Чтение онлайн

И куда глупее, расскажите мне?

Пока размышлял о нашей с Гелой тяжкой судьбине — дошел до дома Зуноша. Зашел туда через окно, стукнулся к Миту в спину.

Он удивленно оглянулся.

— А Гела где?

— Ждет тебя в школе. Иди на крики боли и запах ярости пантеры — не ошибешься.

Мит хмыкнул, пожал плечами и пошел в школу. Тоже через окно. Ни дети, которые продолжали старательно писать что-то в тетрадках, ни Зунош, ходивший между ними со строгим лицом, на перемены в комнате никакого внимания не обратили.

Но вот, дети закончили, и Зунош вернулся на свое место перед ними и продолжил:

— В Божьих рунах есть много сложных правил, причем, каждый Бог пожелал писать их своим языком для своих детей. С веками эти знания изглаживались из памяти, и сейчас жрецы, владеющие рунописью, ценятся на вес золота, а простолюдины — вроде меня — предпочитают молчать о своих знаниях: так жить спокойнее. Я и вам, дети, не советую светить свои знания в этой области.

Я пожал плечами и отправился на кухню с целью узнать, что на ужин, когда он будет, и не нужна ли помощь. Оказалось — нужна: Белинда уже битый час ходила вокруг небольшого теленка, и не знала с какой стороны к нему подступиться.

Я, не особо напрягаясь, располосовал его шкурку так, чтобы можно было её обработать на кожух, и стащил (пришлось в размерах увеличиваться) её с бывшего хозяина. Потом создал воздушное лезвие и отделил все необходимые части для готовки.

Хозяйка смотрела на меня в немом восторге. Я скромно вилял хвостом, доедая спертый кусок телячьей шеи.

Как же хорошо и прекрасно, когда есть целый зверь, от которого можно отгрызать по кусочкам с разных мест…

Я решил Белинду не покидать: дети все равно в надежных руках, и не думаю, что они решат куда-то смыться. Белинда рассказывала о некоторых подопечных, которых довелось воспитывать им с мужем.

Например, однажды к ним приблудилась маленькая виверна. Сперва хотели её добить, но она так смотрела…

В общем, женское сердце Белинды растаяло, и детеныш остался с ними. Без малого четыре года её растили как любимого кота, а потом малышка выросла и в спешном темпе покинула родительский дом. И все было бы логично (или трагично?), если бы не крохотный факт: в голодные времена дитятко прилетало в отчий дом с целью покушать. Зунош ругался, а Белинда безропотно кормила.

А потом виверна притащила на воспитание своих детенышей.

Так те оказались одаренными! Стая говорящих, плюющихся Магией, виверн!

Делать нечего — перебьют же. Зунош взялся их учить, шесть лет не давал спуску, обучил всему, чему смог. Детки выросли и успешно упорхнули в Ловос на государственную службу.

Сейчас каждый из воспитанников Зуноша и Белинды — начальник стражи в своем городе, причем, преступники до того их боятся, что целыми гильдиями уходят в соседние государства.

А в Ловосе в некоторых городах появились две новых улицы: улица Учения и переулок Учителя.

Правда, очаровательно?

Особенно если знаешь, что это в твою честь.

Остаток телячьей шеи был успешно разделан на крупные куски и разложен по глубоким мискам.

— Детям, — пояснила хозяйка.

— А не крупноваты ли куски? — с сомнением воззрился на них я.

— В самый раз! Надо зубы обточить, а то начнут грызть что и кого не попадя.

Я об этом, естественно, не подумал, поэтому смущенно опустил усы к лапам.

Ещё через некоторое время был накрыт стол. Похоже, у гномов привычка: накрывать ужин так, чтобы стол ломился. Боюсь даже и представить, как же должен выглядеть праздничный гномий стол.

«Тера! Где вы ходите? Тут ужин готов!», — послал я сигнал.

«Да тут мы уже… Почти…», — пришел быстрый ответ.

В дверь действительно постучали. Я вопросительно глянул на Белинду и, получив утвердительный кивок, пошел открывать.

За дверью, ожидаемо, стояли Мит и Гела с голодными глазами и уставшими лицами.

Я молча сдвинулся с прохода, и Гела, что странно, сразу ломанулась в умывальню.

Что это с ней?

— Так вот. Тот Маг. Он — недоучка четвертого года обучения местной школы. Его обидел начальник пашни по весне, когда все практиковали бытовые применения Магии, он и сделал амулет саранчи. Где только сведения откопал — они давно изъяты из местных библиотек. В положенный срок амулет сработал, а Маг давно уже не сердился. Он перепугался, попытался ситуацию исправить, но по неопытности напортачил. Вот тебе и результат. Снимали его магические пологи вдвоем, еле справились. На полях снова прорастают всходы — до холодов должны успеть, — быстро рассказывал Мит. — А на Гелу обрушился весь выводок от проклятий — отмывается.

— И никаких темных вредителей? Просто… Обиженный жизнью недоучка?

— Именно, — иронично изогнув брови, подтвердил Мит.

Вот так номер. Ожидал я, конечно, многого, но не такого.

— Ужин! — возвестили из столовой.

Я развернулся и потопал ужинать.

Гела присоединилась с небольшим опозданием, но как раз вовремя, чтобы умилиться, наблюдая за рвущими мясо волчатами.

Красота, блин.

— Завтра утром выдвигаемся. До следующего города два дня перехода, по пути несколько деревень, — сообщила Гела.

— А до крепости? — осведомился Мит.

— Две недели по прямой через лес. Но нам по прямой не светит, так что, месяц-полтора добираться будем.

Мы разошлись по комнатам.

Правда, Ритен пошла спать с Гелой, заявив, что хочет женского присутствия, а эти мальчишки уже достали.

Да пожалуйста!

Втроем мы улеглись на огромную кровать, и когда я уже почти уснул — услышал тихий шепот Ритен:

— Мам, ты же нас не бросишь?

Я явственно почувствовал, как прерывисто вздохнула Гела, тоже прошептав:

— Куда ж я от вас теперь денусь?..

На следующее утро мы покинули город. Как ни уговаривал Зунош нас остаться — Гела была непреклонна. Объясняла она это тем, что мы выдвинулись на неделю раньше, а получилось, что три дня уже потеряли ни на что. Моя не особо деятельная натура этого мнения не разделяла, но понимала необходимость действовать, так что я не спорил, а просто следил, чтобы дети никуда не делись.

Мит на прощание подарил Белинде амулет радости. Мало Магов способны на создание такого артефакта, но Мит, являясь не Магом, а высшим существом, сделал его из нашедшегося серебряного украшения.

Известная истина: серебро проявляет наилучшую проводимость Магии, поэтому артефакты из серебра ценятся больше всего, но само серебро в нашем мире редко найдешь, поэтому украшения встречаются не часто. Но у Белинды как раз был серебряный кулон: маленький спеленатый младенец. Мило, но не носибельно.