Чтение онлайн

Сразу становится очевидным, как Бел научилась делать все те странные вещи, которые умеет, потому что сарай ее отца забит материалами, за которые я бы убил в детстве. Конечно, у меня было много дорогих игровых консолей и я возился с машинами-роботами, но у отца Бел, кажется, есть все инструменты, которые есть на свете. У него есть домашняя кузница и паяльные инструменты, целая территория, предназначенная, кажется, только для работы по дереву, полный склад автомобильных принадлежностей…

– Я любитель, — говорит он, ловя мой взгляд вокруг. — Не могу сказать, что это мне особенно помогло, хотя у детей всегда были поделки для научной ярмарки.

— Вы участвовали в научной ярмарке? — удивленно спрашиваю я Бел, и она смущенно посмеивается.

— Я построила это, хм. Атмосфера? Я думаю, так это можно было назвать? Влияние цвета на когнитивные способности, — говорит она. — Это была огромная проблема.

— Однако она получила награду, — с гордостью говорит ее отец.

— Это было много лет назад. Средняя школа. Ничего особенного. Итак, полиуретан? — она подсказывает ему.

Кажется, это единственное, чего у ее отца нет в наличии, хотя кое-что у него есть. Он показывает нам, как склеить одну пластиковую панель с другой, предлагая попробовать это на более мелких деталях.

Моя идея — уменьшить масштаб нашего бота, чтобы мы могли понять, сколько нам понадобится. Я сажусь, чтобы записать размеры, а затем возвращаюсь, чтобы передать их Бел, которая просматривает их и кивает.

— Еще раз, для чего это? — спрашивает отец Бел, как будто ожидая конкретного ответа.

— Учёба, — говорит она, не поднимая глаз, доставая маркер, чтобы измерить выбранные мною размеры на пластике. Я не поправляю ее, хотя ее отец смотрит на меня, в поисках подтверждения.

Извини, думаю я молча, я в ее команде.

В конце концов мы воспроизводим часть (на самом деле часть) того, как пластиковая броня должна выглядеть на самом деле в полном масштабе, и, хотя Бел явно взволнована, звонок телефона возвращает ее в то же настроение, в котором она была, когда мы приехали.

— Ну ладно, нам придется убедить Мака включить это в бюджет, — говорит она мне вполголоса, — но это будет нормально.

Я киваю.

— Я спрошу его.

— Хорошо. — Она смотрит на меня; ей не очень нравится Мак. Я понимаю почему, но мне трудно не скрестить тайно пальцы и не надеяться, что все это просто столкновение личностей. Я знаю, это звучит наивно или, может быть мне кажется, что это не так. Я определенно на стороне Бел; Я просто не знаю, как должно выглядеть принятие ее стороны. Я имею в виду, что Мак — именно он научил меня всему, что я знаю о программировании и робототехнике. Мне что, нужно просто отказаться от него?

— Ну, ладно, пап, — говорит Бел, поворачиваясь к нему. — Спасибо за помощь, но мне, наверное, стоит отвезти Тео домой.

А, так я козел отпущения.

— Спасибо за вашу помощь, мистер Майер.

Ее отец выглядит слегка разочарованным.

— Ты уверена, что не хочешь остаться на ужин, Бэбибел? (Я запоминаю это, чтобы подразнить ее позже.) — Я мог бы попросить Люка принести домой торт…

— Нет, пап, все в порядке. Я должна вернуться. Она колеблется, затем обнимает его. — Спасибо.

— Хорошо. — Он целует ее в лоб, ему грустно отпускать ее. — Приятно познакомиться, Тео.

— Мне тоже.

Мы тащимся обратно через ее боковой двор к ее машине, где она ничего не говорит. Я сижу с макетом на коленях, но она еще не заводит двигатель. Сделай что-нибудь. Или скажи что-нибудь.

— Извини, — говорит она. — Просто пытаюсь успокоиться, понимаешь?

— Не торопись. Я вообще-то домой не спешу, — говорю я, поворачиваясь.

