Чтение онлайн

– Давайте, - кивнула я.

– Там придется все крючки перешивать, - быстро сказала продавщица.

– Я могу оставить заказ?
– спросила я.
– А вы, как сделаете, так в поместье и доставите.

– Мне не совсем положено шить на заказ, - смутилась хозяйка.

– Вы не умеете?

– Что вы! Конечно умею... Просто... Я торгую готовым платьем. И только подгоняю по фигуре, если возникает необходимость. И у меня не те расценки и не та клиентура, чтобы шить на заказ.

– Но у вас не будет неприятностей, если вы сделаете исключение?
– спросила я.

– Нет. Конечно, нет.

– Тогда... Пожалуйста. Сшейте мне платьев!
– попросила я.
– Хочется выглядеть прилично, а одеваюсь я сама, без прислуги. И еще... Я бы хотела, чтобы вы убрали складочки впереди, по завышенной талии. И кушак под грудью. А то я чувствую себя бегемотихой. Можно сделать прямой силуэт, и чуть присборить сзади?

– Это не лишено смысла, - улыбнулась хозяйка, - у вас красивая грудь и ее не стоит увеличивать визуально.

– Она у меня просто есть, - вздохнула я.
– Но мне все кажется, что в таких платьях, по моде, мы с ней смотримся нелепо.

Хозяйка улыбалась и уже рисовала. Получилось такое платье, как мне хотелось. Потом мы с ней выбрали ткани. Одно из платье было синим, шелковым. Другое - бирюзовым, еще одно - лазурным. И четвертое - бледно-бледно сиреневое. Договорились, что я прибуду на следующей неделе, в субботу, на примерку.

Пока я взяла пару свежих платьев, уже не капризничая на счет цвета. И, конечно же, мне подобрали теплую одежду, за которой я, собственно, и прибыла в город.

Легкий плащ, теплый плащ. Очаровалась я длинным таким пальто - не пальто, жакетом - не жакетом. Прямого силуэта, по фигуре. И главное, не романтично-светленького цвета, как все остальное, а яркого, насыщенного. Одно - я решила, что это все-таки пальто - было ядовито-синего цвета, другое - вишневого. Долго выбирала. Оставила оба. А еще я зафанатела шляпками. Мне их подобрали под каждый вариант верхней одежды. Плюс перчатки.

– Сколько я вам должна?
– достала я мешочек с монетами, которые я извлекла из волшебного саквояжа Рэма.

– Простите, госпожа Лиззард, счет приказано отправить в поместье милорда Верда.

– Как это?
– опешила я.
– Послушайте, у меня есть деньги, и я не собираюсь...

– Простите еще раз - этот вопрос не ко мне. Как вы понимаете, приказ доверенного лица его милости, господина Адерли, я оспаривать не буду. Кстати говоря, на улице похолодало. Может быть, вам стоит надеть пальто? Синее, например. Вам же оно понравилось? Вы выглядите в нем изыскано. Да, и шляпку к нему.

Я согласилась. В любом случае, разборки следовало устраивать не им. Хотя, каким образом устраивать выяснение отношений милорду Верду я тоже представляла себе смутно. И, кстати, одежду мальчишкам, получается тоже оплачивает он... Вот уже не было печали... Допускать, чтобы я или мальчики были у него на содержании я не собиралась - это унизительно, в конце концов.

Забавно, но в кофейню я все же пришла первая. Значит, отдельно взятая женщина - в моем лице, по крайней мере, управляется с покупками быстрее, чем два молодых человека под руководством доверенного лица милорда.

Кофейня выглядела очень мило. Была абсолютно похожа на наши, питерские. Может, кофе получше, а пирожные чуть повкуснее. Вот и вся разница.

Кроме того, я обнаружила, что можно заказать сок, похожий один в один насвежевыжатый апельсиновый. С удовольствием попробовала. Красота! Задумалась над тем, что надо бы такой пресс, какой использовали в кафе, заказать и в поместье - зима скоро - витамины не помешают...

Снова звякнул колокольчик. Это были Пауль. Был он какой-то растрепанный и расстроенный. Остальных видно не было.

– Что случилось?
– поднялась я.

– Мама, - тихо и оскорблено сказал он.
– Как ты могла от нас... от меня отказаться?

– Пашенька, - сама не заметила, как перешла на русский.
– Ты что такое говоришь?

– Нас все считают его сыновьями. Нам запрещено называть тебя мамой. Ты кланяешься нам, как прислуга. Ты решила, что тебе будет выгоднее от нас избавиться в этой Академии?

– Паша, мы скрываемся. И все, что я делаю - диктуется лишь необходимостью выжить. Понимаешь? Мы должны выжить. Ты. Рэм. Я.

– Но это же... унизительно.

– Возможно. Но это дает шанс.

– И на что ты согласна, чтобы этот самый шанс появился?

– Паша... Остановись. Мы сейчас до многого договоримся, о чем потом пожалеем.

– Я презираю тебя за то, что ты способна так пресмыкаться, - сказал он холодно.
– Что ты способна так расстилаться... Вот скажи, чем ты оплатила то, что лорд Верд взял над нами покровительство? Правда ли все то, что про нашу мать говорят в Академии?

– Не смей!
– голос дрогнул.

– А то что? Госпожа экономка Лиззард... Или уже не просто экономка?

Если местные жители и удивлялись, увидев бегущую по улице плачущую женщину в изящном синем пальто, то никто ничего не предпринял, чтобы остановить.

А мне... Мне было все равно. Наверное, не стоило бы так бурно реагировать, надо было вспомнить, что Пашка - все-таки подросток и в этом возрасте хамство и свержение авторитетов - дело, в общем-то нормальное - и по возрасту положенное. Что дети вообще - и подростки в особенности - существа безжалостные и хорошо умеющие бить по самому больному... И это опять-таки норма. Но... было так обидно, так больно... Ведь, в моей одинокой жизни, мой сын был самым близким человеком.

Не осталось сил бороться, подстраиваться под обстоятельства, пытаться выкрутиться в тех хитросплетениях, что подготовила жизнь. Было больно. И осталась просто пустота.

Словно в насмешку над моей тоской на меня внимательно посматривало синева неба и яркое солнце, запутавшееся нитями блестящих лучей в золоте листвы. Я внезапно поняла, что стосковалась по серости Питера, по низкому небу, тяжелым облакам - мой город был, в отличие от этого мира - настоящим. Там была настоящей я. Там я знала, кто я такая. Там я знала, как себя вести. Отповедь мерзким "специальным" голосом - и сын бы угомонился. А в этом мире. Где я прислуга. Как-то неожиданно для себя я проявила слабость...

Слезы текли и текли - и все никак не могли уняться. Я уже ругала себя - и чего я расквасилась? Что такого произошло?.. Но успокоиться никак не могла.

В себя я пришла не скоро. Поняла, что не знаю, где я нахожусь. Какой-то сквер в окружении богатых домов с чугунными кружевными заборами.

– Вы оставили шляпку и перчатки в кофейне, - раздался рядом знакомый голос лорда Верда. Недовольный голос.

А мне было как-то все равно...

– Благодарю вас, - сказала я, не думая поворачиваться к нему или подниматься, как было положено мне - его экономке.
– Только не понятно, откуда вы тут взялись...