Мой верный
Шрифт:
– Не получается вставить… – пропустив короткий смешок, я не сразу сообразила, как нелепо это прозвучало.
– Хочешь… я вставлю? – в его севшем голосе вибрировал смех.
– Я уже… почти, – ладони Артема сползли на открытый участок кожи между моей футболкой и домашними штанами, я тихо сглотнула. – Готово…
Опустив руки, я неуверенно скользнула кончиками пальцев по его большим горячим ладоням, сцепленным на моем животе.
– Готово, Артем… – повторила я, намекая, что уже не обязательно так крепко держать.
Не произнося ни звука, он отстранился.
Обернувшись, я дернулась, как от удара током, напоровшись на прямой сосредоточенный мужской взгляд. Он был горячим и тяжелым. Доминирующим. Я не сразу сообразила, что, попятившись, уперлась попой в край обеденного стола.
Вот дуреха.
– Ты верил в Деда Мороза? – тихо спросила я, впиваясь пальцами в хлопковую ткань штанов, пытаясь незаметно вытереть свои взмокшие ладошки.
– Я никогда не был доверчивым мальчишкой, Саша, – но в разрез его словам в глазах Темного я увидела маленького мальчугана, в жизни которого когда-то очень давно было место чуду.
Хозяин дома зажег гирлянды, отчего игрушки начали переливаться разноцветными огоньками. Красиво.
Мое сердце восторженно замерло, потому что вместе с запахом хвои вокруг распространился запах уюта и тепла.
Да, того самого волнующего предвкушения чуда родом из детства… Но больше всего вокруг пахло им. Я до сих пор ощущала на животе отпечатки шершавых мужских пальцев. И запах. Его запах.
– Мне нужно ненадолго уехать. К моему возвращению, испечешь что-нибудь? – поинтересовался Артем, всматриваясь в мое лицо.
Кивнув, я насуплено произнесла.
– Попробую приготовить имбирные пряники.
***
Выключив свет, я легла в кровать, ощущая в воздухе нотки пряного лакомства – увы, даже после душа кожа на руках до сих пор носила еле уловимый аромат праздничных специй.
Масло, мед, мука, яйца, пряности…
Благодаря этому нехитрому набору ингредиентов на кухне лежала целая горка имбирного печенья, а я, несмотря на усталость, чувствовала себя весьма довольной собой…
Я вздрогнула от еле слышного стука в дверь.
– Саш? – как и прошлой ночью, до меня донесся хриплый мужской баритон, за которым последовала оглушительная тишина.
Я догадывалась, что даже, несмотря на мой игнор, Артем все равно войдет. Спустя несколько секунд, я услышала поблизости звук уверенных мужских шагов.
Обнаженный по пояс Апостолов разместился в кресле, расположенном рядом с моей кроватью, откровенно заглядывая мне в глаза.
– Сахарная Саша… – прошептал он, добродушно посмеиваясь.
– Что смешного? – буркнула я.
– Я попробовал печенюшки, – нахальная улыбка хозяина дома стала шире.
И как? Чуть не спросила я, однако вовремя заставила себя промолчать, сделав вид, что меня не особо-то волнует его мнение. Хотя, на самом деле, мне было до жути интересно, тем более, я очень старалась, чтобы ему понравилось.
– Я бы переименовал их из имбирных человечков в десять негритят, – выдал Артем. – Вкусно, но немного пахнет горелым, – негромко добавил он, сверля меня теплым взглядом.
Промолчав, я отвернулась к стене. Снова, видите ли, ему не угодила! Погрузившись в самоедство, я, кажется, и сама не заметила, как уснула…
Проснувшись посреди ночи, я подскочила, ожидая обнаружить комнату опустевшей… Однако, он все еще был здесь… Заснул прямо в этом кресле.
– Артем… – прошептала я, осторожно взяв его за руку, после чего Апостолов моментально открыл глаза. – Ложись ко мне… тут еще полно места…
Глава 44
Открыв глаза, я еще некоторое время задумчиво разглядывала потолок. Артем ушел, однако соседняя подушка до сих пор хранила его запах.
Повернув голову, я посмотрела в окно, зажмурившись от ослепительного солнечного света. Вдруг подумалось, что начать все сначала не так уж и трудно, как мне казалось на первый взгляд.
Воспоминания об этой странной ночевке волчком крутились в моей голове. Так необычно было находиться с ним под одним одеялом, но, при этом, даже не прикасаться друг к другу.
Впервые за долгие дни я по-настоящему выспалась, правда, просыпаясь под утро, почувствовала, что Артем не спит, явно не находя себе места.
А перед тем, как уйти, он очень осторожно прижался к моему лбу губами. Даже сквозь негу сна я ощутила, как Темный, крадучись, привлек меня к себе.
Сперва, он прошелся по моему лицу слегка загрубевшими подушечками пальцев, задевая впадинку над нижней губой, и только после этого, наклонившись, поцеловал.
Хотела ли я большего? Сложный вопрос. Я старалась пока гнать от себя эти мысли, выбрав позицию страуса.
До дрожи опасалась, что физическая близость может все испортить, ведь я так до конца и не разобралась в себе, не говоря уже о том, что между нами с Артемом так и не состоялось откровенного разговора.
Сперва я не подпускала его к себе, а теперь он, похоже, выбрал выжидательную позицию…
Приведя себя в порядок, я натянула домашнюю одежду, спускаясь вниз. Елена, по обыкновению, уже хлопотала на кухне. Вопреки моим ощущениям, было еще относительно рано – около девяти часов утра.
– Свежий кофе? – воодушевленно улыбнулась мне женщина в идеально отутюженном синем платье с белоснежным воротником, указывая на шипящую на плите турку. – Не нравится мне тот, что из кофемашины. Продолжаю варить себе по старинке!
– Не откажусь… – искренне ответила на адресованную улыбку я, и, приняв из ее рук чашку, втянула ноздрями густой аромат арабики. – М…вкусно, – пробормотала, наслаждаясь терпким бодрящим вкусом.
– Хочешь, еще сварю?
– Если только чуть позже… – допив кофе, я вернула ей кружку.
– Саш, какие планы на день? – в ответ поинтересовалась моя собеседница.
– Вечером собираюсь на танцы. А пока, даже не знаю…
По идее, мне нужно было готовиться к приближающейся сессии, и так столько пропустила, но от мыслей о возвращении на учебу тоска и безнадега накатывали с новой силой – не хотелось видеть никого из моих однокурсников, хоть на заочку переводись, ей Богу.