Чтение онлайн

Чувствую себя как уж на раскаленной сковородке. Очевидно же, что он псих. С таким лучше не связываться. Никакие доводы рассудка тут не помогут. Моя злость отступает, благоразумие берет верх. Я осторожно делаю шаг назад, вновь увеличивая расстояние между нами - псих при этом не сводит с меня своих глаз - и нейтрально произношу:

– Мы вместе работаем и мы дружим. Именно поэтому я извиняюсь за нее.

Я поворачиваюсь к подростку:

– Прости, она сделала это не со зла. Ей действительно очень жаль. Надеюсь, ты не в обиде.

Подросток бросает на Карину недовольный взгляд:

– А почему она сама не извинится?

– Вот именно, - поддакивает еще один парень из компании, - поругались эти двое, - он кивает на Карину и подростка, - а сцепились именно вы.

Поджимаю губы.

– Карина, - перевожу взгляд на соседку, - пожалуйста. Пожалуйста. Извинись.

Карина кривит губы. Мысленно умоляю ее, наконец, перестать выделываться и произнести это чертово слово. Наверное, до нее все же доходит, что от нас так просто не отстанут, поэтому она неохотно произносит:

– Прости.

Наконец-то. Тихо выдыхаю. Чувствую себя, как выжатый лимон. Все позади. До конца обеденного перерыва еще пятнадцать минут. Можно вернуться в магазин и успеть перекусить булочкой и чаем. Не ахти что, но раз на полноценный обед времени уже не осталось…

– Всего хорошего, - я запоздало понимаю, что мысленно уже разошлась с компанией, поэтому прощаюсь и тяну за собой Карину, но тут…

– А кто сказал, - произносит все тот же нахальный голос, - что мы приняли ваше извинение?

Волосы на моей голове встают дыбом. Мне хочется повернуться и покрыть парня трехэтажным матом, но я напоминаю себе, что он псих, а с психами связываться - гиблое дело. Но что делать с ним теперь?

Перед тем, как повернуться к компании, я возвращаю на лицо нейтральное выражение:

– Ваша сестра хотела, чтобы Карина извинилась сама. Карина извинилась. Конфликт исчерпан.

Парень улыбается. Еще шире. Как самый настоящий маньяк.

– Кира, - говорит он, - сделает так, как скажу я. А я не принимаю ваше извинение.

Я замираю. И что теперь делать? За всю свою рабочую практику, да и за всю свою жизнь, я никогда не сталкивалась с подобной ситуацией.

Подросток бросает на психа быстрый взгляд:

– Ну их уже нахрен. Пусть идут.

Сжимаю кулаки. Что брат, что девчонка, оба из одного теста: унижают, даже не задумываясь. Предостерегающе перехватываю Карину за руку, чтобы не вздумала огрызаться или, не дай боже, снова не влезла в перепалку. Да, это отвратительно. Да, бесит. Но лучше проглотить и забыть, как страшный сон, чем вновь нарываться на конфликт, который, несомненно, скажется на работе. Мне нельзя упускать это место. Тут тяжело, но тут стабильная зарплата, дешевое жилье поблизости, и перспективы роста до директора магазина. Мне ни в коем случае нельзя оплошать.

– Хорошо, - внезапно говорит псих. Я теряюсь. Неужели он все же нас отпустит?
– Увидимся позже. И тогда вы извинитесь, как следует. Пойдем.

Они уходят. Молча смотрю им вслед. И даже почти не вздрагиваю, когда псих поворачивает голову, находит меня взглядом, и усмехается так, что у меня тревожно ноет под ложечкой.

ДЕМЬЯН

– Отец у себя?

– У Егора В-викторовича совещание…

– Значит, у себя.

Не обращая внимания на бледнеющую секретаршу, я толкаю дверь в кабинет отца. Так и есть, полный кабинет людей. Очередной брифинг или как это хрень называется?

– Отец, давно не виделись.

– Я занят, - бросает он.

– Вижу. Много времени не отниму. Я передумал отравляться в тур. Хочу «Семейный». Прямо сейчас.

Пауза. Его замы охреневают, но делают это молча. Отец скрежещет зубами.

– Выйди, - требует он, - я поговорю с тобой позже.

– Мне нужен этот торговый центр, - не уступаю я, - сегодня. Сейчас. Хочу его в свое полное и единоличное пользование.

Один из его замов хмыкает и переводит взгляд в окно. Другие сидят тихо, как мыши. А вот отец щурится:

– И ты думаешь, что можешь вот так ко мне явиться, ворваться в разгар совещания и требовать, чтобы я передал тебе торговый центр?

– А разве не для этого, - я улыбаюсь, - ты вытащил меня из приюта?

– Сопляк!
– рычит он, хлопая ладонью по столу. Черт, больно, наверное.
– Знал бы, каким ты будешь, ни за что бы тебя оттуда не забрал!

– Увы, сделанного не воротишь, - сожалею я.
– Раз уж других сыновей у тебя все равно нет, я готов начать наследовать твой бизнес прямо сейчас. Оформи на меня центр.

– Егор Викторович, - вмешивается тот зам, - может, перенесем совещание?

Ну да, к чему окружающим знать про наши семейные разборки? Того гляди, это подорвет репутацию Радова-старшего. Я фактически уверен, что отец согласится, но он меня внезапно удивляет.

– Нет, - отвечает он заму, - мы не будем ничего переносить.
– И добавляет, обращаясь ко мне.
– Значит, ты хочешь «Семейный»?

– Уау, - я хлопаю в ладони, - какой ты догадливый.

Ожидаю, что он взбесится, но он неожиданно хмыкает. Откидывается на спинку своего кресла и насмешливо отвечает:

– Хорошо. Ты получишь этот центр.

Не успеваю я спросить про подвох, как он продолжает:

– Но с рядом условий.

– Ну конечно, - я щурюсь, - валяй.

– Во-первых, я требую от тебя сыновней почтительности и уважения. Во-вторых, ты сдашь мне экзамен на право управления центром. В-третьих, три месяца ты будешь работать тут, в моей компании, на самой низшей должности, и вникать в дела. В-четвертых, больше никаких карманных денег. Три месяца ты будешь получать стабильный оклад сотрудника среднего звена, а после оформления на тебя торгового центра - если до этого, конечно, дойдет - ты будешь получать среднюю зарплату управляющего.

– А это, - я скалюсь, - грабеж средь бела дня.

– Решать тебе.

Это и в самом деле варварские условия - особенно для нынешнего меня. Но в памяти оживает знакомое лицо - безразличный взгляд, сухо поджатые губы - и холодный, нейтрально-вежливый голос.

– Идет, - соглашаюсь я.

Я пойду на что угодно, чтобы получить этот центр и добраться до чертовой девки. Склонить перед отцом голову? Легко. Потом отгрызу его собственную. Работать за оклад и зарплату? Херня. Выживал и на меньшем. Трудиться в компании с утра до вечера? Это в теплом-то офисе со всеми удобствами? Неужели он и в самом деле думает, что может меня этим напугать?