Пластиковая модель у меня в руках.

— Это будет чертовски круто, — комментирую я сам себе, потому что, хотя я знаю, что речь идет о Бел и ее отце, я все еще очень люблю роботов. Любое вращающееся оружие, которое должно прорезать пластик, повредит само себя. И усложнит нанесение мощных ударов, что дает нам хорошие шансы на победу в конструкции.

Она поворачивает голову и смотрит на меня, усмехаясь.

— Ты такой ботаник.

— О, я знаю. Моя мама все время мне говорит, но, видимо, ботаники сейчас крутые.

— Да, они такие. — Я выгибаю бровь, и она кривится. — Да ладно, я смотрела фильмы.

— Ага? Ты прочла это в журнале Подростковая мода или где-то ещё?

— Фу — Она стонет, отталкивая меня. — Очевидно, все ботаны, кроме тебя.

— Эй, — говорю я, изображая обиду, хотя не могу сдержать улыбку.

— Ты понимаешь, что я сижу прямо здесь, не так ли?

— Боже, твоя ботанская энергия сейчас так удушает.

— Да, это похоже на спрей для тела Axe, только более соблазнительный.

— Боже мой, какое самомнение.

— Честно говоря, я удивлен, что ты можешь сопротивляться.

— Я пристегнута, — говорит она, демонстративно щелкая лямку ремня безопасности. — Иначе кто знает.

— Никто, — говорю я ей.

Но потом мы оба замираем, потому что, если ситуация обостряется… Я не знаю, что буду делать, если ситуация выйдет из-под контроля.

Я также не уверен, что захочу остановиться, если начну. Я даже не знаю, с чего начать имею в виду, честно.

— К счастью, я не так безнадежна, как ты, — говорит она, спасая нас обоих. Или нет. Может быть, я не хочу, чтобы меня спасли.

— Привет, Бел, — говорю я, и внезапно у меня пересохло во рту. Я думаю, что и у нее тоже.

— Привет, Тео, — шепчет она.

На ее волосах слабый отсвет уличного фонаря, она пахнет опилками и клубничным бальзамом для губ, и на секунду меня действительно не волнует, что будет дальше. Я начинаю понимать, почему я так разозлился, когда Дэш пригласил ее на танцы, и почему я так расстроился, когда она не попросила меня о помощи с нашим ботом для региональных соревнований, и почему я каждый день убегаю с тренировки, просто чтобы стоять рядом с ней и ковыряться в проводах. Я понимаю, почему я пригласил ее пойти со мной на детский футбольный матч и почему купил ей эту дурацкую ручку для ящика в форме птицы. Я понимаю, почему для меня важна её боль.

Потому что я все время думаю о ней. Потому что она меня удивляет, потому что она заставляет меня смеяться, и потому, что что бы с ней ни происходило, это единственное, что я когда-либо делал легко.

Потому что где бы я ни был, я хочу, чтобы она была рядом.

Я наклоняюсь вперед, и она задерживает дыхание, ожидая. Находясь так близко к ней, я чувствую запах роз на ее волосах и вижу, как приоткрываются ее губы, когда она смотрит на меня. Я делаю паузу, ожидая, что она отстранится или повернет голову, но она этого не делает.

Вместо этого она наклоняет ко мне подбородок — всего на самый маленький дюйм.

— С днем рождения, Бел, — говорю я тихо, и она так близко ко мне, что я почти чувствую вкус ее ответа.

— Спасибо, Т…

— ИББ, — раздается голос снаружи, водительская дверь внезапно распахивается, и мы с Бел в тревоге подпрыгиваем. — О, привет, Тео, — говорит Люк, и я немедленно возвращаюсь на свое место в машине, пристегивая ремень безопасности и пытаясь не обращать внимания на румянец на щеках. — Ох, отвратительно, — говорит он, наблюдая за нами двоими. — Серьезно, прямо возле моего дома? Где я сплю? Где я ем?