Чтение онлайн

Еду домой на такси, вешаю новый костюм в шкаф, пока Даня не видит. Заглядываю к ней тихонько, она говорит по телефону. Судя по выражению лица, что-то происходит. Надеюсь, это никак не связано с каким-нибудь Костей. Она видит меня, машет рукой, чтобы не подслушивал.

Ухожу на кухню, ставлю чайник, делаю нам с ней кофе. Достаю из пакета новые вкусняшки.

Слышу как хлопает дверь. Даня заходит на кухню, улыбается, глядя на пироженки, но потом хмурится.

– Макс, у меня проблемы.

Вижу в ее глазах волнение.

– Что случилось?
– хмурюсь тут же.
– Чем могу помочь?

– Ко мне внезапно едут родственники. Через два часа будут. Я же не говорила им, что просрала квартиру. Я не знаю, что делать.

– Тааак, - киваю.
– Переживем, не волнуйся.

– Есть еще проблема.

– Какая?
– беру в рот пироженку, запиваю кофе.

– Притворись Костей, пожалуйста.

– Я НЕ БУДУ!
– рычит Петров и смотрит на меня черными, как космос, глазами. Он уже который раз пытается выйти с кухни, но я снова преграждаю ему путь. Кажется, он вот-вот втащит мне со злости, но нет.

Макс с рыком разворачивается, отходит к окну.

– Ну, Макс, - виновато шепчу я, подхожу сзади и обнимаю его за плечи, но Петров дергает ими, как упрямый жеребец, скидывая мои руки.
– Макс, ну я не говорила маме, что рассталась с парнем, чтобы она не волновалась.

– Допустим, - оборачивается он.
– Вот я Костя… И? Мне потом всю жизнь на Костю отзываться? Или имя поменять?

– В смысле?
– я не понимаю, к чему он клонит.

– Аааа, ну конечно! Ты же не рассматриваешь вариант, что у нас может быть что-то серьезное! Вынужденное соседство, не более!

– Блин, Макс! Я не это имела ввиду!
– смущаюсь, вдруг понимая, насколько сильно задела его мужское эго. Я и правда не думала, что будет дальше. Просто такой неожиданный приезд мамы и ее сестер, теток моих, выбил из меня весь здравый смысл. Да и про “всю жизнь” я как-то не загадывала, если честно.

– Да пофигу, - поворачивается он ко мне и задумчиво смотрит куда-то в область переносицы, игнорируя взгляд в глаза.
– Будет тебе Костя. Не волнуйся. Чем помочь сейчас? Они ж с дороги будут.

Обнимаю его крепко за талию, а он довольно сдержанно обнимает меня в ответ. Злится. Понимаю. И все равно спасает меня, как рыцарь. Рыцарь без доспехов и белого коня, но все равно самый настоящий!

Отправляю Макса в магазин, сама быстро убираюсь в комнатах, пока его нет.

Поддерживать чистоту там, где уже убрано, гораздо проще, поэтому справляюсь к его приходу.

Макс заносит пакеты с едой и уходит на балкон. Вижу, что снова курит. Понимаю, что виновата в этом я. Макс явно борется с зависимостью, а мое появление в его жизни пошатнуло его решимость завязать.

Вздыхаю. Не думала, что могу плохо на кого-то влиять.

– Хватит курить, - прошу его, когда заходит на кухню.

– А то что? Костя не курит?
– язвит Петров. Чувствую, как в голосе сквозит тщательно скрываемая обида.

– Макс, ну не злись.
– прошу, но в ответ слышу лишь шумное дыхание.
– Я сейчас чебуреков сделаю. Помнишь, я тебе обещала? А еще я сделаю плов!

– Я не Макс, я Костя, - слышится в ответ.
– Костя, наверное, не любит чебуреки и плов. Он любит… ризотто и еще хуйню какую-нибудь.

Усмехаюсь. Ну, типа того.

– Ты будешь Костей, который любит плов и чебуреки. Все?

– Не все, - огрызается Петров.
– Где мой кокосовый латте?

– Петров!
– оборачиваюсь, психанув.

– Что?!
– таращит он глаза в ответ.
– Какой Петров?! Константин не может быть Петровым! Он какой-нибудь!..
– задумывается, глядя на потолок.

– Он - Иванов, Макс. Успокойся.
– выдыхаю с улыбкой и, чувствуя упадок сил, сажусь рядом с Петровым, беру его за руку.
– Все, я поняла. Не получится из тебя Костя. Да и не надо. Ты, честно, в миллион раз лучше, Макс! Я просто скажу маме правду про Костю. Ты ей понравишься. Она тоже простая.

– И кто я тебе для мамы?
– сверлит меня Макс глазами похлеще дрели.

Нет, Петров, ты уж извини, но я пока не готова.

– Друг.

– Друг, который живет у тебя? Нет уж, спасибо! Костей прикинуться проще, чем альфонсом.

– Ну, скажем, приехал в гости откуда-нибудь.
– встаю, продолжаю резать мясо.

– А они у тебя наивные совсем и поверили сразу, - невесело смеется Макс.
– Проехали. Побуду Костей. Должна мне будешь потом какую-нибудь пошлую фантазию. Минет, например, или секс на волосатом ковре. Я ж не Костя, я - озабоченный павлин.

– Да Петров, блин!
– бросаю нож на стол, сжимаю переносицу.

– Иванов… Шучу. Расслабься. Я ж спортсмен отбитый. Шутки у меня плоские.

Макс резко встает и уходит с кухни. Слышу, как хлопает дверь балкона. Жмурюсь, чтобы сдержать слезы, но они, сволочи, все равно начинают капать на стол.

Если мама почувствует что-то неладное, она же жить со мной останется! Потому что, моя мама - как спецназ. Ее ничто не остановит, если она будет думать, что мне грозит опасность. Ни то, что это квартира Петрова, ни то, что мне уже далеко за восемнадцать. Потому что она волнуется…

Господи, нужно просто пережить эти два дня. Лишь бы Макс не подвел.

Успокоиться не получается. Я злюсь. Хотя, нет, даже не злюсь.

Я в бешенстве!

Стараюсь больше не заводить разговор. Даня тоже молчит от греха подальше. Даже не смотрит на меня, когда я захожу на кухню.

И это бесячее напряжение в воздухе будто даже становится материально. Прямо дышать тяжелее рядом.

– Помочь?
– уточняю хмуро, когда Даня раскатывает тесто.

– Нет, - так же хмуро бросает она в ответ.

Ухожу в комнату, хожу там кругами, как дурак. Возвращаюсь.

– Давай мясо для плова порежу, - предлагаю сквозь зубы.