Чтение онлайн

— Мы становимся сильнее день от дня, — низкий голос Басти пробился сквозь её мысли, и она подняла глаза. — И именно потому нас держат за второй сорт. Но разве люди и драконы не являются пережитками? Магия людей и драконов изжила себя, когда как наша — сильна.

Она несколько минут смотрела на красивый профиль Риваари, а потом выпалила:

— Ваши размышления вольнодумны!

Остановилась и выдернула свою руку. Маркиз упрямо сжал губы и ничего не ответил.

Грудь принцессы сердито вздымалась.

«Как он смел так думать?».

Разве не лучше сосуществовать в мире, чтобы каждая из сторон вносила что-то хорошее: магию, знания или исцеление. Ведь она до сих пор помнила ужасы войны. Принцесса росла под хлопки револьверов, вибрирование чар и звон мечей. А теперь всё начнётся снова?

— Вы не можете так думать, Басти! Люди, драконы, и полукровки — они все должны существовать, и каждая из сторон по-своему сильна.

— И чем же сильны люди, Лели? Все полукровки думают так, как я, — мрачно ответил Себастьян и почувствовал, будто бы воздух между ними накалился до предела.

— Целительной силой, Басти. И с магией, и без люди делают это одинаково хорошо! И не мы устраивали всё это время резню! — в её голосе звенела ярость.

Он не ответил, только его взгляд стал слишком тяжёлый, и принцесса не сдержалась:

— Тогда мне понятно, отчего моя земля скоро утонет в крови!

Голова Себастьяна вскинулась, а глаза зло сверкнули.

— Пять лет вас не было, а теперь вдруг объявились, чтобы кому-то что-то диктовать?!

— Это вообще ни капли, ни ваше дело чем я занималась пять лет! В ваших глупых головах только стремление к власти, и вы снова намерены её делить, — отрезала она.

— А что в вашей голове, Лели? — едко сказал Себастьян. — Проклятый дракон?

Её ладонь взлетела, чтобы отвесить ему пощёчину, но он молниеносно поймал запястье в тиски и потянул резко на себя. Руки сомкнулись вокруг стана принцессы, а его губы накрыли её уста. Это был поцелуй ярости, который обжигал. Он сжимал в объятиях так сильно, что ей не хватало воздуха. И отпустил Себастьян принцессу так же резко, как и поцеловал.

— Вот что бывает, принцесса, если меня злить, — глаза лихорадочно блестели, и маркиз тяжело дышала.

А Леда намерено, с какой-то изощрённостью, подняла руку и стёрла поцелуй тыльной стороной, смотря ему в глаза.

Прошлое

(Верхний Мир. Драконий пик. 5 лет назад)

Леда стояла напротив напольного зеркала с массивной серебристой рамкой. Наряд из бледно-розового шифона хорошо сидел на изящной фигуре. Кружевные вставки на корсете открывали красивую линию шеи и подчёркивали декольте, а широкий пояс с бантом впереди, украшенный переливающимися камнями — тонкую талию.

Лёгкое, пышное. Это платье было даже совершенней, чем на балу, когда она впервые встретила Золотого Дракона. В Эварии не носили роскошной одежды, и со стороны, казалось, что она любовалась своим отражением, но это было не так. Леда давно уже должна была спуститься к Каю, но в её руке был зажат флакон с золотистой жидкостью, который она не решалась выпить.

Принцесса горестно вздохнула. Как тяжело осмелиться… но после ночи с ним, она могла забеременеть. Надо было решить, пить ли настойку из зверобоя, заботливо сваренную ведьмой, или нет.

Леда закрыла глаза, а перед ней оживали виденья. Она вновь и вновь прокручивала одну и ту же картинку. Убитый наследник. Сцепившиеся в смертельном бою кланы. Столько горя. А потом мелькнула та самая мысль, что может нужно было поступить, как того хотела Эвария и выйти замуж за Халиба.

«Нет» — сопротивлялось её естество.

Наверное, Кай уже заждался. На рассвете они отправились в загородное поместье Ки’арти, которое было расположено рядом с «Бездной трёх драконов». Проход в горах, тёмный и мрачный, соединял земли особняка и древние руины Снежного Дракона. И пересекая ход за руку с Каем, ей было не страшно, ибо его любовь грело влюблённое сердце.

Пока она принимала ванну, завтракала и отдыхала, Кай раздобыл ей платье. Он попросил привести себя в порядок, потому что им предстояло предстать перед Белым Драконом, чтоб молить о великом даре — одобрение на брак.

На самом деле император мог не дать своего благословения, и тогда Леде придётся вернуться с позором домой, но она думала не об этом. Страшнее всего ей было оттого, что она лишит их детей. Рано или поздно клану нужен наследник, а она была не готова терять ни Кая, ни их дитя.

«Разве горе не убьёт меня?» — спросила принцесса сама себя. — «Убьёт».

Леда это точно знала. Она снова уставилась в зеркало.

«Почему всё так сложно?».

Качнула головой.

«Я должна всё исправить. Мне просто нужно больше времени».

Пальцы одним движением сняли деревянную пробку, а губы коснулись золотой жидкости.

«Горько».

Леда отпила третью часть, как того и сказала Этта. Остатки убрала в кожаную сумку, которая лежала на кровати. Вернулась к зеркалу, поправила перчатки и проверила, не выбились ли локоны из красиво уложенной наверх причёски. Расправила плечи и выскользнула из комнаты.

Кай мерил холл шагами, но увидев её — улыбнулся. Он выглядел ослепительно в белом костюме с золотыми вставками. Леда грациозно спустилась по ступеням, а дракон поспешил предложить руку. Когда их ладони соприкоснулись, она ощутила себя самой счастливой девушкой двух миров. Они вышли из поместья, а перед входом ожидала карета с гербом Золотого Дракона. Кай помог забраться внутрь полутёмного экипажа, и они расположились напротив.

— Боитесь? — спросил дракон.

— Немного.

Он пересел на её сиденье, и пододвинулся к ней как можно ближе. Принцесса оказалась прижата к сильному телу, и кровь побежала быстрее.

— Леда, знаешь, что я подумал, — уголки его губ взлетели, — нам стоит перестать звать друг друга на «вы». Все же будущие супруги должны быть ближе, не находишь?

— Хорошо, Кай.

— Ты беспокоишься, что император не одобрит нашего брака?

Принцесса покачала головой. Он нахмурился, а потом списал всё это, на нервы. Да, очень стремительно развивались события, и Леда, наверное, чересчур волнуется.

— Ты слишком бледная, моя любовь, — тихо сказал он.

Кай поднял её руку и положил себе на щеку, накрывая своей ладонью. Карие глаза широко распахнулись, и она почувствовала сквозь перчатки струящийся жар. Немного сдвинув кисть, он осторожно коснулся губами пальцев, но разделяющая их ткань его не устроила. Вторая рука одним движением обнажила гладкую кожу, а его губы скользнули по пальцам, изучая новые владения. Кай нежно целовал ладонь и добрался до запястья.