаженных рук, которые регистрируются в моей периферии. Я опускаю глаза, чтобы лучше рассмотреть их, и замираю от увиденного.

Племенные татуировки. Такие, какие делают нашим воинам после каждой успешной битвы. По одной на каждой руке и зачатки небольших рисунков на тыльной стороне ладоней.

Ее бледная, безупречная плоть…..отмечена.

И не просто отмечена, а с некоторыми из наших самых почитаемых символов, сведенных к банальному украшению.

— Еще одна традиция, которую ты должна разрушить? — огрызаюсь на нее, как только оказываюсь достаточно близко, кипя от ярости.

Каламити закатывает глаза. Простым вращением она оставляет меня здесь, задыхающегося от моего негодования. Двери открываются в просторный зал совета, и она входит внутрь, покачивая бедрами в облегающих брюках BDU.

Я следую сразу за ней, забывая, что здесь присутствуют сто членов совета, ее родители и, по крайней мере, двадцать наших военных лидеров. Пройдя мимо дверей, я едва осознаю, что Сандор торопится догнать меня.

— Сэр, вам нужно знать, — бормочет он только для моих ушей. — Вот кто руководит нашим кибер-подразделением после смерти Аурела.

Я рывком останавливаюсь в центре зала, в футах от помоста, установленного перед местами совета.

Их сто, они расположены ярусами, все ведут вверх от небольшой платформы, где сидят король и королева, глядя вниз на свою дочь. Дочь, в военной форме, с татуировками боевых заслуг, которая располагает USB в ячейку на помосте.

Та, о ком Сандор только что заявил, что она возглавляет нашу кибернетическую армию. Мой третий командир проходит мимо меня, задевая рукой мою руку, и я не упускаю из виду, что это намеренно.

Его способ заставить меня двигаться.

Бросив взгляд на Каламити, на то, как ее волосы и кожа почти сверкают под лучом света, направленным на помост, я направляюсь к своему обычному месту. Главы военных всегда сидят на первом уровне, за помостом, лицом к пяти уровням членов совета на другой стороне зала.

Дреган уже там, смотрит на меня с любопытством и чем-то, вроде беспокойства.

Скорее всего, последнее. Я готов содрать с кого-нибудь шкуру заново.

Сколько еще секретов? Сколько еще недостающей информации?

Я знаю, что Каламити — гений, даже среди нашего интеллектуально развитого вида, но как, черт возьми, она накопила такую силу?

Нет. Не накопила. Мой взгляд устремлен на моего брата и его жену. Они сидят на копиях своих черных тронов, в типичных для этих времен королевских регалиях. Монаршая цепь на шее монарха сверкает в свете фонарей, как и золотая корона его королевы.

Они наделили ее этой властью, и мой брат так и не сказал мне, почему.

— Как вы видите на мониторах, — начинает Каламити, голос звучит громко и отчетливо, — нам удалось остановить пять направленных атак на наши базы данных. Большинство из них были направлены на кражу нашей информации, но некоторые также пытались полностью нас отключить. — На проекционных экранах в правой части комнаты отображается информация, разбитая на части.

— Вы смогли определить, кто это был?

— Из того, что мы смогли отследить на данный момент, взломы исходили от Влакина.

Возбужденный ропот наполняет комнату.

Мое собственное разочарование нарастает, потому что, хотя я был прав, предполагая, что они не смогут перегруппироваться достаточно быстро, чтобы отправить больше войск в бой с нами, мне никогда не приходило в голову, что вместо этого они решатся напасть на нас на киберфронте.

Еще один недосмотр. Еще один провал среди многих за последний месяц.

Я хочу обвинить мою больную одержимость молодой вампиршей на возвышении передо мной, но часть меня не может не задаться вопросом: действительно ли я отстал так далеко от времени? Да, я годами жил в современных человеческих городах, сражаясь с другими группировками. У меня не было выбора, кроме как погрузиться в части их быстро меняющейся культуры.

Но не по своей воле. Я понимаю, что это могло быть грубой ошибкой.

Каламити начинает излагать план по укреплению нашей киберзащиты, доходя до того, что требует пополнить ряды новобранцев, обладающих навыками в этой области. Она уже на полпути к разбору новой стратегии, когда в разговор вклинивается мой брат.

— Это должно стать совместной работой тактической стороны войска и киберзащиты. Несмотря на сокращение их численности, они все еще представляют угрозу, — комментирует король, глубокий голос звучит отчетливо. — Командующий Обсидиан сражается с ними с подросткового возраста. Ни у кого здесь нет такого опыта борьбы с ними, как у него. Брат… — глаза, цвета ореха, с высоты своего возвышения смотрят на меня, и мой брат наклоняет голову в знак уважения, — Нам нужно, чтобы вы с Каламити объединили свои силы против этой новой угрозы. Нам нужна стратегия защиты, разработанная как можно скорее. Пока проблема не стала серьезной.

Двери в кабинет моего брата распахнулись.

— Генерал целого подразделения в наших вооруженных силах?

Малахай вращается в своем кресле, одна нога небрежно прислонена к другой, и его, кажется, совсем не беспокоит моя нарастающая ярость.

Борясь за спокойствие, я падаю в кресло перед его столом.

Он просто переводит свой взгляд с этими спокойными ореховыми радужками.

— Она гений в этом. Помогла устранить четыре одновременных атаки на нескольких уровнях наших баз данных. Война есть война, Обсидиан, даже когда сражение происходит в киберпространстве.

Отсюда четыре совершенно новые тату триумфальной битвы, которые теперь украшают ее некогда безупречную кожу.

В моем молчании Малахай выдыхает, как будто готовясь к моим контраргументам.

— Каждый наследник престола должен понести воинскую службу в рядах наших военных, участвовать в битве. Ты бы предпочел, чтобы я отправил ее в бой один на один?

Нет, черт возьми. Конечно же, нет.

Видимо, читая ответ в моем выражении, он кивает, этот раздражающий, короткий, королевский кивок означает, что он верит, что все решено.

— Малахай, скажи мне, почему…

Двери распахиваются. Запах ее тела в комнате объявляет о ее прибытии.

Как будто то, как жестоко бьется мое сердце, не является достаточным показателем.

Я мысленно возвращаюсь, пинаясь и крича, к той ночи полторы недели назад, где она в моих руках, ест мой рот. Где она нуждается и готова меня накормить. Готовая позволить мне взять ее.

Вздрогнув, я закидываю одну ногу на другую, как и мой брат, отчаянно пытаясь скрыть, что со мной происходит. Я сосредотачиваюсь на своем брате, на его ничего не подозревающем лице, и отказываюсь признать новое присутствие.