Чтение онлайн

— Ирочка вам не пара…

Он дернулся от моих слов, но я не останавливалась, тщательно подбирая слова. И было плевать, что с каждым словом этот молодой человек все больше бледнел. А взгляд словно умирал…

— Ирочка всегда была слишком ветрена. Я знаю эту ее сторону. И мне бы не хотелось вас обнадеживать.

Он тогда попытался возразить, но я не дала ему такой возможности. И сказала в лоб…

— У Ирочки есть жених…

Он замер, как человек, которого бросили в ледяную воду. Мне на секунду стало его жалко. Но ровно на секунду. После я легко отбросила все сомнения, напоминая, ради кого я все это делаю. Я так хотела для тебя лучшего будущего. И искренне верила, что отношения тогда означали для тебя крах твоей карьеры. Поэтому, засунув свою совесть глубоко и подальше, пошла до конца.

— Да, он у Ирочки хороший мужчина. Они давно вместе.

Специально утрировала ситуацию, нагнетала, стараясь причинить ему как можно больше боли.

— Я понимаю, что вы можете мне не верить, но у меня есть их совместные фото. Ирочка подарила.

Фотокарточки лежали рядом, поэтому без труда выложила их перед ним. Он все это время напряженно молчал. С ровной спиной. И смотрел на фото. Долго… слишком долго. Там вы с вымышленным мужчиной стояли в обнимку… Я специально выбрала твое фото, где ты счастливая, беззаботная.

Он резко встал и просто ушел, так и не сказав больше ни слова.

Я ощущала внутри себя неправильность моих действий. Совесть грызла. Но и тогда мне еще казалось этого недостаточно. Я еще раз позвонила подставной девушке Дмитрия и попросила ее сходить к нему. Пожалеть, надеясь, что он уступит минутному влечению и изменит тебе. Не изменил. Просто в один момент собрал вещи и уехал… она только успела его проводить до машины.

Я добилась своего. Вы расстались. Я это прочла на твоем убитом горем лице, когда ты пришла домой.

И только в тот самый момент я поняла, что натворила. А когда ты сказала про ребенка…

Я искала его… но он будто испарился…

А потом, когда ты лежала и умирала без него, я испугалась. Честно, испугалась, что если ты узнаешь правду… то отречешься от меня и будешь в своем праве. Поэтому молчала… Но от судьбы не уйдешь. Бумерангом возвращается, и я теперь буду расплачиваться за содеянное всю оставшуюся жизнь.

Я целый день в мыле, но все же успеваю сделать все, что запланировал. Хорошо, что этот город и многие полезные контакты до сих пор в моей памяти.

Нет, я здесь не родился. Всего лишь учился, приехав из небольшого и довольно провинциального городка. За тысячу километров отсюда, куда до сих пор езжу строго два раза в год к престарелым родителям, мечтая перевезти их в большой город, поближе к себе.

Это всегда было моей мечтой — вырваться из унылых пенатов, где ничего, кроме изнурительной работы на крошечном, практически нищем заводе, мне не светило.

Мои родители, у которых я был единственным и слишком поздним ребенком, думали так же. Поэтому не раздумывая продали отцовский трактор. Снабдили всем необходимым на первое время и отправили поступать в университет.

Я их не подвел. И себя в первую очередь.

Конечно, пришлось вложить много сил. Работать ночью и учиться на дневном, просто-напросто запрещая себе уставать. Спал пару часов в сутки. Много читал. Зубрил. Но зато я не только был лучшим на курсе, но еще и зарабатывал прилично, умудряясь и родителям высылать деньги.

Правда мама, когда я звонил, причитала, что я слишком много работаю. Что им и без моей помощи на все хватает.

— Ты бы лучше спокойно учился, сынок…

Но та гордость в глазах матери и отца, то чувство, что я испытал, глядя на них, когда в редкие встречи мы все вместе сидели за столом, не передать словами. Ради этих моментов и хотелось покорять мир. И я покорял и, как казалось, вполне удачно.

Я практически воплотил свою мечту, задумав построить небольшой, но добротный домик для родителей. Здесь неподалеку, планируя себе же купить квартиру в городе, чтобы в будущем привести в нее жену. Нарожать детей.

Но вот только от своих грандиозных планов на счастливое будущее пришлось отказаться.

Уехал. Сорвался, замораживая строительные работы и поиски идеальной недвижимости на неопределенный срок.

Я не хотел пускать корни там, где все напоминало об Ирине и ее предательстве.

Не хотел.

Корил за трусость… но не мог себя переубедить.

Никто не мог.

Но, приехав обратно, я вдруг осознал, что время не может убить ни связи, ни дружбу.

Что все те, кому я когда-то помог или выручил, помнят и ценят, что я для них сделал.

Теперь я наверняка знаю, на кого можно положиться в этом мире. Знаю и без сомнений благодарно отмечаю, что на мой звонок отвечают с первого гудка, искренне радуясь, услышав мой голос.

Словно и не было этих трех лет.

Мне без каких-либо проблем помогают сделать экспресс-тест на отцовство. Я с минуты на минуту ожидаю результата, параллельно пробивая имена врачей в другой больнице, куда собираюсь полететь вместе с Алиной.

Хорошие специалисты.

До отправки нас обоих на вертолете, спасибо одному из близких приятелей, подсуетился, оставалось не более часа. Но я все равно нервничаю, пока иду до палаты.

Документы не подписаны, тест тормозит. Мне попросту нечем будет крыть перед Ирой… а если она откажет…

Отмахиваюсь от удручающих мыслей.

Сейчас забегу к мелкой и сразу рвану к ней, чтобы сделать все возможное, лишь бы она поставила свою подпись.

Мне очень нужно ее письменное согласие.

Тихонько, чтобы не потревожить или, не дай бог, испугать мелкую, открываю дверь и застываю.

Ира.

Она сидит на кровати рядом с дочерью, поглаживая девочку по волосам.

Бледная. Красные больные глаза блестят.

Поднимает голову, встречаясь со мной взглядом. Резко встает и делает шаг навстречу.

Стою ошарашенный, удивленный, как есть, с пакетами, где лежат игрушки, вещи да еда на первое время для малышки.

Подруга тоже здесь.

Даша приветствует меня и спешно покидает палату, оставляя меня один на один с Ирой.

— Дима, — тихо произносит Ирина, заламывая свои длинные пальцы. И вдруг начинает плакать… горько, по-настоящему, кусая свои губы, так и не дойдя до меня. Прямо посередине палаты, словно рыдания выкачали из нее последние силы.

Тихие всхлипы. Крупные прозрачные капли, струйкой бегущие по ее щекам.