Чтение онлайн

Она ушла, бросив на меня последний колкий взгляд.

Я выдохнула.

— Она все поняла.

— Пусть себе понимает, — пожал плечами Итан. — Теперь мы с тобой… соучастники. — Он произнес это с такой странной нежностью, что у меня по спине побежали мурашки.

Он проводил меня до моей комнаты. У двери он остановился.

— Спокойной ночи, Мэриэм. Не бойся. Завтра мы закончим наш… творческий отчет.

Он ушел. Я зашла в комнату и прислонилась к закрытой двери. Сердце бешено колотилось. Не только от страха перед разоблачением. Но и от чего-то другого. От того, как он сказал «соучастники». От того, как он смотрел на меня. От того, что где-то в замке бродит свинья с нашим гербом, а мы с мужем и с управляющим подделываем финансовые отчеты для герцога.

Жизнь в замке фон Тайлоров определенно никогда не была скучной. И, черт возьми, я начинала понимать, что мне это нравится. Даже со всеми этими свинскими интригами.

Следующие два дня пролетели в лихорадочном ритме подготовки к «инспекции» герцога. Орик, Итан и я превратили библиотеку в штаб спасения репутации фон Тайлоров. Мы напоминали команду сумасшедших ученых, пытающихся изобрести вечный двигатель из подручных средств — в нашем случае из старых счетов и безграничной фантазии.

Орик, к своему удивлению, обнаружил в себе талант к сочинительству.

— Смотрите, льера! — воскликнул он, тыча пальцем в запись о закупке дешевых свечей. — Мы можем сказать, что это был «пилотный проект по оценке влияния приглушенного освещения на психологический климат в замке»! Результаты показали повышение уровня… эээ… меланхоличной созерцательности среди слуг!

— Гениально, Орик! — поддержала я его. — Добавьте, что это повысило их интерес к поэзии. Герцог оценит.

Итан, сидя в кресле и попивая вино, вносил свои коррективы.

— Слишком сложно. Скажите проще: «Оптимизация расходов на освещение в рамках подготовки к возможной осаде». Людвиг поймет. Он сам в молодости сидел в осажденной крепости и ел сапожные подошвы. Он оценит бережливость.

Мы смеялись, как сумасшедшие, над нашими все более абсурдными оправданиями. В эти моменты исчезала напряженность между нами. Мы были просто сообщниками, объединенными общей, хоть и дурацкой, целью.

Граф Фальк, стал проявлять ко мне почтительное, но оттого не менее подозрительное внимание. Он ловил моменты, чтобы задать каверзный вопрос.

— Льера Мэриэм, я слышал, вы ввели новую систему ротации запасов? Это ведь требует недюжинных математических способностей! Где вы обучались? В столичной академии?

— О, нет, граф, — отмахивалась я. — Всему меня научила жизнь. И… наблюдение за муравьями. У них, знаете ли, идеальная логистика. Правда, они не ведут бухгалтерских книг, что сильно упрощает процесс.

Он смотрел на меня с загадочной улыбкой, явно не веря ни слову.

Но главной проблемой стал Хрюша. Обретя статус талисмана, он возомнил себя полноправным хозяином замка. Он воровал еду со стола, пугал горничных, внезапно выскакивая из-за углов, и как-то умудрился забраться в будуар Амалии и устроить там погром, перевернув флаконы с духами.

Льера Брошка, узнав о выходке поросенка, пришла в ярость.

— Он должен быть изгнан! Немедленно! Или подан на ужин! Выбирай!

— Матушка, он же талисман! — пыталась я успокоить ее. — Он просто… проявляет характер. Это же живое существо!

— Существо из свиной котлеты! — парировала она. — Я не позволю этому… этому продукту питания разрушать мой дом!

Спор разрешил неожиданный союзник — сэр Гавейн. Увидев, как Хрюша гоняется за собственным хвостом в холле, он… улыбнулся. Это было настолько неожиданно, что все замерли.

— Оставьте его, — сказал военный советник. — Он… забавен. И отвлекает от более мрачных мыслей.

Герцог, стоявший рядом, хмыкнул, но не стал возражать. Хрюша получил помилование высшего уровня.

Наконец настал день икс. Герцог Людвиг, сопровождаемый Гавейном и внезапно пожелавшей присоединиться Амалией, торжественно проследовал в библиотеку. Книги лежали перед ними — толстые, аккуратно переплетенные фолианты, полные нашей творческой лжи.

Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди. Итан, стоявший рядом, положил мне на руку свою ладонь. Его прикосновение было твердым и успокаивающим. — Не волнуйся, — прошептал он. — Если что, скажем, что это ты во всем виновата, а я был в отъезде.

Я фыркнула от смеха, что герцог воспринял как нервный тик.

Людвиг начал листать страницы. Его лицо было невозмутимым. Он делал пометки на листе бумаги, изредка задавая вопросы своим низким, спокойным голосом.

— «Инвестиции в альтернативные торговые пути»… Интересно. И каковы были риски?

— Риски… — я сглотнула. — Э-э-э… были минимальны. Мы тщательно взвесили все «за» и «против».

— Взвесили на тех же весах, на которых взвешивали сено? — вставила Амалия со сладкой улыбкой.

Итан вмешался, его голос прозвучал стально:

— Риски оценивались по военной методике, льера Амалия. Шкала приоритетов выживания. Еда и тепло для людей важнее, чем происхождение зерна.

Герцог кивнул, продолжая изучать отчеты. Он дошел до раздела «Пилотный проект по энергосбережению».

— Свечи… — произнес он задумчиво. — Вы изучали влияние темноты на боевой дух гарнизона?

— Именно! — обрадовалась я. — Оказалось, что при тусклом свете солдаты меньше играют в кости и больше… спят. А сон — залог бдительности!

Людвиг поднял на меня взгляд. В его глазах читалась какая-то странная смесь недоумения, восхищения и подозрения.

— Вы — удивительная женщина, льера Мэриэм, — сказал он наконец, закрывая последнюю книгу. — Ваши методы… не ортодоксальны. Но, должен признать, эффективны. Замок содержится в порядке, люди накормлены, казна… — он сделал паузу, — не пуста. Империи нужны такие управленцы. Умеющие мыслить… нестандартно.

Он встал.

— Доклад я приму к сведению. Благодарю вас за труд.

Они вышли из библиотеки. Амалия бросила на меня взгляд, полный ярости, прежде чем последовать за отцом.

Мы остались одни — я, Итан и Орик. Мы молча смотрели друг на друга, не веря в нашу победу.

— Мы… сделали это? — прошептал Орик. — Мы обманули герцога?

— Мы не обманули, — поправил его Итан. — Мы просто… творчески подали информацию. — Он повернулся ко мне. — Ты была великолепна.

Внезапно он схватил меня за талию и поднял в воздухе, кружа посреди библиотеки. Я визжала от неожиданности и смеха. Орик, покраснев, поспешно ретировался.