Чтение онлайн

Пользуясь заминкой, возникшей из-за семейных разборок Дагрея, я приблизился к Полине и схватил за запястье связанными руками.

Притянул к себе, чтобы прошептать на ухо.

– У меня в потайном нагрудном кармане лежит артефакт переноса, он доставит нас прямо в академию. Достань его и активируй.

Глава 30

Полина

От чая ведьмы и следа не осталось. Успокаивающий эффект растаял.

Я и не думала узнать в один день столько всего сразу. О Пенелопе, о родителях…

Я смотрела в глаза владычицы Амалии. Они были далеко, нас разделяла это гадкая штука вокруг неё, но я не могла оторвать взгляда. Она была там, и всё ещё жива. Я чувствовала её каждой клеточкой тела. Она будто звала меня.

– У меня в потайном нагрудном кармане лежит артефакт переноса, он доставит нас прямо в академию, – прошептал Марк, склоняясь к моему уху. – Достань его и активируй.

От голоса Марка, от его дыхания, касавшегося чувствительно кожи на шее, по телу пробежали мурашки. Я не заметила его приближения и рефлекторно дёрнулась в сторону, поворачиваясь к нему.

Он хочет сбежать отсюда?

Нет, я никуда не пойду.

– Полина! Ну хоть ты ему скажи, – это Луэлла позвала меня. И я воспользовалась возможностью уйти от Марка. – Он хочет принести себя в жертву.

– Если я соединю свою силу владыки со светлым накопителем, то смогу запечатать врата. Раз и навсегда.

– Или остаться там, как и остальные! – воскликнула Луэлла, всплеснув руками. Над нашими головами угрожающе прогремело. Стихийница плохо контролировала себя.

Мне тоже не нравился план Дагрея. Я ещё не успела принять мысль, что этот высокий мужчина с чёрными волосами и цепким взглядом – мой отец. Мне хотелось познакомиться с ним поближе, а не терять, только обретя.

– Я не остальные! – начал терять терпение владыка. – Я владыка Чёрного леса!

Наблюдая за перепалкой, я не заметила, как Марк снова подобрался ко мне слишком близко.

Когда Луэлла сказала, что на запретную территорию кто-то пришёл, я и представить не могла, что найду здесь его. Появление владыки меня не удивило. Я ожидала от него нечто подобное. Но вот встреча с Марком вывела из равновесия. Я невольно выдала себя раньше времени, и воины владыки поймали меня. Луэлла спряталась. Она была сильнее воинов и могла одолеть их. Но предпочла остаться в тени. Я её не винила за это. В конце концов, я сама навязалась. Но я даже и представить не могла, зачем девушка сюда пошла. Точнее, за кем.

А ведь мы единокровные сёстры, получается…

– Полина! – процедил Марк мне на ухо. Сердце предательски дёрнулось. Слишком остро я ощущала его близость.

– Марк, я не готова говорить… Не хочу…

Не хочу слышать оправдания. Он чётко сказал, что любит Пенелопу. Не меня. И мучить себя, выслушивая его объяснения, я не хотела.

Но Марк не был бы собой, если бы не проявил настойчивость, граничащую с упрямством.

– Здесь опасно, как же ты не поймёшь… – он снова попытался поймать меня за руку. Но я не далась, отступив. Слишком поздно вспомнив, что позади эта зелёная дрянь.

Не упала, а словно провалилась в желе. Оно утянуло меня, стоило его коснуться плечами и волосами. Я даже вскрикнуть не успела, только вытянула вперёд руку, будто могла ухватиться за воздух. Совсем как отец Марка. Его невозможно было не узнать. Они так похожи.

Всё происходило быстрее, чем я успевала подумать.

Меня почти полностью поглотило. Я словно падала и не могла ничего поделать. Слышала голоса Дагрея, Луэллы и Марка будто через толстый слой ваты.

Марк в последнюю секунду успел схватить меня за руку, протянутую вперёд, крепко обхватив ладонь своей.

Подкатывающий, словно тошнота, страх начал отступать. Марк не бросил меня одну. Шагнул в страшное нечто следом.

А направленный прямо на меня чёрный взгляд не позволял поддаться панике. Почему-то даже находясь в безвыходной ситуации, глядя в его глаза, на дне которых плескалось как никогда много зелени, я верила, что всё будет хорошо.

Держась за ладонь Марка, я почувствовала, что могу шевелиться. Но словно действительно погрузилась в вязкое желе. Повезло, что каким-то чудом здесь есть чем дышать.

– Я тебя люблю, доченька, – услышала я за спиной голос, от которого на глаза снова навернулись слёзы. – Но ты должна жить, борись… Доверься своему сердцу.

С трудом, но мне удалось обернуться. Амалия, это её голос. Вне всяких сомнений. За её спиной на земле зияла настоящая чёрная дыра размером с теннисный корт. По крайней мере, отсюда казалась именно такой.

Марк не мог двигаться, но он продолжал удерживать мою ладонь крепко-крепко. Не отпустит ни за что, поняла я.

Только одно чувство могло толкнуть на такой безумный шаг: прыгнуть в неизвестность и на верную смерть.

Любовь.

Мне не нужны больше были слова, которые Марк наверняка и порывался сказать. Я всё поняла. Жаль только, что для этого ему пришлось пожертвовать собой.

От осознания, что этот несносный мужчина совершил такую глупость из-за меня, собственные чувства затопили, желая вырваться наружу.

Моя ладонь, вложенная в руку Марка, засветилась от моей магии. Второй рукой я обхватила его лицо. Светлые язычки выходящей наружу магии разгоняли совсем немного мешающую двигаться сковывающую тьму. Марк смог пошевелиться.

Но он воспользовался этой возможностью не для того, чтобы достать артефакт из кармана и попробовать выбраться отсюда. Он потянулся ко мне и впился в мои губы своими.

Поцелуй был похож на глоток свежего воздуха. И в то же время обжигал.

Слишком сильно.

Я открыла глаза и увидела, как Марк тоже призвал свою магию. Она смешалась с моей, и оковы с его запястий спали. Но с нашей магией происходило что-то странное. Вокруг всё искрилось, «желе» будто таяло.

Не успела я осознать, что с этим делать, как граница этого безобразия пошатнулась, внутрь вошёл Дагрей. А точнее, вплыл. В руках он держал артефакт-накопитель, тот был активирован и излучал свет. Он-то и помогал владыке почти спокойно двигаться. Разрезать вязкое вещество, как нож масло.

Отец уверенно прошёл мимо нас с Марком к Амалии. Поставил артефакт-накопитель и, взяв Белую владычицу за руки, поцеловал.

Поток светлой магии захлестнул их, но к нему тут же присоединились чёрные нити, протянувшиеся в стороны от Дагрея. Нити подхватили поток и направили его на врата и купол, который столько лет сдерживал рвущуюся оттуда тьму и нечисть.

Купол, который превратился в бесформенное и вязкое нечто, стал сужаться, словно сдувшийся воздушный шар, его затягивало в дыру со страшным воем. То, что пришло извне, возвращалось обратно.