Монастырские тюрьмы в борьбе с сектанством: К вопросу о веротерпимости
Шрифт:
В настоящее время из числа бывших узников, сидевших в монастырской тюрьме, в Соловках, если не ошибаемся, остается один только Петр Лаврентьев, сосланный сюда в заточение 23 года тому назад. Теперь он живет на Секирной горе, в скиту. Несмотря на долголетнее тюремное заключение, Лаврентьев и по сейчас не оставил своих прежних убеждений, и, как нам сообщают, "пользуется каждым случаем, чтобы громить и бичевать монахов". Впрочем, люди, имевшие случай беседовать с Лаврентьевым, уверяли нас, что двадцатилетнее тюремное заключение оставило глубокие следы в его душевном строе, в конец расстроив его психику. По уверению этих лиц, в настоящее время Лаврентьев представляет из себя жалкого, полупомешанного человека.
С упразднением Соловецкой тюрьмы навсегда прекратилось монастырское заточение, этот мрачный остаток давно прошедших веков. Но ссылка в Соловки не прекратилась. К сожалению, и сейчас ссылка в Соловецкий монастырь практикуется в широких размерах. Впрочем, необходимо заметить, что в настоящее время в Соловки ссылаются почти исключительно лица духовного звания и сана, чаще всего монахи, провинившиеся против монастырского устава.
В течете 1902–1903 года в Соловецком монастыре было 10 человек ссыльных Иеромонахов и иеродиаконов. Вот их имена: Феофан, Павел, Илиодор, Серафим, Исихий, Пафнутий, Ираклий, Всеволод, Николай и Александр. Некоторые из них «запрещены» и находятся под эпитемией бессрочно Сосланы они на неопределенное время, впредь до дальнейшего распоряжения Св. Синода. Жизнь в Соловках этих ссыльных монахов, конечно, очень не завидна. Большая часть их разослана по дальним скитам монастыря под строгий присмотр.
Но кроме монахов, прегрешивших против монастырского устава, в Соловки до сих пор ссылают также лиц виновных или же только заподозренных в «еретичестве». Так, в настоящее время в Соловецком монастыре находится в ссылке "за ересь" расстриженный архимандрит Михаил и его последователь монах Исаакий. Оба они сосланы в Соловки, как говорят тамошние монахи: "до конца их живота" под строжайший надзор настоятеля монастыря Между прочим им безусловно воспрещена всякого рода переписка с кем бы то ни было.
В чем, собственно, состояла ересь бывшего архимандрита Михаила, мне, к сожалению, узнать не удалось, так как о причинах, вызвавших его ссылку, Соловецкие монахи говорят крайне неохотно, и вообще все это дело сохраняется в великой тайне. Если верить рассказу одного лица, имевшего случай, по его словам, видеть формуляры архимандрита Михаила и монаха Исаакия, то можно заключить, что оба они сосланы за ересь хлыстовского характера. По рассказу этого лица, архимандрит Михаил, влюбившись в деревенскую девушку, настолько возвеличил ее, что стал считать ее безгрешной и даже святой. Исаакий разделял убеждение своего архимандрита и тоже доказывал святость этой девушки.
Таким образом, отныне Соловецкая тюрьма, прекратив свое долгое и печальное существование, отошла, наконец, в область истории. Мрачную, кровавую память оставила она по себе в сердцах многих тысяч русских людей. Дамокловым мечом висела эта тюрьма в течение целых столетий над мыслью и совестью русского народа. Отныне мрачные казематы и «чуланы» не будут уже более пугать и страшить тех, чья пытливая мысль в поисках за духовным, этическим обновлением пойдет с колеи готовых, избитых шаблонов, выйдет из тесных казенных, официальных рамок.
