Чтение онлайн

Секретарша была хороша в своём «праведном» гневе. Глаза блестели, щёки горели румянцем, причёска дыбом, грудь бурно вздымалась в частом дыхании. Картину бы писать с неё…

— Всё! Концерт окончен! Села быстро за стол! — стукнув по столу кулаком я рявкнул так, что стёкла задребезжали на окне. — И прекрати нести всякую чушь. Ваши сотрудники уже давно привыкли к тому, что, если дверь в приёмную закрыта, то означать это может только одно — что главврач жарит свою секретаршу и мешать им не стоит. Вы с Дмитриевым приучили к этому народ. Так что сядь и быстро пиши вот на этом листке — кому и для чего ты передаёшь эти сведения.

Я кинул на стол белый лист бумаги и ручку.

Ольга растерянно посмотрела на меня: — Но…

— Никаких «но»! — опять рявкнул я: — Ты что, не читала моей биографии?

— Читала, — уже поникшим тоном выдавила из себя она.

— Тогда должна понимать, что у меня связей не меньше твоего. И, если я дам ход делу, то ты, дорогуша, очень быстро встретишься с ребятами из спецотдела по промышленному шпионажу и получишь реальный уголовный срок. И никто из твоих заказчиков не станет тебе помогать, потому что ты для них всего лишь мелкий исполнитель. Тебе это нужно?

— Н-нет, — помотала она опущенной головой и направилась ко мне. Я внутренне напрягся, ожидая от неё ещё какой-нибудь выходки. Но Ольга Васильевна опустилась передо мной на колени и потянулась руками к моему ремню на брюках.

— Нет, — вновь оттолкнул я её от себя: — Ты меня больше не интересуешь ни как женщина, ни как человек. Я не люблю предателей. Сейчас напишешь то, что я тебе сказал. Потом с завтрашнего дня возьмёшь больничный и сразу напишешь заявления по собственному. Так тебе не придётся появляться здесь для отработки.

— А… — подняла она голову, желая что-то спросить.

Я взял её двумя пальцами за подбородок и прямо в лицо негромко сказала: — А, если ты, начнёшь мне сейчас дурочку включать, то я разозлюсь и передумаю, и ты тогда сильно пожалеешь, что не послушалась меня. Пиши давай быстро и вали отсюда, Мата Хари недоделанная.

— Что? — непонимающе посмотрела она на меня, садясь за стол напротив меня.

— Ни что, а кто, — поправил я её на автомате. — Пиши уже быстрее! Не хочу тебя больше видеть.

Прочитав ею написанное, я опять достал из внутреннего кармана пиджака тоненькую бумажную трубочку, снял с неё резинку и, развернув листки, показал ей: — Ты ведь это потеряла? Думала, что я их подмахну ничего не понимая.

Увидев эти листки, секретарша было дёрнулась, но потом, видимо, осознав всю безысходность ситуации для себя, сжалась в комок и зарыдала: — Прости меня, Лёва! Они меня заставили… я слабая женщина… прости меня, пожалуйста…

Я доложил к этим листкам лист с её признанием, вновь свернул и скрепив резинкой, убрал в тот же внутренний карман пиджака.

Я поднялся с кресла и подойдя к двери, открыл её ключом: — Идите, Ольга Васильевна, переоденьтесь, а то и вправду подумают, что я тут вас насилую против вашей воли с утра пораньше.

Я набрал по внутреннему телефону отдел кадров: — Светлана Борисовна, это Лев Романович. Зайдите, пожалуйста ко мне в кабинет.

Черноволосая, быстроглазая кадровичка лет сорока пяти залетела в приёмную через минуту, словно она уже ждала этого звонка. Она кинула оценивающий взгляд на нас и без лишних вопросов посмотрела на меня: — Слушаю вас, Лев Борисович.

— К сожалению, Ольга Васильевна решила уйти от нас по собственному желанию. К тому же она себя неважно чувствует и берёт на две недели больничный. Поэтому отрабатывать ей ничего не придётся.

— Я всё поняла, Лев Романович, — быстро проговорила кадровичка.

— Очень хорошо. Тогда прямо сейчас примите у неё заявление на увольнение и раз уж она сейчас едет в поликлинику за больничным, подскажите, пожалуйста, кто из сотрудниц может её заменить на время поиска новой секретарши?

— Ну, Ольгу Васильевну на время отпуска обычно заменяла наша девочка Дина Аркадьевна. Она хорошо справлялась, — тем же деловитым тоном пояснила кадровичка Светлана Борисовна.

— Вот и хорошо, давайте её сюда. Думаю, что удастся быстро найти новую секретаршу.

— И не сомневайтесь, Лев Романович! — воскликнула кадровичка, глядя на меня. Потом она перевела взгляд на собиравшую вещи Ольгу. Мне показалось, что в этот момент в глазах кадровички запрыгали чёртики.

ВЛАДА

Моё дневное дежурство шло своим чередом. Наступило время обеда, и больные в отделении стали подтягиваться к комнате для приёма пищи. Раздатчица Альбина Петровна уже получила из больничной кухни большие металлические кастрюли с горячей, вкусно пахнущей на голодный желудок готовой едой. Мы, медсёстры бегали по палатам, раздавая лекарства лежачим больным. Врачи сидели в ординаторской, заполняя карты больных после медосмотра. Они негромко переговаривались за закрытой дверью и оттуда доносился аромат кофе. Тихо сидела в своём кабинете заведующая Можеватова. К бабке не ходи — сидела за компом в поисках очередной огородно-дачной информации.

Я закончила уборку в процедурной и пошла к выходу. В этот момент из кабинета старшей медсестры выскочила с выпученными глазами и горящими щеками Сапрыкина с мобильником в руке и, буквально пробежав на полусогнутых ногах на шпильках до кабинета заведующей, громко захлопнула за собой дверь. Так отделение узнало об увольнении надменной секретарши Ольги Васильевны.

— Ты представляешь себе — какой молодец — взял и уволил эту стерву! — с горящим взором возбуждённо проговорила Катя, отпив из белого бокала глоток компота. — Хотя говорят, что сама Ольга намекала, что она уже и с этим главврачом успела перепихнуться.

Не знаю почему, но в этот момент что-то резко кольнуло у меня в груди. Я схватилась за грудь и поморщилась. Неожиданно перед глазами возникла картина обнимающихся и целующихся нового главврача Анохина и сексапильной секретарши Ольги. И что-то она мне очень не понравилась…

— Чего ты, Владка? — озабоченно посмотрела на меня Катька, убирая с обеденного стола.

— Да кольнуло что-то, — потирая рукой в области груди, ответила я и добавила: — Не знаю насчёт их перепихона — свечку не держала. Но вот то, что каждый главврач приводит с собой своих людей — это точно! Так что я думаю, что секретарша только первая из той обоймы, что вылетит отсюда в ближайшее время.

— Что и мы тоже?! — встала руки в боки Катька. — С кем же он тогда работать останется?!

— Не, мы навряд ли, — возразила я, вставая со стула и направляясь к выходу. — На нас вся работа держится. Да и за забором не стоят десятки желающих тут работать. Это всё коснётся, скорее всего, администрации и всяких заведующих.

— Хоть бы он этого козла Загидуллина уволил и как можно скорее! — неожиданно выпалила Катька прямо перед выходом из сестринской. — Опять сегодня после суток видела Гульку, вся зарёванная шла домой.