Чтение онлайн

— Что она здесь делает?! — нахмурилась Иргрин: чашка в ее руках звякнула о блюдце, выдавая волнение.

— Я хотел ее увидеть, — безмятежно ответил Боргус, поворачиваясь к окну спиной. Только смотрел он не на мать, а на гостью.

Тиа тоже не могла отвести от него взгляд. Такие же зеленые глаза, как и у нее, единственное доступный глазу свидетельство их родства. Брат возмужал, раздался в плечах. Он изменился. Хотелось верить, что не только внешне.

— Но зачем? — не отступала Иргрин.

— Я король, мама, разве моего желания недостаточно? Или я должен отчитываться о своих поступках? Перед кем? Может, перед тобой?

— Да, конечно, ты можешь делать, что пожелаешь…

— Спасибо, — хмыкнул Боргус.

— …но я не понимаю, — продолжила королева, не обратив никакого внимания на сарказм сына, — зачем она здесь. После всего, что натворила.

— Вот я и хочу узнать, почему Тиа пошла на это.

— Разве неясно? Хотела сместить тебя.

— Я сам разберусь, — пророкотал Боргус, давая понять, что на этом разговор окончен. И приказал: — Оставьте нас!

Истинный король. Ничуть не сомневающийся, что его волю выполнят в ту же секунду. Даже Тиа захотела поскорей уйти, хотя и понимала, что ее это не касается. Однако Иргрин ослушалась.

— Мама! — Боргус выжидательно посмотрел на нее.

— Я должна быть рядом. Иначе она…

— Не заставляй меня повторять.

Королева судорожно вздохнула и поспешила прочь, а ее каблуки, возмущенно стучавшие по деревянному паркету, сказали все, что не решилась произнести она.

— Как Эрв? — спросила Тиа, когда в комнате остались только они с братом.

— Долго же ты терпела, — усмехнулся Боргус. Он подошел к креслу, сел и лишь потом сообщил: — С ним все будет хорошо. Ему вкололи снотворное, поэтому он спит. Садись, — неожиданно добавил брат, указав на свободное кресло.

Только из чувства противоречия она готова была стоять на протяжении всего разговора, однако заставила себя выполнить эту полупросьбу-полуприказ.

— Что это было? — поинтересовался Боргус.

— Что именно?

— Все это, — он неопределенно помахал в воздухе рукой. — Сначала подняла восстание. Потом эта выходка на поле боя. Чего ты добивалась?

Почувствовав боль, Тиа опустила глаза: она слишком сильно сжала пальцы левой руки. Заставив себя расслабить правую ладонь, неопределенно пожала плечами:

— Это не просто объяснить.

— А ты попробуй.

Его тон, такой поучительный, вдруг словно поджег фитиль ярости. Еще секунда — и произойдет взрыв. А может, причиной тому была тревога за Эрва и боль одиночества, копившаяся столько лет. Напомнив себе, что от ее поведения зависят судьбы других людей, Тиа приказала себе успокоиться.

— Жизнь в Сумрачных землях своеобразная, — начала она издалека, — если постараться, можно найти кое-что интересное. Но в целом все соответствует названию: мрачно и тускло. Когда мне предложили вернуться обратно, я не смогла устоять перед соблазном.

— Хочешь сказать, во всем виноват лорд Израэл? — Боргус немного наклонился вперед, будто желая поскорей услышать ответ.

— Я же могла отказаться, не так ли? — печально улыбнулась девушка. — Но не сделала этого.

— Он мог найти другого мага.

Тиа покосилась на брата: он пытается найти ей оправдание?

— Люди пошли не за магом, а за мной. Они поверили в меня, будущую королеву. — Прозвучало не очень, особенно в свете всего произошедшего, и она торопливо добавила: — Согласись, у меня есть право на трон.

— А ты хочешь получить его? — спросил Боргус, не отводя взгляда от сестры.

— Будь это так, с чего бы мне останавливать битву? — ответила она вопросом на вопрос.

— Значит, в этом причина? Ты не хочешь получить корону.

— Я осознала, что мне это не нужно.

— Совсем?

Боргус выглядел удивленным. Кто же добровольно откажется от власти, положения, почета? Слишком явное отрицание будет похоже на ложь.

— Возможно, в глубине души, я бы и не отказалась стать королевой, — осторожно подбирая слова, сказала Тиа. — Но если для этого нужно ввергнуть Тенарию в пучину войны, я лучше откажусь. Ты же прекрасно понимаешь, что одной битвой все не обошлось бы.

— Так почему бы раньше об этом не подумать?

— Я злилась. На Иргрин и лорда Израэла за то, что мне приходилось влачить жалкое существование в Сумрачных землях, тогда как я могла бы удовлетворять любую свою прихоть. На тебя, за то, что ты не защитил меня, когда я в этом нуждалась. На судьбу, за то, что все случилось так, как случилось.

На Эрва. За то, что он разбил ее сердце и даже не заметил этого. Но последнего она говорить не собиралась.

— Злость вот так прошла? Без всякой причины?

— Когда-нибудь нужно взрослеть. За мои обиды не должны расплачиваться другие люди. Да, я поняла это слишком поздно, но ведь поняла же!

Боргус молчал. Тие тоже больше нечего было сказать.

— И что теперь? — наконец, спросил брат.

— Это я у тебя хотел спросить, — удивленно произнесла она. — Объявишь амнистию для всех, кто участвовал в восстании?

— В том числе и для лорда Израэла?

— О нем я точно не прошу, — покачала головой Тиа. — Он мог не выводить воинов на поле боя, но предпочел проигнорировать мои слова. Кстати, вы его поймали?

— Нет, но это не займет много времени.

— А что Эрв?

— Я еще не решил, что с ним делать. Хочу прежде поговорить. Узнать, почему он предал меня.

— Это все лорд Израэл. Он оболгал тебя. Рассказал о том, что отец назначил меня своей преемницей, а ты под пытками заставил отречься от престола, а потом отправил меня в ссылку.

— Ты так заботишься об Эрвине, — усмехнулся Боргус.

— Он спас мне жизнь, — Тиа отвела глаза и покраснела.

И снова молчание — долгое, томительное, изводящее. Вдруг король поинтересовался:

— О себе не спросишь?