Чтение онлайн

– А что такое, потерял подругу?
– хмурится Рэм и я вдруг осознаю, что передо мной - человек, который знает каждый уголок этого города.

– Помогите ее найти.
– прошу его.
– Я все отдам!

– Что все-то? Машину да квартиру? Или еще что-то есть? Думаешь, я нуждаюсь очень?
– потешается он.
– Все за деньги пытаетесь купить, сопляки.

– А… что я могу предложить еще? У меня больше и нет ничего! Почки разве только.

– Почки, - улыбается Рэм, будто я очень весело пошутил.
– Ну, пойдем, перетрем, что из твоего организма более-менее пригодное. Алексеич, дай ключи от випки.

Роман Алексеевич строит мне страшные морды, пока Рэм не видит. Не понимаю, что происходит.

– Хотите, чтобы я работал на вас?
– наконец, догадываюсь, когда заходим внутрь карцера. Рэм пропускает меня вперед.
– Я на все согласен, только найдите Даню.

– Мне и почки хватит, - слышу смешок и, вскрикнув, тут же падаю на колени от резкой боли в боку.

Задыхаюсь и корчусь от болезненного спазма, упираюсь ладонями в пол. Ожидаю удара сверху, но нет, Рэм просто обходит меня и встает возле зарешеченного окна.

– Считай, что нашел, - потирает он кулак.
– Вообще, обещал ей тебя не трогать. Но почку ты мне сам предложил.

Сквозь боль поднимаюсь на ноги, смотрю на него. Даня все же загадала ему желание?..

– Дайте мне с ней увидеться, - прошу, стараясь дышать ровнее.

– Э, нет, ты просил только найти. А я не золотая рыбка.

– Она в порядке?

– В порядке.
– утвердительно моргает бандит.

– Рэм, - смотрю на него и не знаю, что сказать, чтобы он понял меня.
– Я ее люблю. Можете меня убить. Только дайте ей в глаза сказать, что я не предавал.

– Прям уж не предавал? Что же тогда она сопли на кулак мотает и молчит как партизан?

– Потому что думает, что от меня другая беременна. Блядь, это долго рассказывать!
– тру лицо с усилием. Нужно его убедить мне рассказать, где Даня. Заломать и заставить рассказать в крайнем случае.
– Никто не виноват. Мы просто два придурка, которые разговаривать не умеют!

В кармане звонит телефон. Достаю и вижу номер Ивана Андреевича.

– Простите, я в ментовке застрял, - выдыхаю в трубку.

– Я там тебе адрес больнички скинул. Едь.

– В смысле?!
– подпрыгиваю я и смотрю на экран, срываюсь к выходу.
– Как нашли?!

Рэм орет что-то в спину, но я не в состоянии сейчас на него тратить время. Потом разберусь.

– Базу вскрыли и нашли, “как-как”, - бурчит начальник в трубку.
– Не гони, слышишь? Она только поступила. Там не смертельно. Отзвонись потом.

Отключаюсь, не дослушав.

– Держите его!
– слышу сзади, пробегая по коридору.

Перепрыгнув трипод и чуть не сбив нескольких человек, вылетаю на улицу и прыгаю в машину. Вижу, как выбегает Рэм, когда уже даю по газам.

Интересно, он за рулем? Что, у нас будет погоня с перестрелками?

Голосом прошу телефон составить маршрут до нужного адреса и разворачиваюсь через тротуар и газон в обратную сторону. Вдавливаю газ в пол. Резина свистит.

Проношусь мимо ошалевшего Рэма и ржу как ненормальный.

Душно. Открываю окна, делаю музыку громче, прикуриваю.

Сердце колотится в горле, отдаваясь пульсом по всему телу.

Погони за собой не наблюдаю. Но, я боюсь не успеть, поэтому нарушаю вообще все возможные правила.

Спустя минут двадцать заворачиваю на территорию огромного светлого здания. “Государственная клиническая больница” - гласит вывеска. Паркуюсь, как последний мудак. Бегу по лестнице и даже не помню, заглушил ли машину.

На первом этаже вижу окошки регистратуры, торможу у них. Перевожу дыхание.

– К вам девушка попала. Даниэла Смолич. В какой палате она лежит?

– К нам сегодня никто не поступал, - категорично отбривает меня администратор.

– Ну как же, вот по этому адресу только-только поступила сказали.

Женщина смотрит на протянутый телефон и усмехается.

– А, по скорой, что ли, в перинаталку? Это на улице направо и за угол.

Несусь, прихрамывая, к выходу. До угла бежать далеко, а бок ноет, поэтому снова прыгаю в машину и через минуту влетаю уже в другое помещение.

– Палата двести шестая, на втором этаже, но посещение с четырех до семи… Куда вы? Туда нельзя! Молодой человек!
– кричит женщина, так как я направляюсь к лестнице на второй этаж. И плевать мне, что нельзя. Пусть себе запрещают.

Останавливаюсь в длинном коридоре. Выдыхаю несколько раз. Толкаю дверь, на которой висит табличка “206”. Чувствую, как сердце пропускает удар.

Попадаю в большую светлую палату на шесть коек. Все они заняты. Девушки вмиг перестают болтать и косятся на меня. На дальней кровати сидит Даня и, облокотившись о спинку, задумчиво смотрит в окно. Не замечает меня.

Иду, переставая дышать. Молча опускаюсь перед ней на корточки. От неожиданности Даня вскрикивает и тут же замирает.

– Хелоу, май нейм ис Максим. Ай лав ю.
– сдавленно выдаю и широко улыбаюсь, но чувствую, что глаза печет. Не хватало еще разреветься, как девчонка.

Тяжело сглатываю, боясь моргнуть.

Даня молчит. Смотрим друг другу в глаза и подыхаем.

Не могу выдержать ее затравленный взгляд. В нем столько боли, что еще немного и я захлебнусь в ней. Опускаю голову Дане на колени. Сжимаю их и не верю, что вот она, реальная. Нашли.

– Дань, - жмурюсь, сдерживая эмоции, а голос дрожит от волнения, - я тебе не врал. Никто от меня не беременный. Включи телефон, разблокируй меня, все поймешь. Юлька - моя сотрудница. У нее муж есть. Она просто дура с юмором. Она дальше еще много чего писала. И про мужа, и про лекарства. Помощи просила. Я просто не хотел, чтобы ты меня приревновала или обиделась, что из-за чужой девчонки мы в ресторан не пойдем.

Даня молчит. Хочу снова на нее посмотреть, но страшно увидеть в глазах даже малейший намек на то, что она меня не простила.

– Дань, - шепчу тихо, - я искал тебя каждый день. Я скучал очень-очень… Я умирал… Ну что ты молчишь?.. Обними меня, пожалуйста!

Замираю в ожидании. Поглаживаю ее бедра, сжимаю крепче. Не уйду никуда, пока не помиримся.

Чувствую, как Даня касается моих волос и медленно и невесомо их гладит. Выдыхаю, испытывая облегчение. Поднимаю на нее взгляд. Плачет беззвучно.