Молодой господин
Шрифт:
– Не всем же быть серьёзными...
Какое-то время Дахи ошеломлённо-задумчиво смотрел на меня, а потом расслабился:
– Хорошо. Но расскажи мне о нём хоть что-нибудь!
Я поймала себя на мысли, до чего же странное у нас с мистером Насгуллом свидание. Но, что ещё страннее, оно нравится мне, как ни одно другое, будь то виденное мной в кино или произошедшее в моей реальной жизни. Оставалась одна проблема: как рассказать ему о том, что я и сама представляю довольно смутно?
– Ну... Он безличен. Это энергия... или разум... или даже, точнее, закон. Природа вещей.
– Я ничего не понял, - с улыбкой покачал головой Дахи.
– Я и сама не очень понимаю... Скорее чувствую.
– Твой бог заботится о тебе?
– Нет. Но и не наказывает. Он даёт полную свободу выбора. Только установил законы, по которым каждое действие приводит к определенным результатам. Может быть, даже он и есть этот самый закон.
– Карма?
– Да, - радостно улыбнулась я.
– И это тоже.
– Так ты буддист?
– Это было бы слишком просто...
– Кажется, я понял. Безличный бог, энергия, карма, йога...
– Да, - кивнула я.
Хорошо, пусть думает, что всё понял. Дахи выглядел на удивление довольным. Намного счастливее, чем поначалу, когда обнаружил, что у моего бога нет имени. Он предложил мне сходить погулять по территории базы отдыха, искупаться в бассейне или съездить куда-нибудь в городе, но когда я отказалась, то безропотно согласился отвезти меня домой.
– Ты сейчас делать йога?
– спросил он, выйдя из машины, чтобы проводить меня до подъезда.
Я покачала головой и положила руку себе на живот:
– Нет, я занимаюсь йогой только натощак.
– Натощак...
– повторил Дахи, будто пробуя это слово на вкус.
– Голодный, да?
Я кивнула. Шеф сделал ещё шаг ко мне. Быстрый, но нерешительный. Навис надо мной, глядя сверху вниз. Выдохнул:
– Можно?
– но ответа не дождался.
Мои губы сами распахнулись навстречу его губам, не спрашивая разрешения у мозга. К счастью, Дахи не стал излишне пользоваться своей властью надо мной. Поцеловал нежно и коротко. Сделал над собой заметное усилие, но оторвался от моих губ и, шепнув:
– До свидания, - поспешно вернулся в машину.
Я практически на автомате повернулась к двери и вошла в подъезд. Уже там оперлась спиной о стенку и протяжно выдохнула. Мне конец. Он считает меня своей девушкой, а у меня нет сил спорить с ним. Только вот вопрос: сил или желания?
Глава 18.
Бабуля светилась, как звезда на новогодней ёлке.
– Ну шо, дотсю, как погуляли?
– Ты видела?
– спросила я её с внезапной злостью и тут же сама ответила: - Ты видела! Как мы погулчли... Ба, почему ты мне даже не позвонила вчера ни разу?! Единственная внучка поехала на корпоратив за город, пропала на всю ночь, а ты даже не звонишь!
– Так-так-так, дотсю!
– замахала на меня руками прародительница.
– Во-первых, внуче 21 год, как-никак! Во-вторых, я ж знаю, с кем ты там - шо зазря нервы тратить? В-третьих, ты ж мовила, шо може там останешься на ночь...
– Я такого не говорила! Я сказала, что там можно остаться, но сама собиралась вернуться домой! И почему ты, позволь спросить, доверяешь этому... золотому мальчику?
– А шо, он-таки не оправдал моего доверия?
– Да нет же, в том-то и дело...
– Я ничего не понимаю, дотсю! Скажи толком, шо случилось?
– Я напилась там колы с коньяком и целовалась с шефом, а потом уснула в его кровати!
Я сама не знала, зачем говорю это бабуле, да ещё в таком обвинительном тоне. У меня было ощущение, будто меня тошнит этими словами, и я ничего не могу поделать, чтобы остановить это безобразие.
– Ты вроде мовила, шо спиртного не будет, - растерянно пробормотала бабушка.
– Его принесли сотрудники. Тайно. А я случайно выпила.
– И... у вас случилось то, чего я советовала не допускать?
– Нет. Он оказался благородным человеком с серьёзными намерениями.
– Таак. И чем ты тогда недовольна?!
– У них там многожёнство, бабуль, понимаешь?
– А ты, як добрая дивчина, после поцелуев и сна в одной кровати, обязана пополнить его гарем?
– Не в этом дело...
– А в чём, дотсю?
– Я... кажется, влюбилась...
На этом поток слов из моего организма прекратился, и оттуда обильно полилась солёная вода.
Мой следующий рабочий день начался с цветов. Я чего-то такого и ожидала, конечно. Правда, не в таких объёмах... Мой кабинет оказался уставлен целой батареей вазонов, наполненных пышными букетами из самых разнообразных цветов. В воздухе стоял такой густой аромат, что его можно было резать ножом. Я схватилась за голову: ох уж эти мужчины со своей любовью к эффектности! Как я буду работать в этой тесноте и запахе, навязчивом до слезоточивости? Мои опасения тут же подтвердила клиентка - полная дама средних лет - которая вошла в кабинет и без промедления принялась чихать.
– Что это, милочка?
– воскликнула она.
– Вы выходите замуж?
– Боже упаси!
– пробормотала я себе под нос, вспоминая свою вчерашнюю истерику на бабулином плече.
– Сейчас я попрошу Илью унести это всё куда-нибудь... Извините...
Я протиснулась в дверь... и попала прямо в руки молодого хозяина. Он - именно, что по-хозяйски - положил руку мне на талию и склонился надо мной с хищной улыбкой:
– Здравствуй, Эва!
– Мистер... Насгулл!
– недовольно прошипела я, отстраняя от себя его руки.
– Что вы... Зачем вы...
Я не успела договорить, и освободиться от его объятий мне, конечно, не удалось. Поняв, что я не в настроении, шеф решил это изменить радикальными методами: обхватил меня ещё жёстче и ухнул вмете со мной за угол, а там грабительски припал к моим губам.
– Дахи!
– простонала я жалобно прямо ему в рот, когда поняла, что он соскучился по мне намного сильнее, чем я раздражена его выходкой с цветами. И потому собирается целоваться тут со мной, пока смерть не разлучит нас. Ну, или кто-нибудь из персонала.