Чтение онлайн

У моей двери он остановился.

— С сегодняшнего дня у твоей двери будет стоять часовой. Из моих проверенных людей.

— Итан, это…

— Без споров, — отрезал он. — Я не позволю никому причинить тебе вред. Ни гостям, ни… — он запнулся, — ни нашим собственным теням.

Он открыл дверь и втолкнул меня внутрь, сам оставаясь в коридоре.

— Спокойной ночи, Мэриэм. Запри дверь.

— Итан, — позвала я его, прежде чем он успел уйти. — Спасибо. Что поймал.

Он обернулся. В свете факела, горевшего в конце коридора, его лицо казалось высеченным из камня, но в глазах было что-то неуловимо мягкое.

— Я всегда буду тебя ловить, — сказал он просто. И ушел.

Я заперла дверь, прислонилась к ней спиной и зажмурилась. Сердце колотилось как сумасшедшее — и от страха, и от его слов. «Я всегда буду тебя ловить». Это было похоже на клятву. Гораздо более реальную, чем все его предыдущие попытки то ли придушить, то ли поцеловать меня.

Потушив свечу, я подошла к окну. Луна освещала внутренний двор, где патрулировали солдаты. Я увидела его высокую фигуру — он не пошел спать, а присоединился к дозору. Он говорил с капитаном Марком, и тот кивал, а потом отдал какое-то приказание, и патруль стал чаще.

Он защищал меня. Не как собственность, не как мать своего потенциального наследника, а как… меня. Саркастичную, врущую о муравьях, притащившую в замок свинью, бывшую учительницу из другого мира.

На душе было и страшно, и тепло. Амалия с ее дурацкими сережками казалась теперь мелкой и незначительной. Кто-то здесь играл в подставы, а кто-то — на поражение.

Я отошла от окна и легла в постель, прислушиваясь к мерным шагам часового за дверью. Это был успокаивающий звук. Звук безопасности.

Засыпая, я подумала, что пора перестать просто реагировать. Пора самой перейти в наступление. У меня есть замок, который я почти приручила. Есть верный управляющий, готовая на все служанка и даже талисман в виде хрюкающего диверсанта.

И теперь, кажется, появился союзник. Самый главный. Пусть и не идеальный, но самый настоящий.

И как всякому уважающему себя учителю, мне пора было подготовить для моих нерадивых «учеников» контрольную работу. С внезапной проверкой и очень плохими оценками для тех, кто списывает.

На следующее утро началось с обысков.

Герцог Людвиг был мрачен, свита — на взводе. Амалия, бледная и рыдающая, напрямую обвинила в краже «распустившуюся прислугу» и потребовала немедленных обысков.

— В моем доме нет воров, — холодно заявил Итан, но напряжение в большом зале витало в воздухе, густое и тяжелое.

Я наблюдала за спектаклем, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Это была ловушка. И я знала, что приманка в ней — я.

Обыски начали с покоев слуг, конечно, ничего не найдя. Затем Амалия, с театральным вздохом, предложила: «Чтобы снять все подозрения, может, проверить и наши комнаты? Начнем с моей!»

Это был ее ход. Пока все были заняты в ее покоях, ее горничная, действуя по приказу, должна была подбросить «улику» ко мне.

Но мы с Кристиной были начеку. Пока Амалия отвлекала внимание, моя верная «крыска» следила за ее служанкой. И как только та, озираясь, выскользнула из моей комнаты, Кристина дала мне знак.

— Подождите, — громко сказала я, когда обыск подошел к моим покоям. Все замерли. — Прежде чем вы войдете, я хочу кое-что сказать. Льера Амалия, вы так уверены, что вашу серьгу украли. А что, если она просто потерялась? Давайте проверим вашу шкатулку еще раз. Вместе. Вдруг мы что-то упустили?

Амалия побледнела, но возразить не посмела под тяжелым взглядом отца. Мы все направились в ее комнату. Она с показной небрежностью открыла шкатулку.

— Видите? Пусто. Я же говорила.

— Странно, — сказала я, подходя ближе. — А что это у нас тут? — Я провела пальцем по бархатной обивке и нажала на почти невидимую пружинку. Потайное отделение в поддоне шкатулки щелкнуло и открылось. В нем лежала пропавшая жемчужная серьга.

В комнате повисло ошеломленное молчание. Амалия смотрела на свою же шкатулку с таким ужасом, будто из нее выползла змея.

— Объяснись, дочь, — голос герцога прозвучал тихо и страшно. — Ты прячешь свою же вещь и обвиняешь в краже честных людей?

— Нет! Это не я! Это она! — закричала Амалия, указывая на меня. — Это она все подстроила! Она должна была подбросить мне в комнату поддельные серьги, а настоящие спрятала здесь, чтобы опозорить меня!

Слова сорвались с ее языка прежде, чем она успела их обдумать. В комнате воцарилась гробовая тишина. Все смотрели на нее. Она сама только что призналась в своем плане.

— Какие… поддельные серьги? — медленно, с ледяной вежливостью переспросил Итан.

Амалия поняла, что совершила роковую ошибку. Она захлебнулась собственными слезами. В этот момент в дверях появилась Кристина. В ее руках была изящная бархатная шкатулка.

— Льера, простите, что беспокою, — сказала она, кланяясь. — Это только что принесли из села. Ювелир говорит, вы заказывали у него срочную работу… реплику жемчужной серьги? Он выполнил и привез.

Орик взял шкатулку, открыл ее и вынул оттуда сережку. Она была поразительно похожа на настоящую, но взгляд опытного ювелира — а герцог Людвиг был знатоком — сразу уловил разницу. Фальшивый жемчуг был слишком идеальным, без природных дефектов.

Амалия была в ловушке. Собственной ловушке. Герцог подошел к ней вплотную.

— Ты не только лгунья, но и глупа. Ты чуть не устроила скандал из-за собственной же прихоти. Собирай вещи. Мы уезжаем. Сегодня же.

Он развернулся и вышел. Мы с Итаном последовали за ним. В коридоре он остановился и посмотрел на меня с тем самым новым, обретенным уважением.

— Ты, — сказал он с смесью гордости и дикого веселья, — ты просто потрясающая. Ты заставила ее самой себя высечь. Как ты догадалась?

— Муравьи, — ответила я с самым серьезным видом. — Они не только в логистике сильны, но и в разведке. Их агенты повсюду.

Он рассмеялся, потянул меня к себе и поцеловал — ликующим, победным поцелуем.

— Герцог уезжает. Угроза миновала.

— Одна из угроз, — поправила я его.

— Главная, — он улыбнулся. — Теперь мы можем сосредоточиться на внутренних проблемах. Например... на вопросе исполнения супружеского долга.

— Да, — прошептала я, чувствуя, как краснею. — Эта проблема требует самого неотложного решения.