Моральные фреймы политических идеологий
Шрифт:
Указанные характеристики обеих стран можно рассматривать одновременно как моральные и политические 62 . С этой точки зрения для политической концептологии важны те литературные и публицистическо-журналистские тексты, в которых фиксируется всеобщая абсурдность постсоветского бытия. Приведем пример.
В цитируемом издании уже осуществлен анализ творчества В. Пелевина в контексте абсурда 63 . На этой основе сформулированы выводы, значимые и для политической концептологии. Если для Камю абсурд – неизбежная судьба человека в мире, то для Пелевина утверждение такой логики – дело философии, которую надо критиковать и дезавуировать; в корне пелевинского недоверия к философии лежит неприятие любых философских концепций; в отличие от сакрального абсурда в христианстве у Пелевина абсурд есть неизменное свойство повседневного мира (линия сборки водородных бомб квалифицируется как «цех плюшевой игрушки средней мягкости»); Пелевин квалифицирует вся русскую культуру как подлог, который художник должен раскрыть по принципу «клин клином вышибают»; абсурд свойствен естественному, а не сверхъестественному; абсурд отрицает любую попытку утверждения единства смысла в межкультурной коммуникации путем абсолютизации одной из культур или отстаивания универсальной семиотической системы; каждая культура пока еще не может выявить собственную абсурдность [Абсурд и вокруг, 2004, с. 362–369].
62
Проблема различия между политикой России и Украины здесь не рассматривается из-за недостатка места. См. об этом: [Пастухов, 2010].
63
Речь идет об изучении творчества В. Пелевина в контексте общих идей: диалогика абсурда; смысл и значение, нонсенс и абсурд; в христианстве абсурд приобретает социальную ценность; смысл и интеркультура (на раннем этапе абсурдными считались особенности других культур; в эпоху Просвещения на место представления об иерархии культур приходит постулат равнозначности культур в постижении смысла; абсурд как противоречие универсальному смыслу может характеризовать любую, даже высокоразвитую культуру; концепт Бога – образец того, что происходит с другими понятиями; абсурд показывает свободу человека от семиотических систем); соотношение понятий абсурда и нонсенса видно из определений: абсурд связан с глубинными структурами человеческой личности; не поддающийся общему определению человек попадает в распоряжение произвольного нонсенса [Абсурд и вокруг, 2004, с. 349–362].
Конец ознакомительного фрагмента.