Чтение онлайн

– Они еще слишком молоды и горячи, - пожала я плечами.

– Скажите... А ваш супруг... он жив?

– Да, - удивилась я переходу.

– Тогда как так получилось, что вы оказались одна. Без защиты семьи, но с двумя сыновьями? Без дома?

– Вы знаете, к моему супругу это не имеет никакого отношения, - честно ответила я.

– Он бросил вас?

– Нет, - улыбнулась.
– Скорее, это я бросила его.

Какое замечательное недоумение сверкнуло в темных глазах моего собеседника...

– Не понимаю, - признался он.

– Он посмел рискнуть жизнью Пауля... И не потому, что... ситуация была безвыходная. Нет. Из-за азарта, ради острых ощущений. Пауль чуть не погиб. Я должна была остаться безногой калекой. Меня спасла женщина-маг. Просто потому, что проходила мимо...

– Я действительно не совсем все понимаю...

– Простите, я не могу рассказать вам всего. Просто не могу.

– Хорошо. Единственно, вы не совсем понимаете, какие последствия будут у того, что мальчики будут признаны моими родственниками.

– И какие же?
– подняла я на него глаза.

Мы сцепились взглядами.

– Вы приготовите им гостевые спальни на господской половине, - продолжил милорд Верд, внимательно отслеживая мою реакцию.
– Кушать они будут со мной в господской столовой. Вы к ним обращаетесь мастер Рэм и мастер Пауль. И дозируете свое общение.

– Но им надо купить теплую одежду...
– совсем растерялась я.

– Конечно. В субботу утром, как только они прибудут, я дам вам распоряжение отправиться в город за теплой одеждой.

– Спасибо вам, - проговорила я.
– Я приму ваше решение. И простите нас за беспокойство.

– Вы знаете...
– тихо-тихо проговорил милорд Верд.
– Если бы это были мои сыновья... Я был бы счастлив. Поэтому я рад помочь вам.

На следующее утро Пауль и Рэм прибыли.

И если Рэм спокойно отнесся к моим приветствиям: "Добрый день, мастер Рэм Рэ, мастер Пауль Рэ. Рада приветствовать вас дома!", то Пашу перекосило знатно.

К сожалению, остаться втроем и поговорить нам не удалось. Рядом крутился сияющий, как свеженачищенные сапоги милорда, Джон - похоже, он и вправду решил, что Рэм и Пауль - сыновья его милости. Время от времени мелькали Оливия и Натан, а взгляд Каталины буквально жег мою спину.

– Вы уже прибыли, - спустился к нам со второго этажа милорд Верд.
– Очень хорошо. Госпожа Лиззард, распорядитесь на счет завтрака - после него молодые люди отправятся в город за покупками.

– Слушаюсь, милорд, - я присела в книксене - и отправилась на кухню - отдавать распоряжение.

– Вас будет сопровождать господин Адерли - мой камердинер. Он человек многоопытный и поможет вам определиться с гардеробом. Захватите с собой госпожу Лиззард - ей тоже надо в город, - это я слышала уже спиной.

Как и почтительное:

– Да, милорд!
– исполненное хором Рэмом и Паулем.

В экипаже мы оказались вчетвером.

– Как вам Академия?
– спросил Джон.

– Трудно, - улыбнулся Рэм.
– Никогда не думал, что будет настолько трудно.

– С учебой?

– Скорее, с общением с другими кадетами.

– И с дисциплиной, - пробурчал Пауль.
– Это же просто казарма. Ни влево, ни вправо - только ровными рядами. Одни приказы - никаких вопросов, объяснений. Я туалет ночью мыл только за то, что три запятые в сочинении пропустил. Три запятых - три унитаза.

Я не выдержала - захохотала.

Джон смотрел на меня удивленно, Рэм и Пауль обиженно.

– Я просто представила, что после сочинения в Академии унитазов для помывки не хватает...

Теперь хохотал и Джон. Сын совсем насупился, а Рэм отметил задумчиво-задумчиво:

– Да нет. С их количеством преподаватели как-то угадывают...

– А еще есть танцы, - продолжил жаловаться Пауль.
– И преподаватель. Танцор такой...

И сын артистично изобразил лицом нечто жеманное, а положением рук - что-то нарочито изящное.

– Да... Наш "Ножку тянем" - это нечто.

– И сразу скакалкой по ногам, - продолжил Рэм.
– Если что не так.

– Это действенный подход, - одобрил старый солдат.
– Быстрее дойдет.

– А фехтование - классное!
– вырвалось у моего сына.

Мы с Рэмом посмотрели на него с укоризной - опять молодежный сленг пробивается, даже сквозь другой язык.

– Мы сейчас учимся фехтовать двумя руками. В одной - шпага, в другой - длинный кинжал - дага. А еще преподаватель нам показывал, что можно творить, если на левой руке намотан плащ. Это нечто! Врачебное дело - это еще ничего, математика - она везде математика. А вот риторика - бееее! Гадость.

– А мне нравится, - заметил Рэм.
– Людей надо убеждать не только шпагой и дагой, но и словом.

– Просто словом - без шпаги и даги - плохо получается, - не согласился с ним Пауль.

– А мне нравятся занятия по магии, - проговорил Рэм.

– И мне, - не стал на этот раз спорить Пауль.
– Я, оказывается, маг. С сильным потенциалом. Только развивать свой дар стал поздно.

– Ты не останешься без помощи, - ответил ему Рэм.

Мы прибыли обратно в столицу. Роттервик приветствовал нас шумом и суетой. И пусть это не шло ни в какое сравнение с Петербургом, я на секунду опешила. Отвыкла за эти дни от большого количества людей.

Сначала в магазин женской одежды отправили меня. Джон проводил меня, представил продавщицам - и распорядился, чтобы я, после того, как все подберу, пришла в кофейню на этой же улице.

– Кто первый закончит - тот и подождет.

Я кивнула, соглашаясь.

Исходя из того, что мне было как-то все равно, что на мне одето - все равно платья-ночнушки мне не нравились - как-то нелепо я в них выглядела - с покупками я управилась достаточно быстро. Даже если продавщиц и удивило мое требование, чтобы крючки и шнуровка были спереди, то виду они не подали.

– Слушайте, - попросила я их.
– А можно как-то цвет платьев сделать другой? Не такой светленький?

– А что бы вам хотелось?
– подошла ко мне женщина в возрасте - как я понимаю, хозяйка этого магазина.

– Чего-нибудь синего, - решилась я.
– Ярко-синего.

– Синее платье, - задумчиво покачала она головой.
– Вам, безусловно, пойдет, но... Это же не в моде.

– А что можно заказать...Не такое пастельное?
– не сдавалась я.

– Есть платье цвета морской волны. Есть лазоревое. Может, бирюза...