Этому, конечно, нельзя не порадоваться от всей души, но…
Но при этом не следует, однако, забывать, что Соловецкая тюрьма, к сожалению, была не единственной в своем роде. Не следует забывать что в одном из центральных монастырей России — Суздальском Спасо-Евфимевском — до сих пор продолжает функционировать крепость-тюрьма, в которой и сейчас томятся 14 человек "преступников против религии и церкви". Следовало бы, наконец, вспомнить об этих несчастных, очевидно, совершенно забытых людях, тем более, что некоторые из них находятся в одиночном заключении монастырской тюрьмы уже более 10-ти, 15-ти и даже 20-ти лет. Так, например, уроженец Нижегородской губернии Николай Иванович Добролюбов сидит в Суздальской монастырской тюрьме уже 25 лет…
Неужели двадцатилетнего сурового одиночного заключения не достаточно для того, чтобы загладить и искупить даже несомненную, вполне доказанную и притом серьезную и важную вину? Соображение это имеет за себя тем больше оснований, что виновность многих лиц, томящихся в монастырских тюрьмах, отнюдь не может считаться вполне доказанной.
При подобных условиях полная амнистия всем томящимся в монастырских тюрьмах явилась бы актом необходимой справедливости.
Горячо хотелось бы видеть этот акт осуществленным именно теперь, в трудные дни, переживаемые нацией, когда для русского общества и народа так особенно важно и дорого, с одной стороны, полное духовное единение, а, с другой — подъем бодрого общественного настроения…
Монастырские заточения последнего времени
В виду того, что у нас в обществе весьма сильно распространен взгляд на монастырские заточения как на явление более или менее далекого прошлого и потому большинство склонно признавать за этой формой наказания лишь чисто историческое значение, — мы считаем необходимым привести здесь и подробнее остановиться на некоторых фактах и примерах из самого последнего времени, чтобы наглядно показать, что, несмотря на чисто средневековой характер этого наказания, оно, к сожалению, и до сих пор применяется у нас весьма часто.
Помимо этого, факты и примеры, которые мы приводим здесь, могут послужить, как нам кажется, выразительной и яркой иллюстрацией той обшей системы борьбы с сектантством и всякого рода религиозно-этическими разномыслиями, которой и до сих пор держится наша администрация, как гражданская, так и особенно духовная. С этой точки зрения явления и факты, приводимые нами здесь, получают важное, можно сказать, огромное обще-венное значение. Вот эти факты.
Случай первый.
В августе месяце 1902 года из Суздальской монастырской тюрьмы был освобожден архангельский уроженец Василий Осипович Рахов, просидевший в одиночном заключении монастырского каземата целые восемь лет. Нам удалось собрать некоторый сведения Об обстоятельствах, при которых состоялась ссылка и заточение Рахова в монастырь, сведения, которые мы и считаем полезными огласить в печати в виду того, что история заточения Рахова воочию убеждает в том, как легко у нас даже и теперь попасть в монастырскую тюрьму.
Биографические данные о г. Рахове, а также сведения Об его благотворительной и просветительной деятельности, которая, собственно говоря, и привела его в Суздальскую тюрьму, мы находим в письме из Архангельска, напечатанном в газете «Неделя» за 1893 год.
"Лет десять тому назад, — сообщалось в этом письме, — в одной из торговых контор богатой немецкой фирмы в Архангельске состоял на службе молодой человек, лет 22-х, некто В. Рахов. Сын довольно состоятельных родителей, на прекрасном счету у своих принципалов, он был уже, так сказать, на пороге блестящей житейской карьеры, как вдруг, к ужасу родных и немалому изумлению знакомых, бросил и службу и общество, в котором вращался, и куда-то исчез. Спустя некоторое время, мы застаем его уже в глухой деревушке Пинежского уезда. Там, переходя из избы в избу, он усердно обучает грамоте и закону Божию деревенских ребятишек, делом и советом помогает взрослым, а по вечерам и в праздники читает им книжки религиозно-нравственного содержания. В то же время он вступает в деятельную борьбу с грубостью, пьянством и другими недостатками мужика, успешно будит его совесть, и крестьяне нравственно оживают. Рахов является желанным гостем в каждой избе: он и учитель, и миротворец, и помощник. Мужики перестают пить; бабы, натерпевшиеся от пьяных мужей, благодарят Провидение за то, что оно послало им такого человека, через которого Ане увидели свет.