Мотыльки летят на свет
Шрифт:
– Как прикажешь, – не сразу ответил Джон, с нескрываемым удивлением разглядывая гостиную.
Кругом были птицы: коллажи с утками, картины с фламинго, лампочка на потолке, увешанная бумажными птицами, футуристическая композиция из перьев и огромная сова в углу комнаты рядом с обычным креслом. Странно, что не в форме гнезда. Он растерянно сел на диван, с полным ощущением того, что попал в логово сумасшедшей.
– Что же у нее в голове…
– Ты что-то сказал? – Софи появилась в дверях комнаты с подносом в руках. Поднос дрожал, позвякивали кружки.
– Ничего особенного, мысли вслух, – он посмотрел на кружки, танцующие на подносе. – Ты нервничаешь? Неужели я так действую на тебя? – самодовольно заигрывал Джон, потягиваясь на диване. Он решил, что быть непринужденным – самая правильная тактика при общении с сумасшедшими.
– Не обольщайся. Хотя, – она перешла на шепот, – ты первый молодой человек, который пришел ко мне в квартиру.
Джон лукаво прищурил глаза и шепотом добавил:
– Получается, что я лишу девственности твои кружки?
Софи рассмеялась, отчего ее руки затряслись еще сильнее, и кофе расплескался по подносу. Она поставила его на столик и села на пол напротив Джона.
– Получается, что так. Сегодня у моих керамических подруг волнительный день, – она с нежностью погладила розовую кружку и передала ее Джону.
Они сидели напротив друг друга и молчали, занятые поеданием шоколадного кекса.
Минута. Две.
– Я слишком эмоциональна, – неожиданно выпалила Софи с набитым ртом.
– Да не может быть, – Джон поднял на нее глаза и отложил недоеденный кекс на тарелку. – Многообещающее начало разговора.
Софи наигранно пожала плечами.
– Трудно поверить, но это факт.
– А я не люблю молчать.
– Так почему же ты сейчас молчал?! Я чуть не съехала с катушек от тишины и собственного чавканья.
Джон улыбнулся.
– Я наблюдал за тобой и твоей переменчивостью, – сказал он, заглядывая в ее глаза.
– Тогда я смотрела на твои идеально выщипанные брови.
– Оу, Софи выходит в нападение! – засмеялся он, отметив про себя, что сегодня же выкинет пинцет.
– А Джон готов принять поражение.
– Джон лишь готов узнать, что за воинственная девушка сидит напротив него.
Джон пристально посмотрел на Софи: на мгновение на ее лице промелькнула растерянность, которую она быстро спрятала за неловкой улыбкой. В ее молчании читалась неуверенность, словно сама Софи не знает о себе ничего.
– Даже не знаю… – она поправила волосы. – Меня зовут Софи Обер. И мне двадцать два года, – она запнулась.
– У тебя, наверное, отлично получается заполнять информацию на сайтах знакомств, – вставил Джон. – Ставлю десять баксов, что твои анкеты самые структурированные.
– А ты явно посещаешь курсы иронии и сарказма, – буркнула Софи, – Я француженка, и я… – пауза. – Живу в Нью-Йорке.
– Ого!
Джон попытался спрятать улыбку за ладонями.
– Ты интересная, – сквозь пальцы сказал он.
– Ага, очень интересная, – она отодвинулась от столика и с грустью посмотрела на него. – Пойми, одно дело – отвоевать квартиру у наглого вора, а другое рассказывать о себе.
– Согласен, знакомиться с людьми – паршивое занятие, – он попытался исправить ситуацию. – Ты родилась здесь или переехала из Франции?
– Когда мне было одиннадцать лет, мы с родителями по личным обстоятельствам переехали в Штаты. Мои родители – художники, и, кажется, весь мир восторженно пищит от их картин.
Как только Софи начала говорить о своих родителях, тон ее голоса изменился – он лишился хоть каких-либо эмоций. Даже в ее взгляде Джон уловил холодность.
– У тебя в квартире есть их картины? – Джон внимательно осмотрел стены и потолок, увешанные птицами. Кажется, их стало больше. И они все уставились только на него. Особенно чучело совы в углу комнаты – птица внешне была жуткая и пялилась своими выпуклыми безжизненными глазами. Джон повернулся к Софи.
Она отрицательно качнула головой и сменила тему:
– А что насчет тебя?
– А я Джон Картер, обычный девятнадцатилетний американец, – быстро сказал он заготовленный ответ.
Наверное, он казался в ее глазах слишком самодовольным, что заставило Софи нахмурить лоб и злобно на него посмотреть.
– Брось, Джон Картер, свои шуточки. Покажи мне пример правильной презентации себя.
– Подожди, сейчас открою свою анкету на тиндере, – он достал телефон из кармана. – Ты не против, если я буду читать?
– Ничего страшного. Начинай, – ей хотелось ему подыграть.
– Джон Картер. Девятнадцать лет. Место жизнедеятельности – город Нью-Йорк. Живет со своим крутым другом. Так, что дальше… – он мельком посмотрел на нее. Софи улыбалась. – Ого, представляешь, этот Джон Картер изучает международные отношения в Колумбийском университете. Он достаточно хорош.
– Достаточно самовлюблен. К тому же твой телефон даже не включен.
Джон тяжело вздохнул.
– У тебя было время рассказать о себе, а теперь не мешай мне.
– Хорошо-хорошо, – согласилась Софи. – А чем еще он занимается?
– Сейчас, – он изобразил, что перезагружает страницу. – Тут так много написано. Иногда он пишет эссе за других студентов. Но есть пометка: не более чем дополнительный заработок. Играет в шахматы. Увлекается фотографией, но фотографирует только ноги, шагающие по пешеходному переходу. А еще занимается плаванием…
– Стоп! Насколько законно быть таким многогранным?!
– Всего лишь увлечения, – Джон рассмеялся. – Наверное, тебя тоже многое интересует. Чем увлекаешься ты?
Джон откинулся на спинку дивана и стал ждать ответа.
Взгляд Софи замер на шкафу, где под горой одежды лежала цистра.
– Мне нечем похвастаться, – Софи поникла. В его глазах читался интерес, но ей нечего было сказать. В одночасье она почувствовала себя пустой, поверхностной и бессмысленной. – Обычная жизнь: колледж, моя подруга Клер и… – она пожала плечами. Софи и подумать не могла, что говорить о себе так сложно. – У меня нет талантов или грандиозных увлечений. Но я люблю мечтать, фантазировать. Поэтому, когда я увидела тебя, в моей голове родился образ самовлюбленного красавца с подиума. А сейчас ты мне говоришь, что пишешь эссе за других студентов. Ты уничтожаешь мои фантазии. Ты уверен, что не перепутал слово эс-се со словом по-ди-ум?